Лия Виата – Ведьмы (страница 4)

– И тебя это устраивает? – скривилась я, не услышав ничего хорошего.

Девочка снова задумалась, а потом на еë лице промелькнула тень улыбки.

– Я хотела спросить, есть ли у меня выбор, но твои поступки говорят сами за себя. Ты не сдаешься. Вряд ли я могу жить так же, – печально закончила она, обведя взглядом мою одиночную камеру.

– Может и не так же, но что-то точно можешь поменять. – Подмигнула ей.

Девочка замерла. Я почувствовала себя странно: с ней мне слишком комфортно. Будто мы во многом сходились, а в чём-то сильно разнились. Я была точно уверена в том, что она поняла то, о чем я говорила. Меня ещё никогда никто не слушал настолько внимательно. Хотелось поговорить с ней подольше, но дверь в мой коридор открылась и раздался низкий голос надзирателя:

– Номер 27, на выход, – гаркнул он.

Девочка вздрогнула, очнувшись от наваждения. Я снова ей улыбнулась, и она ушла, оставив меня наедине с мыслями и болью.

Глава 5

Змея

Я оказалась права. Та девочка самая странная из всех, кого я когда-либо видела, однако это было не из-за цвета еë глаз. Она скорее другая внутри, потому что думала иначе, чем все остальные. Я не могла сказать, что еë слова не логичны. Всё это заставляло меня чувствовать себя запутанной. Наш разговор глубоко засел в мою душу. Хотелось поговорить с ней ещё хотя бы раз, но меня больше туда не приглашали, ведь я не добилась того, чего они хотели.

Она была в очень плохом состоянии. То, что она жива, уже достижение. Ей недолго осталось, и это удручало. Меня впервые взволновала чужая жизнь. Вряд ли это хорошая новость в моём положении. Хотелось поговорить хоть с кем-то об этом, но Игритт не любила шум и вопросы, а с другими ведьмами так и не сблизилась. Приходилось молчать.

Жаль, что у меня не было ни единого способа повлиять на что-то. Даже если представить ситуацию, в которой смогу дать имя той девочке, то как бы я до неë добралась? Почему мне вообще приходят в голову подобные мысли? Я видела еë всего дважды. Почему она не выходит у меня из головы?

Ответ вскоре приснился. Это был очень глупый сон, в котором я стояла посередине пустоты. Она обволакивала меня, утешала и успокаивала. Чувствовала себя в ней практически невесомой. Впервые было так хорошо и уютно: никто не наблюдал за мной, не запирал и не стремился причинить боль. Могла даже уйти куда угодно и не получить сопротивление. Всё закончилось печально. Я проснулась со слезами на глазах.

Перевернувшись на другой бок, позволила себе выплакаться. Нельзя начинать надеяться на что-то, но та девочка пробудила во мне те чувства, которые отчаянно подавляла. Не думать об этом стало невозможно. В голову внезапно пришла мысль о том, что если я ничего не сделаю сейчас, то не решусь на подобное уже никогда.

Вопрос о том, что я могу, встал очень резко. Если бы у меня было хоть какое-то сродство со стихией, то можно было бы что-нибудь придумать, но за всё время моей жалкой жизни у меня не вышло ничего призвать. Наверное, я просто очень слабая ведьма. Значит, и помочь ничем не могу. Мне даже спрашивать о чем-либо других запретили.

– Эй. – Перед моим лицом кто-то щёлкнул пальцами.

Я захлопала глазами и уставилась на недовольную Игритт. Мы сегодня убирались в одной из комнат надзирателей, и я опять выпала из реальности. В последнее время мысли захватывали меня полностью.

– Ты протерла этот стол уже три раза. Он чистый, – пробурчала Игритт, выпятив подбородок.

Я заметила, что она делает так неосознанно, но этот жест всегда говорил о том, что она не потерпит препирательств. Пришлось сосредоточиться на своих руках и тряпке. Они лежали на небольшом пустом столе. Посмотрела на него так, будто вижу впервые. Игритт напряжённо вздохнула.

– Что с тобой происходит в последнее время? – неловко спросила она.

– Я… хотела бы узнать кое-что, – промямлила я.

– Дай угадаю, про Адериду? – вздохнула Игритт.

Удивлённо посмотрела, не поняв о ком она.

– Я про ведьму, на которую ты постоянно смотришь, – уточнила Игритт. – Думаю, ты всё равно узнаешь, так что можно и сказать. Да, всё верно.

Никак не могла понять сути разговора. Переключение произошло внезапно. Игритт говорила про взрослую ведьму с жёлтыми глазами. Сейчас она волновала меня меньше всего, но ранее я задумывалась была ли между нами хоть какая-то связь.

– Она меня выносила? – тихо уточнила я.

Игритт кивнула. Это кое-что объясняло. Например, еë мрачное настроение при моём приближении. Могло ли это также означать, что…

– Здесь есть ещё ведьмы с именем и жёлтыми глазами? – спросила я, полностью сосредоточившись.

– Я не видела. – Игритт продолжила мыть пол под кроватью.

Значит, вероятность нашего родства с той девочкой значительно увеличилась. Не замечать внешнего сходства между нами довольно глупо. Хотя всё равно сложно сказать менял ли этот факт хоть что-то.

