Лия Титова – Наконец-то отпуск! (страница 6)

Она даже не успела позвать на помощь, как услышала мотор лодки. Она сразу успокоилась, рыбак успеет к ней, он находился ближе всего, а уж пару минут она продержится. Богданов не пропустил момент, когда Лера начала нелепо взмахивать руками и дергаться в реке. Стиснув зубы, он быстро вытащил крючок из воды, бросил удочку на дно лодки и, затащив якорь, завел мотор, направляясь в ее сторону. В метре от женщины, он выключил мотор, взял весла и подгреб к ней, сразу протягивая ей одно весло.

– Держись! – приказал он громко. И Лера ухватилась обеими руками за опору, переводя дух. Александр почти вплотную поставил борт моторки к ней и протянул крепкую мозолистую ладонь. – Хватайся. Вытащу.

– Да, – ответила она, и он оценил, что паники не слышит, просто испуг. – Спасибо.

– Потом отблагодаришь, – буркнул он, подхватывая ее уже обеими руками и затаскивая через борт. Она вцепилась в него мокрыми пальцами изо всех сил и закусила губу, нога до сих пор болела. Ему пришлось на миг прижать ее к груди, и он дернулся: футболка сразу намокла, но еще он ощутил волнующие женские изгибы. Всего на миг он почувствовал прикосновение твердых сосков, которые сморщились от холодной воды, но так соблазнительно заскользили, вызывая дрожь. – Ты мне и так должна!

– Что? – удивленно нахмурилась Лера, уже сидя на второй сидушке, что располагалась ближе к носу лодки, а ее спаситель сел на такую же на корме возле мотора. Она подняла глаза и едва не заорала: ну, как так возможно! Богданов! Он спас ее. Этого еще не хватало! – Опять ты?!

– Я! – рыкнул он, протягивая руки к ее ногам. – Которая?

– Не смей меня трогать! – попробовала увернуться она.

– Уймись, дура! – прикрикнул он, устав от ненужного сопротивления. – Мышцы надо размять!

Он уже заметил, что левая икра напоминает каменную, и отодвинул ее руки, склонился над ней и принялся сильными нажимами разминать стянутый клубок мышц.

– Ай! – закусила она губу и рефлекторно вцепилась пальцами в его плечи, даже царапнув ногтями, вызывая еще одну дрожь возбуждения. Саша стиснул сам зубы, чтобы не наброситься на нее, но моторка не место для него и этой мегеры, которая точно вцепится ему в лицо, если он рискнет сейчас коснуться ее.

– Скоро боль пройдет, – пообещал он, продолжая работать над женской ногой, отмечая округлое бедро, маленькую коленку и пальчики с красным лаком. Ухоженная ножка, как и сама женщина, что ему очень понравилось, руки и лицо с волосами у нее всегда были в порядке, оказалось, что и ноги тоже. Богданов осторожно опустил ее ногу на дно лодки и взглянул на Леру: по щекам скатилась парочка слезинок, но он не посмел поднять ее на смех, это реально было больно, а она только один раз вскрикнула, а потом терпела. – Ты в порядке?

– Да, – настороженно уставилась она на него прищуренными зелеными глазами, словно ожидая подвоха. – Ну?

– Что ну? – лениво переспросил он, насмешливо изучая бунтарку: точно придется взять шефство, чтобы она живой и целой вернулась к сыну.

– Утопишь меня теперь или скормишь, как наживку, рыбам? – с вызовом спросила она и поежилась под его тягучим взглядом. Она сидела перед ним в бикини, которое совершенно не прикрывал тело от его наглых разглядываний. Лучше бы она купалась в бабушкином слитном купальнике, чем так. Лера подавила желание прикрыться от него руками, напомнив, что ей уже сорок пять, она взрослая женщина и сможет осадить наглеца даже в мокром облепляющем ее купальнике.

Богданов выдержал паузу, не спеша с ответом: вопрос Леры его позабавил. Он разглядывал с ее с нескрываемым проснувшимся мужским интересом. Зря он втирал Петровичу, рассеянно подумал он, что женщины ему не нужны. Именно этой удалось зацепить и заинтересовать, только просто с ней не будет. Просто у него уже было. Саша видел овальное личико без всякой косметики в обрамлении влажных волос, которые завивались, большие глаза под длинными ресницами подозрительно следили за ним, не доверяя и не веря, что он спал ее и помог. Нервничая, Лера покусывала нижнюю губу, и он захотел, чтобы она вот так же коснулась его. Он постарался побыстрее пройтись взглядом по ее высокой груди, чтобы Лера не врезала ему за неприличные разглядывания. Он снова отметил, что у нее такая грудь, что закачаешься, да, маленькая упругая двоечка, но ему хватит. Дальше он оценил тонкую талию, округлые бедра, на которые она положила руки, нервно переплетя длинные пальцы с тремя кольцами. Он уже заметил, что два она носила на безымянных пальцах, и обручального не было, а последнее на левом указательном пальце.

Саша про себя усмехнулся, точно побаивается его, учитывая, что высказала ему сегодня утром. Пожилых она не обижает! А он очень хочет всыпать по первое число, задела она его мужскую гордость и самолюбие. Соплячка! Или не очень? – заинтересовался он.

