Лия Шах – Минхунь: развод с призраком (страница 17)

– Не помню что?

И это не было изощренным издевательством. Инь Ян действительно не понимал, о чем я тут бубню. Пришлось бубнеть понятнее:

– Ну там, в вине, насыпано было, понимаете? И я… ну контроль потеряла, помните? Эмпат под афродизиаками, ну и то, что мы там потом, ага?

Инь Ян моргнул, потом его взгляд метнулся в сторону смятой постели, потом на комод с подносом, а потом на меня, но уже с изрядной долей подозрения:

– То, что тебя накачали, я понял, но что ты имеешь ввиду под словом «потом»?

Я уже не только вся была равномерно розового цвета, но от меня еще и пар повалил. Серьезно, повалил. Из-за призрака температура в комнате упала ниже нуля, а вот моя температура от неловкости этого разговора зашкаливала.

– Ну когда это… когда я вас… ну понимаете? – спросила с надеждой.

Инь Ян уперся локтем в колено и прикрыл длинными пальцами уголки дрогнувших губ.

– М-м-м, – негромко протянул он, – не понимаю.

– Да как же вы не понимаете… – шипела, сжав зубы.

– Что-то в голову ничего не приходит, – ответил он чуть подрагивающим голосом.

– У вас память отшибло? – мрачно спросила я.

– Да вроде нет. Хотя уже не уверен, – тихо шепнул он.

– Ну так… вспомните, – дала я дельный совет. Однако тон был такой, как если бы я сказала: «а ну вспоминай, говнюк».

– Что-то не получается. Наверное, понадобится помощь, – ответил Инь Ян, бросив на меня слабый взгляд из-под ресниц.

И тут я поняла:

– Издеваетесь, да?

– Флиртую с женой, – заулыбался призрак, скользнув взглядом вниз по обнаженным плечам к границе одеяла, прикрывающего грудь. Впрочем, взгляд был мимолетным, после чего Инь Ян снова посмотрел в глаза и укоризненно произнес: – Вчера ночью ты порвала мне рубашку, а потом схватила, как осьминог бревно. Мультик, даже если у тебя были какие-то грязные мыслишки на мой счет, неужели думаешь, что я такой легкодоступный?

Так я что?! Я его не того-этого?! Счастье! Какое счастье!

– Нет, – заулыбалась я. – Конечно, нет! Президент Инь точно не такой!

– Вообще-то, такой, но ночью ничего не было, – вздохнул президент, прекратив играть оскорбленную добродетель. – Сначала ты думала, что осьминог, потом ты уснула, а потом проснулась и решила, что будешь пандой, а я – бамбуком. После того, как ты едва не откусила мне нос, неужели считаешь, что я мог подпустить тебя к своим брюкам? Я, может, и помер, но еще пекусь о своем здоровье.

– Очень мудрый поступок, – одобрительно покивала я, но вдруг счастливая улыбка застыла на губах. – Стойте. Но у меня болит все тело. И я точно помню, что что-то было сделано, чего не должно было быть.

Он посмотрел мне в глаза и спросил:

– Считаешь, для человека, принявшего наркотики, не должно быть последствий?

– …и то верно, – окончательно растерялась я.

Что у нас получается? Я ночью напала на призрака, чтобы… покусать его? Какая жестокость! Но все же не могу не ощущать немного радости. Хотя теперь встает другой вопрос.

– Дядя Инь, а как вы пережили эмпатический поток?

Инь Ян вздрогнул, пристально посмотрел мне в глаза, а потом вздохнул и попросил:

– Мультик, мы уже женаты. Можешь не называть меня дядей? Это очень больно, знаешь ли. Все-таки я не так уж и стар.

Не так уж и стар? Тебе тридцать! Еще чуть-чуть, и ты мог бы быть моим отцом! А потом еще чуть-чуть – и дедушкой! У меня есть тетушка, которая стала бабушкой в твоем возрасте!

– Конечно, – улыбнулась я, потому что спорить со стариками не вежливо. – Так как?

– Мне нечего тебе сказать, – пожал плечами призрак. – Я никакого потока не почувствовал.

– Не может этого быть, – всерьез нахмурилась я. – Там было достаточно, чтобы прикончить живых и воскресить мертвых. Точно ничего не почувствовали?

Инь Ян отвел взгляд, потер нос, еще немного подумал, а потом посмотрел на меня честными глазами и сообщил:

– Ну… у меня немного привстал, это правда.

И вот сидим мы на постели, смотрим друг другу в глаза, а я понимаю, что это мне за «дядю» так мстят, но вместо того, чтобы смутиться, я почувствовала, как непреодолимая сила распирает грудную клетку и рвется наружу. Я покраснела еще больше, губы задрожали и крепко сжались, а в глазах стали скапливаться слезы. Было эпически сложно, но я очень старалась сдержаться.

Инь Ян заметил это, цыкнул, закатил глаза и вздохнул:

– Ой да смейся уже…

Больше держаться не было сил. Накрывшись одеялом с головой, я громко захохотала. Над ним, над собой, над своим мифическим везением и всей этой чертовой ситуацией. Смеялась сильно и долго, пока все напряжение не ушло, а когда дело дошло до икоты, наконец, успокоилась.

