Лиз Бурбо – Ариссьель. Жизнь после смерти (страница 15)

– Вот это да… Ему ни на что не хватало времени, кроме работы, а, оказывается, у него были увлечения: яхта, самолет… Вот уж сюрприз, вот уж неожиданность!

– А мне кажется, что этот самолет – еще одно выгодное вложение денег, – высказывает предположение Бен. – Хотя, припоминаю, когда мы были детьми, он говорил, что хочет купить нам яхту. Он тогда даже просматривал журналы с фотографиями кораблей. Так ему было проще мечтать. А может, он все же решился отложить дела и начать наконец наслаждаться жизнью? Но теперь мы этого никогда не узнаем.

Пока они продолжают рыться в моих документах, звонит нотариус. Новость о моей кончине его ошеломляет. Он сообщает Моне, что последнее завещание, которое у него есть, было составлено еще в 1974 году, когда дети жили вместе с нами. И продолжает:

– За последнее время я несколько раз встречался с вашим мужем по разным делам. И каждый раз я напоминал ему, как важно составить новое завещание. Он все собирался, но никак не мог решить, кому оставить свое имущество. Еще я советовал ему решить наконец вопрос с разводом, но он и это постоянно откладывал на потом. Поскольку ваш муж больше не женился и вы по-прежнему официально состоите в браке, завещание, которое хранится у меня, до сих пор в силе. А значит, вы, мадам Ледюк, являетесь единственной наследницей всего, чем он владел. Вам нужно будет прийти ко мне в контору, чтобы мы могли всё документально оформить. Не забудьте взять с собой свидетельство о смерти вашего покойного мужа.

Они договариваются встретиться через три дня и прощаются. Мона кладет трубку; выглядит она совершенно ошеломленной. Дети смотрят на нее: им не терпится узнать, о чем они говорили с нотариусом. Она им рассказывает все, что знает, а потом добавляет:

– Не могу поверить в это. Неужели все это теперь принадлежит мне? Я, конечно, поделюсь наследством с вами, давайте обсудим это позже. Но вы можете себе представить, чтобы такой искушенный в делах человек, как Ари, забыл позаботиться о такой важной вещи, как наследство, и не распорядился, как быть с его имуществом после его смерти? Надо же! Решительно, этот человек полон тайн, которые мне никогда не постичь!

Все-таки нужно было послушаться мэтра Болье: он ведь действительно каждый раз при встрече настаивал на необходимости оформить развод и составить завещание. Но каждый раз, когда он снова затевал разговор на эту тему, я испытывал неловкость. Не мог я признаться ему, что пока не в состоянии принять решение – то ли мне завещать все деньги детям, то ли в качестве наказания за плохое поведение вовсе лишить их наследства. Кому еще мне было оставлять свое богатство? Мои родители давно умерли, а братьев и сестер у меня нет. У меня нет даже близкого друга, которому мне бы хотелось что-либо завещать. Признаться в этом нотариусу, который так сильно восторгался моим талантом коммерсанта и моей деловой хваткой, было решительно невозможно. Ну и, кроме того, откуда я мог знать, что так скоро умру? Ведь я планировал прожить еще лет двадцать пять, как мои родители!

Вдруг я понимаю: всю жизнь я был занят тем, что стремился получить побольше прибыли. Где мне было найти время на изучение пенсионных программ? Сама мысль об этом мне была чужда! Тема смерти была вообще для меня запретной, табуированной. Я запрещал себе даже думать о ней. К тому же я был занят своими проектами. Задуматься меня заставляло лишь мое заболевание. Когда я заболел артритом, то подумал, что пора притормозить, начать пользоваться накопленными благами и тратить деньги на себя. Но изначально я не собирался делать этого раньше шестидесяти лет. Иначе у меня освободилась бы уйма времени, но чем его занять, кроме работы, я не знал.

Вот уж Мона удивилась, когда оказалось, что все мое богатство теперь принадлежит ей! А если бы она еще узнала, что у меня к тому же есть пять миллионов долларов, припрятанных на Каймановых островах, она бы умерла на месте. Каким же я был дураком! Конечно, у меня есть и код доступа к моему компьютеру, и номер банковской ячейки, но кто свяжет эти две цифры? Банки потому и богаты, что существуют такие идиоты, как я. Интересно, что они делают со всеми невостребованными деньгами, владельцы которых просто исчезают? Нет, это приводит меня в бешенство, лучше не думать об этом.

Я возвращаюсь домой. Наблюдаю за Моной и детьми, которые обходят все комнаты. В моей спальне они обнаруживают женские вещи, которые я храню на случай, если они понадобятся какой-нибудь моей гостье. Я был очень горд, приглашая женщин в эти роскошные апартаменты. Я обожал, когда они смотрели на меня полным восхищения взглядом, видя, как много у меня дома предметов искусства.

Надо же, чем больше они делают открытий в моей квартире, тем более молчаливыми становятся. Карина решает составить опись имущества, понимая, насколько важно это сделать самим. Пока они не знают, что будут делать со всеми этими вещами. Я больше не могу. Я больше не хочу видеть, что происходит у меня дома.

Я вдруг понимаю, в каком месте нахожусь.