Я решила вытереть полки у шкафа. Снова опустилась тишина. Слышно было только скольжение тряпок по поверхностям. Не знаю, что сподвигло задать этот вопрос, но я почти сразу пожалела о том, что спросила:

– Игритт, тебя всё здесь устраивает?

Я услышала звук глухого удара и повернулась к ней лицом. Игритт приложилась лбом об ножку кровати. Смотрела она при этом на меня настолько кровожадно, что мне захотелось прикусить язык. Она злилась и была чем-то сильно опечалена, а ещё напугана. Спустя секунду, Игритт кинула тряпку в таз с водой и вышла в коридор. Её реакция показалась мне странной, но вполне однозначной. Она не станет отвечать на мой вопрос.

Я вздохнула и пошла намочить свою тряпку. Окунула еë в воду и задела рукой тряпку Игритт. Меня как будто ударило чем-то. По телу пошла дрожь, комнату поглотила темнота, а в голове зазвучали голоса.

– Тварь, как ты посмела? – рычал чей-то мужской голос.

– Я ничего не делала. – Игритт задрала подбородок так высоко, будто пыталась не дать упасть слезам на щеки.

– Ложь. Ты намеренно убиваешь своих нерождённых детей! – продолжал кричать голос.

Послышался звук удара, от которого я вздрогнула.

– Нет, – тихо, но упрямо промямлила Игритт.

– Дай нам возможность доказать это, и ты будешь завидовать тем, кто уже прошёл очищение, – угрожающе сказал мужчина.

– Я ничего… не… делала. – У Игритт заканчивались силы.

Я отчётливо поняла одно – она врала. Всё прекратилось резко. Голова у меня закружилась, и я осела на пол. Что это вообще сейчас произошло? Я видела пару раз, как ведьмы со сродством к воздуху закрывали себе уши, но была уверена в том, что то, что я слышала происходило не сейчас и не здесь. Низкий голос Игритт там отличался, но был узнаваемым. Это произошло в прошлом? Может это очередной сон? Верилось слабо. Пальцы на руках у меня всё еще покалывало. Я ни разу не применяла магию, но это на неë похоже. Понимание этого факта сидело где-то глубоко внутри моей сущности.

Неужели сейчас я увидела и узнала то, что хотел знать Микаэль? Впрочем, это и на мой вопрос отвечало. Игритт совсем здесь не нравится. Я не смогла побороть любопытство и снова взяла еë тряпку в руки. Ничего не произошло. Может нужны какие-то условия? Какое тогда у меня сродство? Это совсем не похоже на стихийную магию.

Голова начала болеть ещё сильнее. Почему один ответ принёс ещё десять вопросов? Зато, если смогу разобраться, то найду способ помочь той девочке и, возможно, увижу наяву тот мир, который так чётко видит она. Мои руки неосознанно сжались в кулаки. Необходимо начать действовать.

Глава 6

Змея

Проблема первая: ни у меня, ни у той девочки нет имени. Если мне это мало чем угрожало в ближайшем будущем, то еë это скоро убьёт. Дать ей имя я не могу, значит, надо найти того, кто сможет. Ведь кто-то же должен знать, как это сделать?

В следующие пару дней я старалась прислушиваться к тихим разговорам. Конечно, никто не обсуждал нужную мне тему, но, по их словам, и интонациям мне удалось мысленно составить список тех, кто находится здесь давно. Они вели себя куда спокойнее и расслабленнее, чаще других давали советы и получали порции еды побольше. Внешне отличались от других мало, но скорее всего мы старели не так, как надзиратели, у которых после тридцати начинали появляться морщины.

Тех, кто подходил под все требования оказалось немного. Мой выбор пал на желтоглазую ведьму. Всё время моего пребывания здесь Адерида выглядела мрачной. Меня она избегала. Возможно, это могло мне помочь.

Проблема вторая: как поговорить с Адеридой? Наедине я оставалась только с Игритт, которая после моего вопроса опять замкнулась в себе. Кажется, даже еë кошмары ухудшились. Чувствовала себя немного виноватой из-за того, что как-то залезла в еë голову. Впрочем, совесть грызла меньше, чем любопытство. Проявления магии были для меня слишком интересными.

Сама со второй проблемой не справлюсь. Значит, Игритт должна мне помочь. Придуманный способ мне не нравился, но других вариантов не нашлось. То, что я узнала, уже могло погубить еë, но мне нужно что-то более весомое.

Отсюда вытекала третья проблема: как я могу это сделать, если совсем ничего не знаю о своей магии? За последние несколько дней попробовала себя в самых простых стихийных заклинаниях. Если бы у меня было сродство, то хоть что-то бы как-то откликнулось, но ничего не вышло. Это огорчало.

Пока размышляла над третьей проблемой, думала одновременно и о четвёртой: как незаметно выйти из нашего коридора и дойти до неё? Чтобы провернуть подобное надо знать маршруты надзирателей и время, по которому они проверяют коридоры. Для этого пришлось наблюдать – они всегда вели себя с нами расслабленно. Вряд ли кто-то мог бы догадаться, что творилось в моей голове.