Лиза Гамаус – Измена. Я докажу (страница 3)
– Это которая запускалась по отпечатку пальца? – спрашиваю, зная ответ.
– Да! И это всё я, гениальный Муслим Гарибов, лучший в мире продавец всего на свете.
– Уймись уже. Вечером угощаешь, – а не пойти ли мне и правда вечером с ним поужинать, раз Виноградов чёрте где с Игорьком на просторах нашей необъятной.
– Что? Не верю своим ушам, – удивляется Мыся, так как сто предыдущих попыток отвергались на полу слове.
– Да, пойдём в «Голос» – называю ему модный дорогущий ресторан.
– Это я хорошо зашёл, – глаза горят, морда сияет, – что за день сегодня такой!
Пишу, принимаю поставки, всё проверяю.
Звоню Катерине.
– Неужели так и сказал «целую»?– она даже сразу не верит.
Не могла ей не позвонить. Катерина – добрая девка. Я с ней много лет дружу.
– Сижу голову ломаю, с какого номера позвонить, не с моего же, и не с Мыськиного, он его знает, – настоящая проблема получается. Как позвонить?
– Звони с компа, со скайпа, – решает Катерина.
– На рабочем компе не могу, да и кто сейчас этим скайпом пользуется? Регистрироваться надо. Да вычислит он меня, если заподозрит, ты, что не знаешь Виноградова?
– Ок, я сегодня к маме заеду, с ее телефона позвоню. А что сказать?
– Ну, скажи, доставку заказывали? Какую-нибудь хрень. Главное, кто возьмёт, мужик или баба. Он его Игорем называл. Или её.
– Поняла. Вечером отзвонюсь, – говорит Катерина.
Опять проверяю недоделанные документы, ставлю электронную подпись, отсылаю в салон.
– Столик заказал, – звонит Мыся, – не отвертишься.
Я почти забыла уже.
– Это дружеский ужин, который ты мне должен ещё с октября. Пойдём после твоих клиентов с опалами. Как раз два часа должно хватить на всё про всё.
– Скоро будут. Я им покажу магаз и провожу к тебе, как к супер спецу. Так будет заманчивее. А дальше ты. Клиент состоятельный, смотрел у меня кое-что, но пока не решился.
– Да хватит уже. Все мозги мне проел с этим клиентом, как будто у нас таких отродясь не было. Тебе отчёты, что ли, мои показать, напомнить?
Буквально на прошлой неделе я продала красивейших розовый бриллиант, то есть кольцо. На свадьбу.
– Конечно, дружеский, как ты могла подумать? – дурачится Мыся. На самом деле мне с ним легко и спокойно. Он сам никогда не начнёт, мы оба это знаем. Ждёт. Сева на него произвёл неизгладимое впечатление.
Встаю, иду к девчонкам посмотреть ещё раз на опалы и сказать, как их принести.
– Телефон вне доступа, – взволнованно почти кричит Катерина.
– В шесть часов перезвони, ты же вечером сказала. Спасибо, я сейчас занята, – отключаюсь. Уже плохо. Нормальный человек свой телефон не отключает. Спалилась Катерина. Доставка через три часа перезванивать не будет.
Захожу в сейфовую комнату, проверяю серьги, как замки застёгиваются, чтобы заминок не было, когда буду показывать, смотрю, какие рычажки на брошке.
Греческий берег. Пляж, песочек, зонтики, полно народу, причём, нашего. Лежу в тени и читаю с читалки роман. Любовная фантастика, колонии на Марсе, любовь к инопланетянину. Всегда думала, а как они трахаться-то будут, прям также, как и мы? Ну, ей-то проще. Никто не знает, и вопрос этот обходят. Ни одной эротической сцены с инопланетянином мне пока не попадалось. Спрошу у Севы, что скажет по этому поводу. У него, чуть что, эта тема всплывает. Не про инопланетян, а вообще.
Читаю минут сорок, а его всё нет. Звоню. Телефон под полотенцем. С собой не взял. Ладно, ещё подожду. Вставать, забирать пляжное барахло неохота, а оставлять непредсказуемо. Идёт.
– Где завис? – спрашиваю.
– Представляешь, встретил знакомых ребят, ещё с музыкалки. Давно не виделись.
– С женами?
– Да, собственно, не ребят, а девчонок. Вечером увидимся.
– Отдыхают?
– Не, работают. Играют в баре. Одна играет, вторая поёт. Давно уже здесь.
– Виноградов, я за тобой бегать не буду. Хочешь, можешь прям сейчас продолжить. Да хоть дать совместный концерт. Ты тут один, что ли?
– Я просто гипер общительный, а ты непроходимый интроверт. Мне же надо пар выпускать периодически.
Оля и Лена. Одна переводчица – французский и английский, вторая бухгалтер. С мая в Греции. Ходили вместе с Виноградовым в музыкальную школу. Он же у меня пианист, как никак. Обе блондинки – в соку и в поиске. Особо лезть к Виноградову всё-таки постеснялись, а вот если бы меня не было, даже не знаю. Но если кому надо – не уследишь, штука в том, что до этого не надо доводить.
