Лия Султан – Развод. Начать сначала (страница 2)

- Диана, жааааным, - тянет она слова, - Я сейчас в Италии, на побережье Сицилии. Я видела твоего мужа…с женщиной. Сначала подумала, что это ты, хотела подойти. Но потом…В общем, он меня не видел, но я его сняла на видео. Прости, жааааным, я считаю, ты должна знать. Я тебя обнимаю. Держись!

Не понимаю, о чем она? Мой муж в Италии, но на мебельной выставке! Он не собирался в Сицилию! Пальцы трясутся, по спине ползет полчище мурашек, меня страшно колотит. Нет-нет, она, наверное, ошиблась. Мой Аза не такой! Он любящий, верный, самый лучший! Он мой! Следом за сообщением Медина присылает видео. Жду пока загрузиться, открываю и…не верю своим глазам! Боже, нет! Это не может происходить со мной! Вот он – мой родной, любимый мужчина сидит за столиком на террасе пляжного ресторана. На нем легкая белая рубашка, которую несколько лет назад гладила перед командировкой. Рукава закатаны, две пуговицы расстегнуты. Азамат не один, а с красивой, черноволосой женщиной, одетой в джинсовые шорты, белый той и полу-прозрачную голубую туринку. В любовнице я сразу же узнаю известную актрису Альбину Арман. Ну конечно, это она. Они смотрят друг на друга, так будто уже занимаются любовью. Он гладит ее пальцы, она мило улыбается и что-то шепчет ему на ухо. Смеются. Целуются. И даже не замечают, что их снимают. Глаза режет от слез, ком в горле пронзает насквозь острыми шипами.

Но это еще не все, потому что Медина присылает другое видео. Азамат сидит на белоснежном шезлонге. Все в той же рубашке, только теперь она полностью расстегнута. На нем былые брюки, закатанные по щиколотку. Альбина подходит к нему и садится на колени. Теперь на ней соломенная шляпка с черной лентой. Эта женщина обнимает моего мужа за шею, а он прижимает ее к себе и страстно целуют. Вот зачем любовники уезжают далеко от дома. Только так они могут быть вместе и обманывать, не оглядываясь и не боясь, что кто-то из знакомых их узнает. Но Азамату не повезло.

Я медленно умираю, кружевной лифчик душит, не дает вздохнуть спокойно. Быстро расстегиваю его, стягиваю с себя и остаюсь топлесс. У меня начинается класутрафобия и паническая атака. Слезы рекой рвутся наружу, выходят из берегов и затапливают меня и мое некогда счастливое настоящее. Вою от обиды и боли. Мой муж. Моя первая и единственная любовь. Человек, ради которого я жила. Он предал меня, унизил и растоптал.

- Диана, Диана, открой! – зовет меня Айлин. – Солнышко! Что случилось!

Открываю дверь и тут же падаю в объятия подруги, не замечая, что за ее спиной стоит испуганная сотрудница магазина.

- Айлин, он, он…- не могу признаться ей, хотя она сама прошла через подобное год назад.

- Кто? Азамат? С ним что-то случилось.

- Телефон, посмотри там, - киваю на смартфон на скамье.

Айлин берет мобильный, а я сажусь на скамейке, закрыв груди руками и трясусь от плача. Вновь эти звуки моря и дольче виты. Эти картинки счастливой пары обманщиков навсегда отпечатались в моем сознании. Господи! Как он на нее смотрел! Он хотел ее, он любил ее. И к своему ужасу я поняла, что Азамат уже давно так на меня не смотрит.

- Это…ужасно. Ди, милая, - бедная Айлин пытается как-то развернуться в тесной примерочной и обнять меня. – Давай поедем домой. Ты придешь в себя. Когда он приезжает.

- Сегодня в шесть.

- Ты его встречаешь?

- Водитель компании, - всхлипываю я.

- Это хорошо. У тебя будет время успокоиться. Вам надо поговорить.

- Поговорить? – хватаюсь за голову, - Как мне с ним говорить спокойно, как?

- Ты сможешь, - подруга гладит меня по руке. – Держи лицо, не показывай свою слабость. Будь сильной. Не ты его предала, а он. Вот пусть и отвечает.

- Боже мой! Как я не заметила? Как? Сколько они вместе, если уже ездят на отдых?

Снова плачу навзрыд на плече Айлин. В эту минуту я совершенно не понимаю, как мне жить дальше.

***

Мы с Айлин доезжаем до моего дома. Она чуть ли не за ручку заводит меня в квартиру и заставляет сходить в душ. Под струями холодного душа снова и снова прокручиваю увиденное. Это какая-то острая форма мазохизма, губительная для организма. В памяти всплывают эпизоды из недавнего прошлого, когда я ластилась к мужу, целовала его и просила о любви. Он тогда погладил меня по голове и сказал: «Я боюсь, что ты не восстановилась после операции. Давай еще подождем. Не хочу сделать тебе больно». Я тогда восприняла это как заботу обо мне и подумала: «Какой же он классный и любящий». А на самом деле Азамат, наверное, уже тогда трахал свою актрису.

- Как ты, Ди? - тихо спрашивает Айлин, когда я выхожу из душа в халате.

- Как будто умерла, - сажусь рядом с ней и кладу голову на ее плечо. – Хорошо, что Айдарик сейчас в горном лагере. Через неделю его забирать. Что я ему скажу?

