Лия Шах – Ватарион. Книга 2. Маскарад Хаоса (страница 95)

Зафар Эль-Абдуали ибн Фахар едва не выдохнул от облегчения, но это не помешало ему кинуть на меня злой взгляд. Королевские слуги споро добавили еще один стол, усадив артаханца, а по ряду леди побежали смешливые шепотки. Уверена, большинство из них редко видели чужеземцев, особенно молодые девушки. Что же до переговоров, которые только что произошли, нет ничего удивительного в том, что король обращался ко мне, а не к послам. Им все же не по рангу беседовать с правителем.

Так как я держала в поле зрения всех лордов, то не могла не заметить неодобрительный взгляд Тиля. Монаху явно не нравилось, что я насмехалась над иноземцем, который прибыл из-за моря, чтобы поздравить нас с победой. Ему это наверняка показалось невежливым. А вот Ватарион на все это совсем не обращал внимание. Его взгляд был устремлен в зал. Проследив за направлением его взора, я даже подумала, что он смотрит на... Сина. Почему? Ветер все так же сидит со скучающим видом, не притрагиваясь к еде. Я сделала себе заметку, что стоит позже еще раз поговорить с Асуром и объяснить ему ситуацию в королевстве подробнее. Лишним не будет.

Теперь, когда речи лордов подошли к концу, настал черед развлечений. Через боковые двери яркой стайкой впорхнули девушки-танцовщицы в легких летящих нарядах. Я немного поежилась, глядя на них, ведь здесь было довольно прохладно. На мне все еще была меховая накидка поверх платья, но я уже с тоской вспоминала плащ Ветра. Такой большой и теплый. Три штуки и все в моем поместье. Не знаю, где он их берет, но они прекрасно согревают. Или мне только так кажется.

Музыканты начали играть другую мелодию и уже гораздо громче. Девушки кружились в танце, и все вместе они казались лепестками дивных цветов, что распускались и разлетались от легкого дуновения ветерка. Дворец именно для таких праздников держит отдельно группу музыкантов и танцовщиц из простолюдинов.

К слову, дворяне в эту группу никогда не входят. Даже из низшего дворянства. Это позор - развлекать публику. Безусловно, все леди и лорды могут обучаться игре на музыкальных инструментах. Это не зазорно, все мы нанимаем учителей, но нужно это для общего развития. Грубо говоря, актеры и музыканты в Сихейме не очень далеко ушли от портовых девок и работниц домов милосердия. Дворяне вполне могут играть для себя или для своей семьи, но никогда чтобы развлекать широкую публику или того хуже - зарабатывать этим деньги. Это такое унижение, что даже представить сложно.

Вино рекой текло, звуки музыки сливались, сменяя друг друга. Выходили разные группы девушек и танцевали разные танцы. Лорды были довольны и пьяны, а леди негромко обсуждали наряды танцовщиц. Можно было бы подумать, что они осуждают летящие юбки, в которых то и дело мелькали оголенные щиколотки босых девушек, но взгляды их не выглядели осуждающими. Мужчины же и вовсе сосредоточили все свое внимание на женских ножках.

Правда, не все. Проклятый задумчиво изучал Сина, Син недобро смотрел на Проклятого. И не знаю, как чувствовал себя Ватарион, но от взгляда Ветра даже мне не по себе стало. Положа руку на сердце, честно скажу, что если эти двое вступят в открытый конфликт, я, пожалуй, отойду в сторону, чтобы не задело. И плевать, что Ватарион вроде как должен мне подчиняться. Чем больше я думаю над сложившейся ситуацией, тем сильнее ощущение, что я поймала в банку ураган, и нет никакой уверенности, что прямо сейчас он не выйдет из-под контроля.

Не смотрел на танцовщиц и мой монах. Изменив собственным предпочтениям, Тиль методично надирался вином, напрочь игнорируя яства, а я начала беспокоиться за него. Неужели происшествие с дарами так сильно на него подействовало? В чем причина такого дурного настроения и поведения?

Как я уже говорила, к этому служителю Бога у меня особое отношение. Как бы я ни старалась от него отвернуть свой взор, но чувство ответственности никуда не делось. Пусть он хоть трижды станет Великим герцогом, но он прежде всего остается "моим человеком".

Сначала я послала Тилю крайне неодобрительный взгляд. Увы, чтобы понять мой посыл, ему нужно было хотя бы посмотреть на меня, но парень упорно высматривал истину на дне чаши. Вздохнув, я подозвала Ингерду, и когда та склонилась, я шепнула ей:

- Подай мне бумагу и грифель.

Девушка споро исполнила приказ, и на маленьком листке я написала монаху короткое послание:

"Веди себя достойно. Не забывай кто ты".