Да кто же все эти люди вокруг меня? Неужели они все такие же мертвецы, как и я? Море вопросов и ни одного ответа. Как надолго я приговорен оставаться здесь, просто наблюдая за тем, что происходит? Я хочу знать! Я хочу двигаться! Я хочу, чтобы что-то происходило. Я слышу, как тихий голос шепчет мне: «Ты хочешь движения, но что именно должно двигаться?» Вот этого я точно не знаю! Да и как я могу знать, если я даже не понимаю, где нахожусь…

…МИШАЭЛЬ, где же вы? Я забыл о вас. Пожалуйста, помогите мне. Прошу вас, помогите! Как мне выбраться отсюда?

– 7 —

Мишаэль и астральный мир

Сразу же появляется МИШАЭЛЬ. Я нахожусь в спокойном и светлом месте. Ах! Какое милое, приятное место. Эти великолепные краски и эта божественная музыка… Похоже на арфу. Картинки передо мной постоянно меняются. Вот вырисовывается волшебный сад, а вот стеклянный – нет, скорее, хрустальный – дом. Его грани сияют и переливаются разными красками. Я вижу людей, которые сидят в кругу и кого-то слушают. Этот кто-то очень похож на МИШАЭЛЯ.

Да, это он, МИШАЭЛЬ. Он поворачивается ко мне и кивает, что означает «я вижу тебя, я знаю, что ты здесь». Я даже не сомневаюсь, что он уже знает мои вопросы. Через пару мгновений он направляется ко мне. Странно наблюдать, как течет время. Я всегда был таким нетерпеливым, но здесь я не пойму, долго ли мне приходится ждать, или все происходит мгновенно.

– Я в твоем распоряжении, Ариссьель. Я вижу, что ты и сам уже начинаешь понимать, какие этапы тебе нужно преодолеть в мире душ. Но ты проходишь их, хотя это не всегда просто, верно?

– А то, что я смотрю на Землю, но не могу вмешаться ни в какие события, тоже является частью этих этапов?

Он кивает, давая понять, что это действительно так.

А я продолжаю настаивать:

– Это не смешно. И у меня куча вопросов… Зачем все эти непонятные этапы и кто решил, что они мне нужны? И почему здесь все так отличается от того места, где я находился чуть раньше? А то место, где все гнались за мной… Как вы его сами называете?

МИШАЭЛЬ пристально смотрит на меня и отвечает:

– Прежде чем ты узнаешь обо мне и о мире, в который попал, мне нужно сказать тебе вот что: я знаю о тебе буквально все и решил быть рядом с тобой, чтобы помогать. Однако я вижу, как сложно тебе даются новые понятия. Поэтому, прежде чем окончательно договориться с тобой, я должен знать, готов ли и ты со своей стороны к определенным договоренностям со мной?

ДОГОВАРИВАТЬСЯ С НИМ? Интересно, что он имеет в виду?

– А я должен с вами договариваться? О чем же? Я не собирался попадать сюда, это не было моим решением. Я, может, предпочел бы и вовсе не существовать, уйти в полное небытие. И почему здесь все происходит не так, как я хочу? Мне не нравится все, что со мной здесь происходит, все, с первой до последней минуты.

– Ты слышал, как на Земле говорят, что после смерти мы попадаем в пустоту, где ничего нет? Так вот, это неправда. И нет смысла цепляться за эту ложь, продолжая верить в такое. Что касается того, нравится тебе или не нравится то, что ты переживаешь, от этого ничего не меняется. Точно так же, как ты ничего не можешь изменить, зная, что твоя дочь на тебя сердится. Существует много ситуаций, которые мы никак не можем изменить, но единственный путь к переменам – изменить что-то внутри себя. Таков незыблемый духовный закон. Вспомни, что я говорил: умирает лишь твое физическое тело, остальные же тела продолжают жить. Если ты откажешься от моей или еще чьей-то помощи, все пережитое тобой до сегодняшнего дня будет продолжаться и повторяться в твоей жизни. Ты будешь свидетелем событий на Земле, и ты еще долго будешь блуждать.

Если же ты обязуешься слушать и учиться новому, ты проделаешь свой путь намного быстрее. А когда ты снова вернешься на Землю, в твоем распоряжении будет множество других инструментов, которые помогут тебе проживать ситуации по-другому. Если душа отказывается развиваться, ее снова отправляют на Землю, повторяя для нее те же сценарии, которые становятся все более болезненными и приносят все больше страданий.

– Значит, здесь у каждого есть проводники?

– Да, у всех душ, как и у всех людей, есть проводники, которые предлагают свою помощь. Увы, не все ее принимают. Помнишь, как на Земле ты тоже предлагал свою помощь другим людям, а они отказывались ее принимать? Некоторые даже не знают, что нуждаются в помощи; я уже не говорю о том, что они не догадываются, что о помощи можно просить. Неосознанно они соглашаются на скучную, безрадостную и даже посредственную жизнь. Тебе же, кроме обучения, которое я готов для тебя провести, я хочу кое-что предложить, и надеюсь, ты примешь это предложение… Он произнес это так загадочно, что мне сразу стало понятно: меня ждет какой-то сюрприз. Но сейчас мне об этом, конечно же, он не расскажет.