- Правду, - Айлин гладит меня по мокрым волосам. – Я звонила Соне, отправила ей видео, как мы договаривались.

- И что она сказала.

- Она сказала, что Альбина Арман замужем.

- Да? – отстраняюсь я и удивленно хлопаю ресницами.

- Сама не знала. Я не слежу за звездами. Но Софи говорит, что ее муж старше нее на 17 лет и именно он сделал ее актрисой . Ну то есть она закончила художественную академию, но он спонсировал ее первые фильмы. Какой-то бывший крутик, которому в последнее время не везет.

- Почему?

- Говорят, увлекся азартными играми и стал много проигрывать. Детей у них, кстати, нет.

- То есть она кинула мужа-игромана и переключилась на моего мужа?

Айлин молча пожал плечами.

- Мы с Соней придем к тебе завтра. У нее выходной. А сегодня вам надо поговорить.

- Я не смогу, - опускаю голову и смотрю на свои трясущиеся пальцы. – Ты же знаешь, какая я мнительная. Сразу начну плакать, жалеть себя.

- А ты не плачь, - Айлин берет меня за руку и тремор отступает. – Ты всегда была очень ранимой и восприимчивой. С самого детства. Помнишь, как ты плакала, когда мы смотрели «Дикого Ангела» после школы?

- Когда Мили и Иво попали в аварию, и она чуть не умерла?

- Да, - тихонько засмеялась подружка. – Ты – самая нежная из нас. Но это не значит, что слабая. Поэтому собери волю в кулак, встреть своего неверного и задай вопрос в лоб.

- Я постараюсь, - сквозь слезы отвечаю я.

И я действительно стараюсь. После ухода Айлин высушиваю и укладываю волосы. Хотела приготовить Азамату его любимые бараньи ребрышки, но чувствую, что на нервах напортачу с блюдом, поэтому заказываю доставку из ресторана. Я крайне редко это делаю – только, когда болею. Для меня всегда было важно кормить мальчиков вкусной и домашней едой. Я жарила, варила, пекла, сама тянула тесто на бешбармак и лепила пельмени. Все сама. Интересно, он заметит разницу?

Я надеваю легкое домашнее платье и чуть подкрашиваю глаза и губы. Хотя бы так удается замаскировать следы своей слабости.

Азамат приезжает в семь. Открываю дверь и пару секунд всматриваюсь в любимое лицо.

- Привет! - не слышу в голосе особой радости. Будто не домой к родным людям приехал, а к посторонним.

- Привет! – еле выдавливаю, отойдя подальше и прислонившись плечом к стене. Так хочется прижаться к нему и поцеловать, но не могу. Больно. – Как долетел?

- Нормально. Как всегда. Устал.

Аза подходит ко мне и целует в щеку. Еще недавно, прилетая из командировки, он сжимал меня в объятиях и долго не отпускал, а теперь просто чмокнул и пошел дальше.

Муж нервничает, то и дело косится на меня, пытаясь понять, догадываюсь ли я об адюльтере. Ну что ж, дорогой, давай поиграем в «угадайку».

- Есть будешь? – нейтрально спрашиваю.

- А что у нас?

- Бараньи ребрышки с картошкой.

-Давай. Соскучился по домашней еде.

Лжец. Лицемер. Так и хочется спросить: а что твоя актрисулька тебе не готовит? Или ее руки созданы для другого? Делаю глубокий вдох, пытаясь совладать с собой. Я думала маска безразличия меня спасет, но ошиблась. Сердце изрешечено и истекает кровью. Но Азамат этого не видит и не чувствует. А мне так хочется ему сказать правду.

Но вместо этого я накладываю ребрышки на тарелку, нарезаю хлеб и наливаю чай.

- А пирога яблочного случайно нет? – спрашивает садясь за стол.

- Не успела, - отрезаю я.

- Все нормально? Ты не заболела? - демонстрирует заботу, от которой меня сейчас стошнит.

- Нет, - чуть не рявкаю я, и отворачиваюсь к столешнице, чтобы убрать нож на место.

- А что тогда ты такая злая? - недовольно бросает. - Муж вернулся из командировки. Может, скучал.

Мои ноздри раздуваются от злости. Сжимаю кулаки, чувствуя как ногти царапают кожу. Моя душа в огне, а здравый смысл утонул в гневе.

- Может, скучал? - взрываюсь я. Я думала твоя актриса не дала тебе скучать! Или ты тоже решил пожить на два дома, как некоторые? Хм? - резко разворачиваюсь и встречаюсь с ним взглядом. Азамат нервно сглатывает и трет лоб ладонью.

- Как ты узнала? – хрипит, кладет локти на стол и обхватывает голову руками. Вот и вся правда. Кладу перед ним смартфон, включаю видео и жду…

Через пару минут Азамат молча смотрит на потухший экран. Почему он ничего не говорит? Почему не просит прощения? Почему по классике не блеет: это не то, что ты думаешь, я все объясню? Внутри меня растет какая-то черная, опасная сила. Я набираюсь смелости и задаю вопрос в лоб:

- А теперь скажи мне, как давно ты трахаешь эту шлюху?

Глава 2

- Ну что ты молчишь? – молю я, глядя на Азамата.

- Что ты хочешь услышать? - поднимает на меня бесстыжие глаза, в которых к моему ужасу нет ни грамма сожаления.