Лия Широкова – Не моя невеста (страница 12)

– То есть, твои крики, – подстёгивает Глеб, явно хочет, чтобы я превратилась в помидор.

– Глеб, порой мне хочется оторвать тебе язык, – строго произносит бабушка. – Мия абсолютно права, такие вещи не стоит ни с кем обсуждать.

– Я и не обсуждал. Просто у кого-то фантазия слишком бурная, – смеётся он. – Мы просто вчера немного повздорили вечером, вот я и спросил, слышала ты нас или нет.

Боже. Как стыдно. Прикрываю глаза. Зачем он так? Специально издевается? С каждым его словом я чувствовала, как почва уходит из-под ног. Завтрак превратился в пытку, и я мечтала только об одном – поскорее сбежать отсюда.

Доев свой блинчик, я встала из-за стола.

– Спасибо за завтрак, было очень вкусно. Мне пора бежать, а то опоздаю.

– Да, конечно, беги. Глеб тебя проводит, – бабушка лукаво улыбнулась, и я поняла, что просто так она меня не отпустит. Глеб встал следом за мной, и мы вышли из кухни.

– Ну что, помидорка, все еще злишься? – усмехнулся он, когда мы оказались в коридоре.

– Ты невыносим, – шиплю я. – Зачем ты это делаешь?

– Мне нравится, как ты краснеешь, – пожимает он плечами. – И ты такая забавная, когда злишься, – Глеб встаёт возле двери и помогает мне надеть плащ.

– Ты ненормальный, – шиплю на него, вешая сумку на плечо. Он бросает быстрый взгляд за мою спину, резко хватает меня за затылок и притягивает к себе, его губы накрывают мои.

Глава 12_ Мия

Такси останавливается у огромного отцовского особняка, который больше похож на неприступную крепость, чем на дом. Белые колонны, безупречно подстриженные газоны, фонтан, извергающий воду, словно кит. Все это кричало о богатстве, которое я ненавидела. Богатство, построенное на несчастье моей семьи.

Я судорожно вздохнула, стараясь унять дрожь в руках. Сегодняшний ужин – это не просто ужин, а очередная пытка.

– Дыши, Мия, дыши, – прошептала я, покидая салон машины. Влажный воздух после дождя был пропитан запахом роз и денег – тошнотворным сочетанием.

Я подошла к массивным дубовым дверям и нажала на кнопку звонка. Внутри заиграла мелодичная трель, настолько изысканная, что мне захотелось развернуться и убежать. Была бы моя воля, я никогда бы не возвращалась сюда.

Дверь распахивается почти мгновенно. На пороге стоит Нина, наша экономка, няня, хранительница очага и, пожалуй, я бы даже назвала её хозяйкой этого дома. На ней держалось всё. Она же нам с сестрой заменила мать, когда та, не выдержав, сбежала от отца, оставив нас с ним.

– Нина, привет, – налетаю на неё с порога.

– Привет, моя хорошая, – она отстраняет меня за плечи, оглядываясь с тревогой. – Иди, он уже ждёт.

В её обычном мягком голосе не осталось и следа. Лицо исказилось от напряжения, а в глазах плескалось неприкрытое волнение.

– Он как всегда не в духе?

– Он не один, – предупреждает она.

– Понятно, – стараюсь, чтобы мой голос звучал ровно, хотя внутри всё сжалось в тугой узел. Нина была единственным человеком в этом доме, к которому я испытывала хоть какие-то теплые чувства.

– Позвони Егору, – протягиваю ей свой мобильный.

– Хорошо, – кивнула она, пряча телефон в карман брюк.

Я вошла в огромный холл, освещенный хрустальной люстрой, которая, наверное, стоила больше, чем квартира. Повсюду висели картины в золотых рамах, изображающие суровых мужчин. Семейные портреты.

Звуки приглушенных голосов доносились из гостиной. Я остановилась у входа.

– Я милая и послушная. Буду сверкать улыбкой, будто бриллиант, выставленный на продажу, – шептала я, прикрыв глаза, собираясь с духом.

Я вошла.