– Солдат девчонку не обидит! – хмыкнул он, размышляя, что получит в ответ. Она нахохлилась и даже выпрямила спину, выпятив аппетитно вперед грудь.

– Я не девчонка! – зашипела она, вызывая приступ острого любопытства. – Я давно взрослая женщина!

– И сколько тебе лет, взрослая женщина? – насмешливо протянул он, вызывая бешеный всполох глаз.

– Хам! – взвизгнула она, аж подскочив, но вовремя вспомнила, что они в лодке с надувным дном. – В какой казарме тебя научили задавать бестактные вопросы?

– В жизни, – пожал он плечами. – Так сколько, Лера? Я ж не отстану!

– Я чуть младше, – уклончиво ответила она, засмущавшись своих лет: блин, ей скоро сорок шесть, а он застукал ее лазающей по заборам и деревьям. Какой стыд, а еще учительница, слышала она уже его наглый голос. Точнее, училка! Как же хорошо, что бедняга не представляет, что она выкидывала с детства. Если родители узнали хоть половину, точно поседели бы и заперли в казарму уже ее.

– На сколько? – прищурился он в плохом предчувствии, еще раз окинув ее придирчиво. – На два года? На пять? На семь? На десять?

Лера не могла справиться с охватившим ее весельем. Он явно нервничал, боясь, что она реально сильно моложе. Ее тихий смех заставил его то ли расслабиться, то ли напрячься еще больше.

– Оказывается, Александр Николаевич, – протянула она в явном удовлетворении, – вы не разучились делать комплименты. Еще не все потеряно, как я погляжу.

– И? – упрямо повторил он, не попадаясь на дифирамб. – Сколько?

– Сорок пять, – спокойно призналась она, видя легкий шок на волевом лице: он не ожидал такой цифры, но она была. – В октябре уже будет сорок шесть. Что? Не похоже?

– Нет, – честно признался он. – Я думал, нет еще сорока.

– Я не такая маленькая, – тихо сказала она. – Просто работа обязывает держать себя в руках.

– Не согласен, – просто ответил он. – Ты умудрилась сохранить в себе частичку детства.

– Только Теме не говори, – смутилась она натурально, – что его мать по заборам и деревьям прыгает. Он, конечно, знает, но…

– Что? – спросил он, терпеливо ожидая ответа.

– Я учила Темку лазить за яблоками, – снова задрала она подбородок. – Он же мальчишка! Он должен уметь!

– А отец? – тихо спросил он, стараясь не перегнуть и не заставить защищаться. У них получался почти нормальный разговор.

– Где-то есть, – равнодушно отвела она взгляд в сторону, но Саша увидел проблеск боли. – Он всегда считал, что интернет поможет найти ответы на многие вопросы.

– Вы?..

– В разводе! – твердо сказала она. Она как-то обреченно и нагло, будто защищаясь, посмотрела на него. – Я подала на развод, когда он сбежал и бросил сына. Осуждаешь?

– Нет, – тихо ответил он, чуя, что это просто верхушка айсберга, но хотя бы эту малость Лера ему сказала. – Часто развод весьма правильное решение.

– Ты тоже развелся? – тихо спросила она, растеряв весь боевой пыл.

– Да, – признался он. – Давно, Лера. Прошло уже почти двадцать лет.

– А я только два года назад, – вырвалось у нее. Но в мыслях появилась одна: что там стряслось, что достаточно красивый мужчина до сих пор не повторил свой опыт. – Мне, правда, стало легче.

– Как и мне, – сухо кивнул он. – Как нога?

– Лучше, – заверила она. – Я доплыву.

– Сиди и не дергайся, – отдал он приказ, заводя мотор. – Иначе точно утоплю!

– Не угрожай! – выдала она. – Я умею плавать!

– Сиди спокойно, – повторил он свои слова, и моторка быстро долетела до берега, преодолевая течение. Легкий ветерок бил в лицо, и Лера зажмурилась, получая удовольствие от движения. Саша увидел ее улыбку, она наслаждалась. Опять он чувствовал расхождение в своих предположениях и ее поведении.

Саша замечал, что Лера хорохорится, но осторожно поглаживает ногу: судорога так быстро не отступает. Она еще будет чувствовать неприятные ощущения, да и синяк может появиться. Его бывшая уже давно лила слезы и причитала, а она нет. Нос моторки уткнулся в берег, и Саша выпрыгнул из нее. Он был босиком и завернул штаны на пару оборотов, но все равно намок. На всякий случай он выбросил якорь, чтобы не гоняться за лодкой по течению Оки. Мужчина заметил, что Лера пробует выбраться самостоятельно из лодки, качающейся на волнах, но выходило плохо. Он не стал ждать, когда она снова плюхнется в воду, и сам вытащил ее из лодки, беря на руки. Лера опять затрепыхалась, но инстинктивно обхватила руками его шею, чтобы не упасть вниз.

Богданов вынес ее на пляж и донес до лежака, укладывая на него. Штаны намокли до колен, но это было терпимо. Ноги испачкались в песке, но он не поморщился.