Лия Шах – Минхунь: развод с призраком (страница 8)
– А дедушки, дяди или, может, муж сестры? – продолжала допытываться Лань Вэнь. Нет, точно не на органы, тут что-то другое.
– Сестра не замужем, а других родственников нет, – терпеливо ответила я, а окружающие стали транслировать облегчение и радость. Да что здесь происходит? Они меня удочерить хотят, что ли?
– Как грустно, – взбодрилась женщина, стараясь не выдавать охватившего ее удовлетворения. – Такая хорошая девочка, и без родителей. Ну ничего, ты еще молода и скоро создашь свою семью! Кстати, сколько тебе лет?
Нет, беру свои слова назад. Это не удочерение. Это сватовство какое-то.
Я тихо покосилась на мрачного парня напротив и вдруг почувствовала веселье. Не их, а мое. Боже, что это вообще за ситуация? Нет, я не спорю, парень красив, но он явно сидит тут против своей воли. Нас же не пытаются поженить? Хах. Кажется, этот завтрак становится интересным!
Решив поучаствовать в спектакле, я стала охотно сотрудничать с Лань Вэнь и ответила:
– Мне девятнадцать, тетушка Лань.
– Ах, совсем молоденькая! – искренне воскликнула она, бросив встревоженный взгляд на дизайнершу. Та в свою очередь посмотрела на задумчивую старуху.
Эта пожилая леди смягчила выражение своего лица и присоединилась к странному диалогу, вновь изменив мое имя на китайский манер:
– Сяо Янь, скажи бабушке, когда был твой день рождения?
Я опять ошиблась? Они хотят меня с днюхой поздравить или что? Блин, я теперь сама не уйду, пока не узнаю, что здесь происходит. Отложив тост в тарелку, сложила ладони на коленях и послушно ответила:
– Двадцать второго декабря.
Стоило сказать это, как все присутствующие ошеломленно выдохнули, а дизайнерша сказала:
– Дунчжи.
Понятия не имею, что это значит, но виду подавать не стала. Мой китайский и без того не особо хорош, так что просто не стала обращать на это внимания. В воздухе стало еще больше радости, а также усилилось какое-то тонкое чувство, которое я не смогла определить. Это не алчность, но какое-то предвкушение. Очень непонятно.
– Сяо Янь, – снова взяла меня за руку Лань Вэнь, а я вспомнила, что означает слово «сяо». Кажется, это что-то вроде «малышка». Так принято обращаться к младшим вроде бы. – Скажи, ты веришь в духов и призраков?
Глава 6. Ритуал первый: 纳采
Это очень странное ощущение. Вроде бы сижу в компании взрослых людей, тут каждый старше меня, а они еще про Деда Мороза спрашивать бы начали. В оленей верю, в Деда – нет. Мне девятнадцать, а не три, я точно знаю, кто существует, а кто нет. Верить в призраков? Пффф!
– Даже не знаю, тетушка Лань, – мило улыбнулась я, похлопав чужую руку в ответ. – А почему вы об этом спросили?
Был, конечно, еще вариант, что я неправильно поняла слова женщины, но вроде бы перевела верно. В любом случае, давайте будем вежливыми.
– Понимаешь, Сяо Янь, у нас есть определенные традиции и обычаи, – начала Лань Вэнь. Дизайнерша пристально смотрела на нас двоих, и это придавало хозяйке дома силы. Я чувствовала это. – Как ты знаешь, мы с Инь Яном родственники. Но, увы, этот парень умер таким молодым!
Немного забавно смотреть, как люди делают скорбные лица, транслируя в пространство лютое злорадство. Тут каждый был счастлив гибели Инь Яна, и моя улыбка стала самую каплю язвительнее. Актеры, блин.
– Это такая потеря, – в унисон их грустным лицам отозвалась я. – Еще раз примите соболезнования.
– Спасибо, Сяо Янь, – сердечно поблагодарила Лань Вэнь. – Ты очень хороший ребенок, такая добрая. И если бы могла помочь нам в одном деле…
Лань Вэнь многозначительно умолкла, трогательно заглядывая мне в глаза, а напряжение в комнате было такое, словно меня на спасение мира снарядить готовятся. Что ж там за дело такое?
Небольшое наблюдение: все присутствующие хотели, чтобы я согласилась помочь, и только сын хозяина стал еще злее. Казалось, он вот-вот взорвется и начнет все крушить. На что именно была направлена эта злость, я так и не смогла догадаться. Точно знаю только, что не на меня.
Участливо заглянув в черные глаза женщины, сказала:
– Тетушка Лань, в чем именно вы просите помочь?
– Ах, дитя, – театрально вздохнула она, вытирая уголок глаза неизвестно откуда взявшимся платочком. Если бы не чувствовала ее предвкушение, точно купилась бы на этот грустный образ. – Тебе наверняка будет сложно это понять, но видишь ли, какое дело. Мы – люди традиционных взглядов, и считаем, что все должно быть сделано, как полагается. Возможно, для тебя наши традиции покажутся странными, но я надеюсь, ты согласишься сотрудничать.
