Лиза Шимай – Измена. Я с тобой развожусь! (страница 15)

В тот момент, когда я ее наказывала, мой муж баловал.

Сначала он говорил, что это просто подростковый возраст, и скоро все пройдет. А затем вовсе говорил, что ничего страшного не происходит. Ровно до того момента, пока она не начала воровать одежду в магазине. А когда это случилось, то он вообще практически молчал.

Просто отправил ее в заграничную школу. Лично для меня это выглядело, будто он хотел от нее избавиться. Но почему-то моя дочь решила, что избавиться от нее хочу именно я.

И вот снова что-то случилось. Только теперь это уже не ограбление, а что-то гораздо хуже.

Когда я выбегаю во двор, то вижу толпу гостей. Все они собрались недалеко от бассейна.

Они тихо перешептываются, о чем-то спорят.

Я слышу крики.

— Вызвали? Вызвал кто-то скорую?

— Да, вызвали!

— Едут! — Слышу из толпы.

— Помогите ее достать. Помогите! Я не могу сделать это сам! — Снова мужской голос.

Я делаю еще несколько шагов вперед. Просматриваю лица гостей. Меня не пропускают.

Когда мне остается всего несколько шагов до края бассейна, то кто-то хватает меня за руку и тащит назад.

Я оглядываюсь.

Тимур.

Он резко оттаскивает меня в сторону. Говорит:

— Что ты здесь делаешь? Уезжай!

— Ты о чем? Я не понимаю, — я хлопаю глазами. — Это Вероника? Там Вероника?

— Нет ее тут, она ушла. Быстро уезжай отсюда, я тебе сказал.

— Она точно уехала? Она уехала?

— Да, уехала. Быстро уходи, — шепчет мне на ухо Тиму.

Затем нервно оглядывается по сторонам, будто боится, что нас кто-то услышит.

Потом он меня отпускает, подталкивая к тропинке. Я отступаю назад. Толпа расступается, и я вижу, как из бассейна достают Алину.

Все ее волосы в крови, и она без сознания. Одежда мокрая.

Похоже, она упала в бассейн и ударилась головой.

— О Боже! — Вскрикиваю и прикрываю лицо ладонями.

— Быстро уходи, — шипит на меня муж.

От вида крови меня мутит, Алина такая бледная и выглядит неживой. Я паникую. Отступаю назад. Гости носятся из стороны в сторону.

Я быстрым шагом иду к калитке. Я должна узнать где Вероника, не знаю по какой причине, но я должна это узнать.

У калитки я встречаюсь с Светой, которая сжимала в руках мой телефон, носится из стороны в сторону, она уже открыла ворота и постоянно выглядывает на улицу.

— Ты видела, ты видела? Что там?

— Алина, племянница Ясмин, — говорю Свете. — Она упала в бассейн и, кажется, разбила голову.

Я быстро выхожу из двора.

— Ты куда? — Спрашивает Света.

— Я отгоню свою машину подальше, чтобы скорая подъехала.

— Да-да, правильно. Правильно, я даже об этом не подумала.

Я залезаю в пикап, завожу машину и отгоняю ее как можно дальше. Затем глушу машину, возвращаясь к Свете.

— Ты тут справишься одна? Мне остаться?

— Нет, ты здесь не нужна. Уходи.

— Хорошо, если что, звони мне.

Света протягивает мой телефон, и я я не раздумывая, сразу же быстрым шагом иду к дому. Нужно найти дочь. Я очень надеюсь, что она в этом не замешана.

Когда я уже подхожу к дому, то слышу звук сирен скорой помощи. Хоть бы она осталась жива.

В моем доме горит свет, и когда я преодолеваю последние ступеньки крыльца, то мое сердце перестает биться.

Я будто на автопилоте захожу в дом, абсолютно ничего не чувствую, не могу дышать.

Заглядываю на кухню, затем в гостиную, останавливаюсь.

Моя дочь сидит на диване, обхватив колени руками, опустив голову.

— Вероника, что случилось?

— Мам… — Она испуганно смотрит на меня, и её глаза наполнены слезами.

Глава 17

— Вероника, доченька, родная, — я подхожу к дочери и опускаюсь на колени, осторожно обнимаю дочку, — что случилось?

— Я не знаю, я не поняла… Все было так быстро.

— Вероника, — я вскрикиваю и прижимаю дочь к себе, — милая, моя. Расскажи мне все. Расскажи. Что там произошло.

— Я не знаю, — рыдает моя дочь.

Веронику трясёт, я продолжаю задавать ей вопросы, но она не отвечает, а просто рыдает у меня на груди. Я прижимаю её к себе, глажу по голове и всё же пытаюсь добиться от неё хоть какого-то ответа.

— Милая моя, хорошая, скажи мне, пожалуйста, что там произошло, я должна знать. Там вызвали скорую.

— Мам, как она? Что с ней?

— Я не знаю.

— Мам, она жива? Просто скажи мне, она жива? — Вероника растирает ладонями слезы по лицу.

— Я не знаю. Я видела, как ее вытаскивают из бассейна. Тебя кто-то видел? Люди тебя видели? Где это произошло?

Она снова начинает плакать.

— Ее доставали из бассейна. Кажется, она была без сознания, и повсюду было очень много крови. Вероника, скажи мне, пожалуйста, что ты сделала? Я должна знать, чтобы тебе помочь.

Дочь продолжает плакать. Мне страшно от того, что происходит. Конечно, она впутывалась в разные неприятности. Но если сейчас она навредила человеку, то тут я ей уже помочь никаким образом не смогу. Это не в моей власти.

Но я должна услышать это именно от нее. Я должна услышать, что именно она что-то сделала. До последнего хочу верить в то, что моя дочь в этом замешана. Она же моя дочь. Неужели я смогла воспитать такого человека, который может совершить подобное?

Я не хочу в это верить. Я не могу в это верить.

Спустя несколько минут истерики мне не удается ничего добиться от Вероники. Кроме её слов «позвони папе».