Отдав свернутый листок камеристке, я жестом послала ее к монаху. С поклоном девушка удалилась. Обойдя ряды лордов по кругу, она незаметно приблизилась к Тилю и передала ему мое послание. Парень сначала не понял, что от него вообще хотят, а потом взял листок и прочел текст. Тут бы ему и одуматься, но вместо этого он смял в руке послание и поднял на меня мутный взгляд. На губах Тиля появилась мрачная усмешка и он демонстративно долил в чашу еще вина из кувшина.

Это что еще за демарш? Я с ним в игры тут играю, что ли? Дождавшись, когда Ингерда вернется, отдала ей приказ:

- Нужно заменить Его Светлости вино на воду. Выполняй.

- Слушаюсь. - поклонилась девушка невозмутимо и снова ушла.

Пока за пределами зала камеристка решала вопрос с обслуживанием Великого герцога, я пыталась понять что за загадочные взгляды на меня бросает генерал Тайлан. Так как общих дел мы с ним более не имеем, у меня даже предположений нет, о чем он думает.

И пока дворяне занимались излюбленными молчаливыми интригами, а танцовщицы выступали, для решительных действий созрело ущемленное самолюбие младшего посла Артахана. Встав из-за стола, он вытянул вперед руку с вином и уверенно улыбнулся:

- Я хотеть поднять этот чаша за дружбу между Сихейм и Артахан! - громко сказал он, привлекая к себе внимание лордов и королевской семьи. Музыка стала тише, а танцовщицы пестрой стайкой поклонились королю и покинули зал.

- Сихейм поддерживает дружественные намерения и принимает ваши пожелания. - с молчаливого одобрения Теруана ответила я, также поднимая чашу. Лорды одобрительно загудели и присоединились к нам. Испив вина, мы вновь обратили внимание на посла, который все еще стоял.

- В качестве жеста добрая воля, - торжественно произнес он, а в глазах его уже начало разгораться торжество, - мы хотеть преподнести подарок герцогине Адертана.

- Младший посол не знает, - влез вдруг генерал Тайлан, повернувшись к артаханцу, - но Ее Светлость теперь имеет титул эрцгерцогини.

- О? Что это значить? - поинтересовался Зафар Эль-Абдуали ибн Фахар.

- Это титул, стоящий на ступень выше титула герцогини и означающий, что другие лорды приняли ее своим сюзереном. - пояснил герцог Сантонский. Он тоже уже изрядно выпил, от чего язык его малость развязался.

- Это еще один повод преподнести подарок. - улыбался артаханец.

Он сделал жест тому стражнику, который держал в руках шкатулку, чтобы ее поднесли мне. И когда страж приблизился, Ингерда вышла вперед, забирая дар. Девушке очень не понравился пренебрежительный взгляд, которым артаханский стражник окинул ее воинский наряд. Мужчина явно не воспринимал женщин-воительниц, как нечто серьезное. Задрав нос, камеристка поднесла мне ларец и откинула крышку, показывая дар.

Внутри лежала скрипка. Драгоценное сибисово дерево было покрыто янтарным лаком, держатели для струн были вырезаны из рубинов в форме лилии, а смычок был выполнен из кости. Это действительно дорогой дар... на который у простого посла просто не могло быть денег.

- Ни для кого на юге не секрет, что госпожа Адертана любит музыку и ценит произведения искусства. Также нам известно, что госпожа Адертана изучает историю, в том числе и Артаханского ханства. Госпожа даже забрала у презренных пиратов легендарный корабль "Эсха Афсур". Великий падишах Иртекам Амиран Марей хазрет Керим дарует Ее Светлости эрцгерцогине Адертана леди Хелире драгоценную скрипку, которая ранее принадлежала основательнице империи, милостиво воссединяя две легенды в одних руках.

Блеск! Это тот дар, который нельзя не принять! Откажу падишаху - может начаться война! В Артахане уже давно народилось много мальчиков и собралось много золота. Когда такое происходит, историки сходятся в одном мнении - грядет война. Падишаху или, что более вероятно, его советнику действительно нужны мои острова. И вот так обменять земли на скрипку - это очень изящно. Не взять не могу, и не отплатить не могу.

Однако и я не зря тратила время на унижение посла. Имея ко мне личные счеты, он легко способен совершить ошибку.

- Я принимаю дар и добрую волю великого падишаха Иртекама Амирана Марей хазрет Керима. - идеально вежливо и убийственно спокойно ответила я. Но не успела я сделать жест Ингерде, чтобы унесла подарок, как младший посол перешел в атаку.

- В таком случае вы не откажете великому падишаху в ответной любезности? - опасно улыбался артаханец, более не скрывая злого ликования в своем взгляде.

Эти все слова он произнес без ошибки. Вероятно, потому что к этому он готовился. Заранее хорошо выучил все фразы, которые понадобились бы в разговоре со мной, что, в общем-то, похвально. Лорды и король с интересом следили за ходом развития событий, за деталями следило и наше духовенство. Могу себя утешить тем, что за моими переговорами мужчины следили с не меньшим интересом, чем минутами ранее за выступлением босоногих танцовщиц.