По коже пробежала стройная шеренга мурашек, когда со стороны господина Инь Чэна пришла волна легкой агрессии. Такое чувство, что, если я откажу помочь, меня могут заставить.
В общем, с каждой минутой я все меньше понимала, что здесь происходит.
– Сделаю все, что в моих силах, – уверила я женщину, а потом мимолетно добавила: – если это не займет много времени. Видите ли, у меня самолет скоро, так что приходится торопиться. Тетушка Лань, пожалуйста, скажите, что мне нужно сделать?
Муж и жена переглянулись. Им мои слова о скором отлете явно не понравились. И чтобы как-то справиться со мной, в диалог вступил глава семейства.
– Извини, Сяо Янь, – мягко улыбнулся мужчина. – Ты прилетела по работе, а мы тебя своими делами беспокоим. Если ты позавтракала, мы могли бы пройти в кабинет и обсудить контракт.
– Отлично! – обрадовалась я. – Спасибо, тетушка Лань. Я наелась. Все было очень вкусно.
– Ступай, – с улыбкой доброй матери вздохнула женщина, но от нее волнами расходилась тревога. По какой-то причине они были недовольны моим отлетом. Думаю, дело в том, что их «помощь» грозит растянуться на более долгий срок.
Мы с Инь Чэном вышли из-за стола и пошли в кабинет. Так как речь шла о контракте, я отправила его ему на почту, после чего уже можно было начинать более предметное обсуждение. Памятуя слова Алины о том, что Инь Чэна можно ободрать, как липку, я изменила в файле кое-какие цифры и отправила мужчине совсем не тот вариант, который сестра обсуждала с покойным президентом.
День близился к обеду. Лучи солнца проходили сквозь залепленное бумажками с красными иероглифами окно и падали на слегка пыльный стол. Слуга принес в кабинет две чашки кофе, и одну поставил передо мной. Я благодарно улыбнулась и сделала глоток, поглядывая сквозь ресницы на сосредоточенно смотрящего в монитор компьютера мужчину. Он старался выглядеть серьезным и деловым, но я чувствовала его замешательство, когда он читал текст договора поставки.
Пожевав губы, Инь Чэн перевел взгляд на меня и спросил:
– Я еще не спрашивал, но… твоя должность…
Я мягко моргнула и посмотрела на мужчину чистым взглядом:
– Я – вице-президент, господин Инь. У меня есть все полномочия провести эти переговоры.
– Вице-президент? – изумленно повторил он, еще раз смерив меня взглядом. – Но ты так молода…
– Это семейное дело, так что должность перешла ко мне по наследству, – мягко улыбнулась я.
– Похоже, ты хорошо справляешься, – польстил китаец, взвешивая что-то в своем сердце. Это было похоже на то, как если бы он сейчас решал, себе оставить этот хороший кусок мяса или отдать другому. Страх все еще перевешивал, поэтому он быстро отмел ненужные чувства. Новый вопрос не заставил себя ждать: – Итак, ваша фирма называется…
– «Останкино».
– А вид деятельности?
– Поставляем мясо и пищевые мясные субпродукты.
Мясная фирма «Останкино». Клиенты любят нас за чувство юмора, ха-ха.
Мои приемные отец и мать были большими шутниками. На самом деле, я больше похожа на их родную дочь, чем вечно серьезная Алина. Я даже помню, как незадолго до гибели случился один инцидент, который очень четко раскрыл характеры и роли в нашей семье.
Папа с мамой собрали нас всех вместе в тот вечер, сели напротив и с робкими улыбками признались, что ждут еще одного ребенка. Мама была беременна. Алина же, когда услышала это, стала распекать их, как школьников! Пока она ругала влюбленную парочку за безответственность, я повисла на плече папы и громко хохотала, поздравляя двух смущенных людей. Уже и не вспомнить, почему Алина так переживала, но в нашей семье только она была полноценным «взрослым».
Что касается фирмы, которую открыли родители, то они считали, что это отличное название для тех, кто хочет стать крупнейшими экспортерами мяса в стране. Просто за границей никто не стал бы придавать значения такому названию.
Инь Чэн прокашлялся, с сомнением посмотрел на меня и спросил:
– Хотите сказать, что Инь Ян хотел купить у вас мясо… на двадцать миллионов долларов?
А что? Может, он хотел стать мясным королем и жить в мясном замке! Леди Гаге можно ходить в мясном платье, а Инь Янчику нельзя?
– Ну да, – улыбнулась я с лицом ангела.
Чувствуя сопротивление китайца, я чуть крепче сжала фарфоровую ручку чашки и приступила к основным обязанностям. Чувство удовлетворения от успешной сделки было знакомо мне в достаточно степени, чтобы я смогла его транслировать человеку напротив. Это должно помочь Инь Чэну осознать, какая хорошая сделка перед ним, и поскорее принять верное решение.
– Это… – замялся мужчина, смущенно переводя взгляд с экрана на меня. – Не думаю, что мы можем себе это сейчас позволить. В любом случае… сперва, наверное, нужно связаться с финансовым отделом, чтобы проконсультироваться. На это, конечно, может уйти несколько дней, но контракт на такую сумму должен быть хорошо обдуман.