Лиза Клейпас – И вот пришел ты (страница 15)
— О, чертова преисподняя…
Голос Вулвертона прервал поток ее ругательств.
— Что такое? — осведомился он, вернувшись на несколько шагов назад.
— Я вывихнула ногу! — сердито ответила Лили.
Алекс бросил на нее скептический взгляд и отвернулся.
— Проклятие, я действительно вывихнула ногу! — закричала она. — Подойдите и помогите мне! Даже в вас должно быть хоть что-то от джентльмена. Наверняка в вас можно отыскать хотя бы чайную ложку благовоспитанности, требующейся для помощи даме.
Алекс приблизился к Лили, но даже не наклонился к ней.
— Какая нога?
— Так ли уж это важно?
Алекс присел на корточки и, подняв подол ее платья, обнажил затянутые в чулки щиколотки.
— Какая? Эта?
— Нет, дру… ой! — Лили взвизгнула от боли. — Что вы пытаетесь… ой! Болит как черт! Убери прочь свою проклятую руку, ты, остроносый садист…
— Итак, кажется, вы не притворяетесь. — Алекс подхватил ее под локти и поставил на ноги.
— Естественно, не притворяюсь! Почему никто не срезал этот чертов корень? Он же просто опасен для жизни!
Вулвертон едва не спалил ее взглядом.
— Что еще вы хотели бы изменить в моем саду? — В его голосе явственно слышалась ожесточенность.
У Лили хватило ума промолчать, и она лишь покачала головой.
— Отлично, — процедил Вулвертон, и они двинулись к дому.
Лили неловко прихрамывала рядом с Алексом.
— Вы не собираетесь подать мне руку?
Он выставил перед ней согнутый локоть, и Лили, взяв его под руку, навалилась на него всей тяжестью своего тела. Пока они шли через сад, она делала все возможное, чтобы задержать Вулвертона и тем самым дать возможность Закари и Пенелопе подольше побыть наедине. Она украдкой взглянула на своего спутника. Очевидно, покинув гостиную, Вулвертон взъерошил свои золотистые волосы, и от безупречно гладкой прически не осталось и следа. Под воздействием влажного воздуха они закрутились колечками на шее, несколько прядей упали на лоб. Действительно, для мужчины у него очень красивые волосы.
Идя рядом с ним, Лили остро ощущала его запах. От него приятно пахло табаком, накрахмаленным бельем и чем-то еще, что она определить не смогла. Этот аромат, влекущий, манящий, был слабым. Несмотря на боль в ноге, она наслаждалась прогулкой. Это открытие так возмутило ее, что она вынуждена была разрушить очарование новым спором.
— Неужели нужно идти так быстро? — набросилась она на Вулвертона. — У меня такое чувство, будто мы участвуем в каком-то проклятом состязании по ходьбе. Черт возьми! Послушайте, Вулвертон, если от этого моей ноге станет хуже, отвечать будете вы!
Алекс нахмурился, но шаг замедлил.
— Вы слишком много бранитесь, мисс Лоусон.
— Если мужчины разговаривают точно так же, почему я не могу? Кроме того, все мои друзья-джентльмены восхищаются моим красочным языком. — В том числе и Дерек Крейвен?
Лили обрадовалась тому, что ему известно о ее дружбе с Дереком. Пусть он знает, что у нее есть могущественный союзник.
— Именно мистер Крейвен научил меня самым полезным выражениям.
— Не сомневаюсь в этом.
— Неужели мы должны нестись с такой скоростью? Я не какой-то упрямый мул, чтобы меня безжалостно гнали вперед. Неужели нельзя идти медленнее? Кстати, милорд, от вас воняет сигарами.
— Если это оскорбляет вас, можете добираться до дома самостоятельно.
Они продолжали спорить, даже когда вошли в холл. Лили позаботилась о том, чтобы ее голос был слышен в отдаленных уголках дома, — она хотела оповестить Пенелопу и Закари об их возвращении. Вулвертон открыл дверь в гостиную и пропустил Лили вперед. Несчастные влюбленные чинно сидели вдалеке друг от друга.
Интересно, подумала Лили, что произошло между ними за это время? Закари, как обычно, пребывал в отличном расположении духа, а щеки Пенелопы покрывал возбужденный румянец.
Алекс оглядел их и сухо проговорил:
— Мисс Лоусон упоминала о какой-то размолвке…
Закари, который встал при их появлении, устремил на Лили озадаченный взгляд.
— Моя вспыльчивость всем известна, — пришла ему на помощь Лили, рассмеявшись. — Мне просто нужно было успокоиться и прийти в себя. Я прощена, Зак?
— Здесь нечего прощать, — галантно ответил Закари, целуя ей руку.
Лили отпустила локоть Алекса и оперлась на Закари.