Сколько раз я себя умоляла не портить себе жизнь и отпустить ситуацию. Живу на стрёме. Наверное, характер такой. Или Виноградов, тварь, сам их притягивает. Он ещё и артистичный такой, как корпоратив, так под Киркорова косит. Костюмчики разные неординарные. Не Виноградов, а сплошная загадка и вызов. Пианист. Артистичная натура. Бабы все до одной косятся, а мужики его называют чересчур «нарядным». Крыть-то нечем. Виноградову пофиг, главное, чтобы бизнес летел на всех парусах, и я, типа, его любила ещё яростнее, как он говорит. И всегда шуточки в мой адрес слышу насчёт моего повышенного внимания в вопросном направлении, что я сама под подозрением.
ГЛАВА 5. Шок
Сижу с одной приятельницей из маркетинга, Дашей, в столовке, едим по салату с тунцом, трепимся о новогодних продажах. Не сплетни, а обычная внутренняя трепотня. Даша знает, как только начинаются сплетни, я не участвую. Разворачиваюсь сразу.
Иду в кабинет, дочищаю хвосты по поставкам, кое-какую аналитику читаю по тенденциям, особенно по конкурентам. Но в стране таких, как мы, пока нет, я читаю больше мировую.
«
«
Символический стук, и дверь открывается.
ШОК
После того, как я ушла от Никиты, мы больше с ним не пересекались. Он делал попытки сойтись, звонил несколько раз, но я ему отказала. Сева был вне конкуренции. А последний раз просто откровенно его послала, чтобы больше мне никогда не звонил. И он не звонил. Но рявкнул в своей гнусной манере, что я об этом пожалею.
Никита стоит у двери в кабинет. Моё сердечко сразу грохнулось в пятки. Чего я так испугалась, я не понимаю. Я чувствую, что с этой минуты начнутся проблемы. Он их принёс, он не может без них. Изменился. Очень повзрослел, и так на шесть лет старше, стал таким маститым солидным мужиком чуть ли не в крокодиловых битинках.
Рядом девушка, отдалённо похожая на меня, как мне кажется, только пониже ростом и волосы подлиннее. Я больше смотрю на неё, чем на него. На него не могу. Закричать и выгнать его вон тоже не могу. Я на работе.
Комплект этот с опалами, красивый и редкий, уникальный в прямом смысле слова, но у него есть одна небольшая проблема. За такие деньги люди обычно покупают бриллианты или главную тройку – рубины, изумруды, сапфиры, а тут опалы по цене бриллиантов. У нас публика не очень в курсе, что это, это не очень модно ещё, многие могут вообще не понять. Только в кругах, где все бриллианты уже куплены, и хочется незнамо чего, чтобы выпендриться на очередной тусовке или попасть в светскую хронику в глянце. Но и там доплачивают.
Это сложная вещь, на любителя, причём, очень состоятельного и продвинутого любителя. А таких мало. И комплект может зависнуть. Откуда у Киселёва появились такие познания в драгоценных камнях, с чего это он полюбил ювелирные украшения, вопрос тоже непростой. Очень много состоятельных людей не тратят на это деньги. Это не вложение, в отличие от предмета искусства, которое со временем растёт в цене. Хотя редкие камни могут быть вложением, но опять же есть риски.
– Никита и Вероника, – представляет их Мыся. Безмятежный и всегда готовый к продажам, слегка роботизированный даже.
– Здравствуйте! – протягиваю руку сначала его жене, потом Никите, – Галина.
Они садятся на мои белые кресла, и продавец, которая шла за ними следом вместе с Мысей, ставит замшевый поднос с комплектом на мой стол.
– Спасибо, – говорю я ей, она уходит. Мыся тоже исчезает. Это моя партия. Цена комплекта – небольшая квартира в Москве в пределах Садового кольца.
Упустить клиента я не имею права, и мои объяснения, что клиент – мой бывший, с которым я не хочу разговаривать, недопустимы и не имеют никакого отношения к бизнесу. И ещё, я не могу подвести нашего креативного директора. Это Серафима, которая прежде, чем привезти его в наш центр, спросила меня: «Осилишь?» Я ответила, что осилю. То есть, если я не продам этот комплект до Нового года, доверие ко мне будет подорвано, и я не буду считаться продавцом номер один, как Мыся у себя в машинах. Да и много чего другого тут намешано. Короче, Киселёв мне со своей женой, как огромная кость в горле.
Киселёв не подаёт виду, что знаком со мной. Я с удовольствием поддерживаю это его начинание, потому что, если он скажет хоть пол слова о нашем прошлом, я не очень за себя ручаюсь. Ничего уж такого между нами не случилось, он меня не бил, не колотил, я ему не изменяла, даже резко не отвечала на его вечные недовольства. Но! Он мужчина, которого бросили у всех на виду в его тусовке. И он хочет реванша. Я знаю, о чём говорю. Драка с Виноградовым и наш скандал у Катерины он так и держит в голове, и для него – это позор.
– Вы можете примерить, Вероника! – говорю я его жене, – А потом посмотрим вас с украшениями на 3D модели, чтобы вы увидели себя так, как вас увидят другие.