Призрак усмехнулся и дружелюбно спросил:

– Полегчало?

– Да, спасибо, – благодарно кивнула я. Осмотревшись вокруг, заметила, что почти вся одежда была разбросана по постели. Под одеялом, конечно, хорошо, но, по-моему, в комнате скоро выпадет снег. Встречать метель с голым задом – плохая идея. – Дядя, отвернись, я переоденусь.

– Опять дядя, – закатил глаза Инь Ян. Не меняя позы, он развернул голову на сто восемьдесят градусов, как филин, и продолжил ворчать: – Жестокий Мультик. Мне при жизни так самооценку не топтали, как за последние два дня. То кончаю я преждевременно, то стариком заделался. Вот допросишься, буду преследовать тебя, пока самой тридцатник не исполнится. Посмотрю, как ты потом меня дядей звать будешь. Или когда старушкой станешь, а я все также молод и прекрасен буду.

Я большими глазами смотрела на его шею, постепенно осознавая, что физиология призраков даже такое себе может позволить. Выглядит жутко, но что-то мне подсказывает, что он может делать еще более жуткие вещи. Такой крутой!

Чтобы нормально одеться, мне пришлось забрать свою руку, так что, пока надевала свадебные подштанники, Инь Ян постепенно тускнел. Когда он сказал эти вещи, я вдруг представила, что призрак и правда будет таскаться за мной всю оставшуюся жизнь, и не сразу поняла, что именно чувствую. Как эмпат, познавший все разнообразие людских эмоций, я впервые не могла понять, что же испытываю от мысли провести с этим дяденькой всю жизнь.

Завернувшись в последний свадебный халат, села на постели, скрестив ноги, и снова потянула мужчину за руку.

– Дядюшка, ты ведь шутишь?

Инь Ян развернул голову обратно, окинул меня оценивающим взглядом и заулыбался:

– Отнюдь. Мы теперь с тобой связаны на веки вечные, так что можешь начинать готовиться к интересному посмертию.

Он явно насмехался надо мной, но вместо злости я почувствовала, как немного зарумянились щеки. Наверное, не стоит продолжать эту тему, если не хочу выглядеть глупо. Тогда просто перейду к главному:

– Мы отклонились от темы, да? Ты что-то спрашивал насчет своих родственников.

Наверное, Инь Ян все же был не так стар, если после нескольких шуток между нами я захотела перейти на «ты». Существование призрака так меня поразило, что за время нашего общения я уже несколько раз перепрыгивала с «вы» на «ты» и обратно. Пора уже прекращать.

Благодаря тому, что наши руки вновь соединились, призрак становился все плотнее. Он уже немного разобрался в том, какой я человек, так что мог говорить свободнее. Пара черных глаз серьезно посмотрела на меня.

– Ты как-то сказала, что чувствуешь причастность этих людей к моей гибели. Можешь объяснить?

Тут скрывать было нечего, так что я стала обстоятельно объяснять:

– Помнишь, я про «звуки» рассказывала? Когда вчера пришла в ваш дом, доминирующим «звуком» был страх. Но стоило мне задать пару вопросов о тебе и твоей смерти, как вместо скорби пришло еще больше страха и удовлетворение, а когда они сказали, что ты упал со скалы, то почувствовали воодушевление, которое бывает только у тех, кто использует фантазию. Это явно говорит о том, что вся история была выдумана. Проще говоря, они наврали о причинах смерти. А еще было такое чувство, какое бывает только у тех, кто замарал руки чужой смертью. Это сложно описать, но ощущается, как соляная кислота в тирамису. Так что я уверена, что эти люди причастны.

Пара черных глаз смотрела внимательно, а среди его ненависти я почувствовала мимолетную вспышку восхищения. Похоже, дядю впечатлили мои способности.

– Мультик, – начал он, подсев чуть ближе, – ты, наверное, уже заметила, что со мной не очень комфортно. Цветочки гибнут, штукатурка сыплется, отопление не справляется. А после орального секса и вовсе ангину заработать можно. После минхунь я очень крепко к тебе привязан, так что, если все останется, как есть, летние вещи тебе лучше выкинуть и купить побольше термобелья с начесом. Да и я, как неупокоенный злой дух, не очень рад здесь быть. Однако из-за злости я стал мстительным духом, который не может отправиться на перерождение. Утром ты сказала, что тебе жаль и ты хочешь помочь. Это все еще так?

Глава 11. Обряд жертвоприношения усопшему

Задумавшись о термобелье и событиях, предшествующих ангине, я не сразу поняла, чего от меня хочет призрак. Мы сидели на кровати рядышком и держались за руки, а у меня уже нос покраснел от холода.

– Апчхи! – не сдержалась я.

– Холодно? – виновато спросил Инь Ян.

– Тепло, Морозушка, тепло, – улыбнулась я. – Отвечая на твой вопрос, я, безусловно, хотела бы тебе помочь. Но не понимаю, чем именно.

Ледяные пальцы нежно погладили мое запястье, распространяя волны холода по всему телу, а я поняла, что уже потихоньку привыкаю к такой погоде. Утренний свет падал сквозь покрытые морозными узорами окна и рассеивался, заставляя вспыхивать иней на полу и мебели. Во всем этом зимнем великолепии мой красный халат смотрелся особенно нарядно.