— Зак, тебе придется помочь мне сесть в кресло. Я подвернула ногу, гуляя в саду. — Она небрежно махнула рукой в сторону тщательно ухоженных лужаек. — Представляешь, из земли торчал корень толщиной с мужскую ногу. Об него я и споткнулась.
— Это небольшое преувеличение, — насмешливо заметил Алекс.
— Что бы вы ни говорили, но корень был огромный. — С помощью Закари Лили доковыляла до ближайшего кресла и упала в него.
— Придется сделать припарки! — воскликнула Пенелопа. — Бедняжка Лили, не двигайся! — Она бросилась прочь из комнаты и побежала на кухню.
Закари принялся заботливо расспрашивать Лили:
— Сильно болит? Вся нога или только щиколотка?
— Со мной все будет в порядке. — Лили поморщилась с таким видом, будто боль была невыносимой. — Но все же мне бы хотелось, чтобы завтра ты приехал проведать меня.
— Я буду приезжать каждый день, пока ты не поправишься, — пообещал Зак.
Посмотрев поверх его головы на Вулвертона, Лили улыбнулась графу. В ответ раздался странный звук. Интересно, спросила она себя, был ли это скрежет его зубов?
На следующий день нога Лили почти перестала болеть, и только некоторый дискомфорт в щиколотке напоминал о вчерашнем происшествии. День был на удивление теплый и солнечный. Утром приехал Закари и пригласил ее на прогулку в экипаже. Лили настояла, чтобы поехала и Пенелопа. Алекс под предлогом неотложных дел бесцеремонно отклонил робкое приглашение Пенелопы присоединиться к ним. Нет надобности говорить о том, что Лили, Пенелопа и Закари восприняли его отказ с молчаливым облегчением. Если бы он поехал с ними, то возникла бы довольно напряженная ситуация.
Троица отправилась на прогулку в кабриолете. Закари великолепно правил лошадью, изредка оглядываясь на сестер и смеясь их шуткам. Лили и Пенелопа в широкополых шляпках, которые защищали их смеющиеся лица от яркого солнца, сидели позади Закари.
На развилке Закари предложил свернуть на проселочную дорогу. Вскоре они увидели зеленый луг. В воздухе стоял пряный аромат фиалок, клевера и дикой герани.
— Как прекрасно! — воскликнула Пенелопа, откидывая с лица непокорную прядь. — Может, погуляем? Я бы с удовольствием нарвала фиалок для мамы.
— Гм… — Лили с сожалением покачала головой. — К несчастью, моя нога еще немножко болит, — покривила душой она. — Сегодня у меня нет настроения гулять по полям. Возможно, Закари вызовется сопровождать тебя.
— О, я… — Пенелопа посмотрела на Закари, красивого, серьезного, и зарделась как маков цвет. — Сомневаюсь, что это прилично.
— Пожалуйста! — взмолился молодой человек. — Я буду только счастлив.
— Но… наедине…
— Пенни, нам всем известно, что Зак — истинный джентльмен, — сказала Лили. — Да и я глаз с вас не спущу. Я буду сопровождать вас на расстоянии. Конечно, если тебе не хочется гулять, я буду рада, если ты посидишь со мной, и мы будем восхищаться пейзажем из кабриолета.
Поставленная перед выбором — гулять наедине с возлюбленным или сидеть в кабриолете с сестрой, — Пенелопа прикусила нижнюю губку и нахмурилась.
Соблазн одержал над ней верх. Она робко улыбнулась Закари:
— Мы погуляем очень недолго.
— Мы вернемся, как только ты пожелаешь, — заверил ее Закари и резво спрыгнул на землю.
Лили с теплотой наблюдала за тем, как он помог Пенелопе выбраться из кабриолета и как они рука об руку неспешным шагом прогуливались по лугу. Эти двое были созданы друг для друга. Закари — достойный молодой человек, достаточно сильный, чтобы защитить ее. И в то же время в нем сохранилось очень много юношеского, поэтому Пенни не пугает мысль о совместной жизни с ним. Что касается самой Пенелопы, то из нее получится именно такая жена, какая нужна Заку, — нежная, невинная.
Положив ноги на обитое бархатом сиденье, Лили взяла корзинку с бисквитами и фруктами, которую они захватили с собой. Она съела ягоду клубники и выбросила зеленый черенок на землю. Затем, сняв шляпку и подставив лицо солнцу, она потянулась за следующей ягодой.
Однажды, давным-давно, в Италии, они с Джузеппе устроили пикник на лугу, очень похожем на этот. Это было незадолго до того, как они стали любовниками. В то время Лили считала себя чрезвычайно искушенной. Только позже она осознала, какой была глупой и наивной…
— Деревенский воздух восхитителен, — заявила Лили. Растянувшись на одеяле, она оперлась на локти и вонзила зубки в сочный, спелый персик. — Здесь все кажется вкуснее!