Лия Широкова – Бывшие. Она не ты (страница 4)

Внезапно он разворачивает меня и впивается в мои губы, пытаясь протолкнуть свой язык мне в рот.

Я бью его кулаками по груди. Поймав мои руки, он прижимает их к стене над моей головой. Второй рукой снова скользит по бедру, забираясь под сорочку.

На мои сопротивления он не обращает никакого внимания. Немного поддавшись его напору, я впускаю его язык в рот и кусаю от всей души.

– Совсем что ли? – отстраняется он, отпуская мои руки.

Я размахиваюсь и отвешиваю ему хорошую пощёчину, так что мою ладонь начинает жечь.

– Ты что творишь? – сжимаю ладони в кулаки.

– Даша? – округляет он глаза. – Чёрт, – морщится. – Я думал, ты Ярослава, – брезгливо вытирает ладонью рот. – В темноте не разобрался. И сорочки у вас одинаковые, – осматривает меня, отступая на пару шагов.

Сорочки одинаковые? Хмурюсь. Хотя… раз она начала встречаться с парнем, скорее всего, поменяла свои хлопковые в пол на шелковые.

– Почему ты ей не сказал, что мы встречались? – задаю вопрос, мучивший меня всё это время.

– Я не думал, что ты вернёшься. С семьёй ты не общалась, вот я и подумал, что это не важно, – берет из раковины мой стакан, наполняет его водой из фильтра и залпом выпивает.

– Но при этом обманул, что мы работали вместе?

– Да, – усмехается он, наливая себе ещё воды. – Я в начале искал тебя, когда ты сбежала…

Внезапно на лестнице послышались шаги. Сердце забарабанило так, что эхом стало отдаваться в ушах. Егор спокойно стоит, прислонившись к раковине, пьёт воду из стакана.

Округлив глаза, смотрю на него и не знаю, что делать и куда спрятаться. Ещё не хватало, чтобы нас застукали вместе в полураздетом виде. Егор вообще с голым торсом, в одних домашних брюках и со вздыбленным пахом.

– Что делать? – испуганно шепчу я.

– Прятаться. А иначе все подумают, что ты пытаешься меня соблазнить.

Я пулей вылетаю из кухни и проскальзываю в туалет. Усевшись на унитаз, зажмуриваюсь, но тут же резко открываю глаза.

– Вот козёл! – до меня только сейчас дошли его слова.

Немного подождав, тихонько открываю дверь и прислушиваюсь. Тихо.

Взбегаю по лестнице и краем глаза замечаю в гостиной сидящую фигуру в кресле. Кто это мог быть, даже нет желания выяснять.

Торопливо захожу в свою комнату и закрываю дверь. Прислонившись к ней спиной, закрываю глаза и пытаюсь угомонить подскочивший адреналин в крови.

– Перепутал он, – цежу сквозь зубы.

Выдохнув, ложусь в кровать и, подмяв под себя вторую подушку, пытаюсь заснуть.

– Тук-тук-тук.

Резко распахиваю веки и прислушиваюсь. Тихо.

– У меня уже глюки, – переворачиваюсь на спину и прижимаю ладони к щекам.

– Тук-тук-тук, – звук повторяется.

Приподнимаюсь на локтях и опять прислушиваюсь. Даже дыхание задерживаю.

– Тук-тук-тук, – ритм звука увеличивается. Сажусь на кровати и поворачиваю голову к стене, за которой находится спальня Ярославы.

– Тук-тук-тук, – стук уже перемешивается с мужскими стонами.

– Боже, – беру подушку и закрываю ею уши, заваливаясь обратно на кровать. – Зачем я согласилась остаться…

Напевая в своей голове какую-то мелодию, тянусь к прикроватной тумбочке и беру наушники. Втыкаю их в уши и включаю на телефоне музыку.

Не думать. Не вспоминать. Всё в прошлом!

Не помню, как уснула, но просыпаюсь я от стука в дверь.

– Даш, просыпайся. Через час будем выезжать, – в спальню заглядывает Ярослава.

– Сейчас, – морщусь от головной боли.

– Ждём тебя на кухне.

– Сейчас спущусь.

Приняв быстрый душ, натягиваю на себя джинсы, а затем и футболку, мысленно радуясь, что в офисе есть запасной брючный костюм. С моим везением заляпаться в самый неподходящий момент, я теперь всегда держу в офисе запасную одежду. Завязав на голове высокий хвост, выхожу из комнаты и улавливаю аромат жареных блинов или оладушек. В животе сразу заурчало, а во рту собралась слюна.

На кухне за столом уже сидели Ярослава и Егор. Мама хлопотала у плиты, раскладывая блины по тарелкам.

– Доброе утро, – размещаюсь напротив сестры, стараясь казаться бодрой и свежей.

– Доброе, – Егор окидывает меня хмурым взглядом.

– Вот блинчики, – мама ставит две тарелки с блинами возле Егора и Яры.

– Я бы тоже блины поела, – приподнимаю бровь, смотря на маму.

– Я не рассчитывала на тебя, – улыбаясь своим любимчикам, она ближе пододвигает к ним сметану и варенье. – Ты обычно за своей фигурой следишь, – бросает на меня быстрый взгляд и отходит к плите.

– Мы поделимся, – Егор протягивает мне свою тарелку.

– Я лучше бутерброды поем. Они не так на фигуру влияют, – хмыкаю я, поднимаясь из-за стола.

Достаю из холодильника сыр, масло и хлеб. Нарезаю всё и сажусь обратно за стол. Чувствую неловкость, витающую в воздухе. Ярослава с довольным лицом поедала блины, а Егор потягивал кофе из кружки, хмуро глядя в окно. Стараясь ни на кого не обращать внимания, я сосредоточилась на завтраке.

– Спасибо, – Егор ставит кружку на стол.

– Ты совсем ничего не съел, – мама смотрит на тарелку с блинами.

– Аппетита нет, – поднимается и уходит. Мама недоуменным взглядом провожает его спину, а Яра слегка хмурится, о чём-то задумавшись.

Закончив с завтраком, мы с сестрой выходим во двор. Егор уже ждал нас в машине. Ярослава усаживается вперёд, а я на заднее сиденье.

Егор бросает на меня задумчивый взгляд через зеркало заднего вида, затем спрашивает:

– Где находится твой офис?

– В центральном бизнес-центре.

Махнув сам себе головой, он выезжает со двора.

Всю дорогу Ярослава что-то щебечет о предстоящей вечеринке, но мне было не до этого. Обида снова начала меня пожирать изнутри. Я столько лет боролась с обидой на родную мать и в какой-то момент даже убедила себя, что смирилась с её отношением ко мне. Но одна встреча перечеркнула все мои старания, напоминая, что я всегда останусь нелюбимой дочерью для собственной матери.

– Посмотришь мою галерею? – обернувшись ко мне, спрашивает Ярослава.

– Что? – выныриваю из размышлений и оглядываюсь. Мы стояли у здания с вывеской «Галерея Я. Д.».

– Я опаздываю на работу, потом к тебе заеду, – тянусь к ручке двери и открываю её, но тут меня останавливает голос сестры.

– Ты куда? Егор тебя подбросит до офиса.

– Я сама доберусь.

– Мне все равно по пути, – говорит Егор, глядя на меня через зеркало заднего вида.

Сжимаю ручку так, что костяшки белеют. Если я сейчас откажусь, Ярослава может что-то заподозрить.

– Хорошо, – захлопываю дверь и откидываюсь на спинку сиденья, прижимая сумку к животу.