В комнате было четверо мужчин, одетых в дорогие костюмы. Все они, разумеется, улыбались. Фальшиво. Как акулы, готовящиеся к трапезе. И в центре этой сцены, словно король на троне, восседал мой отец.

– Мия! – его голос был громким и властным. Он обвел меня взглядом, оценивая мой внешний вид. Я прекрасно знала, куда еду, поэтому надела строгий брючный костюм, за которым можно было скрыть все изгибы тела. Элегантно и не вызывающе.

– Здравствуйте, – я выдавила из себя улыбку и кивнула каждому из мужчин. Их взгляды буравили меня, заставляя чувствовать себя голой.

– Позволь представить тебя моим уважаемым партнерам, – отец поднялся и подошёл ко мне, кладя тяжёлую руку на плечо. – Мия – моя старшая дочь, – продолжил отец, сжимая моё плечо так, что я почувствовала боль. – Очень умная и перспективная девушка.

«Перспективная», – пронеслось у меня в голове. Как же. Перспектива для заключения выгодной сделки.

– А где твоя сестра, Милена? – спросил один из мужчин, оскалившись противной ухмылкой.

Внутри меня все похолодело. Милена. Она сейчас в частной школе-интернате в Швейцарии. Сослана за то, что посмела приехать ко мне без спросу, за то, что не хотела играть по правилам отца.

– У нее сейчас учеба, – пробормотала я, стараясь не выдать дрожь в голосе.

Отец бросил на меня предостерегающий взгляд.

– Милена усердно работает над своим образованием. Я хочу, чтобы мои дочери были лучшими жёнами.

"Лучшими", – подумала я с горечью. Лучшими марионетками в его руках и в руках его партнеров.

– Ну что ж, Мия, – отец обратился ко мне, его голос звучал слишком сладко. – Присоединяйся к нам. Расскажи гостям о своих… увлечениях.

Я села на диван и с усилием улыбнулась, стараясь скрыть клокочущую внутри ненависть вперемешку со страхом.

Однажды я стану свободной и верну себе свою жизнь. Обещаю. Себе и Милане.

Внезапно телефон отца зазвонил, и он попросил своих партнёров подождать нас в столовой.

– Егор, рад слышать, – отец включил громкую связь, не отрывая от меня взгляда. – Мы тебя слушаем, Мия тоже здесь.

– Роман Валерьевич, если я ещё раз узнаю, что Вы мою невесту выставляете на всеобщее обозрение, я скажу отцу, что сделка отменяется. Или Вы ищете более выгодное сотрудничество?

– Да ты что, – занервничал отец, бросая на меня гневный взгляд. – Мия приехала на ужин, а у меня в гостях партнёры. Я просто представил дочь. Хотел показать, какая она у меня выросла послушная и красивая, и что вторая уже на подходе.

– Вы решили похвастаться Мией, чтобы продать Милену?

– Выдать замуж. За достойного, – гордо произносит отец.

– В общем, я Вас предупредил. И если я обнаружу на теле своей невесты хоть один синяк, я перекрою Вам весь кислород. В прямом и переносном смысле.

– Да я никогда её не трогал, – взвился отец, стискивая зубы.

– Ещё скажите, что она сама себя избивала.

– Это были воспитательные меры.

– Я предупредил, – твёрдо, с нотками злости. После чего Егор тут же меняет тональность разговора и уже обращается ко мне: – Мия, милая, привет.

– Привет.

– Я через неделю прилетаю, увидимся.

– Правда? – обрадовалась я, не в силах скрыть восторг.

– Да, – в голосе слышалась улыбка.

– Буду ждать.

Отец отключает звонок и швыряет телефон на столик со словами:

– Щенок. Если бы я знал, какой он гадёныш, ни за что бы не заключил с ними сделку. Это ты ему позволила? – рявкает так, что я подпрыгиваю на диване.

– Нет, – мотаю головой, показывая, что у меня даже нет телефона.

– Нина! – орёт на весь дом.

Она тут же заходит в гостиную с непроницаемым выражением лица.

– Слушаю, Роман Валерьевич.