Лия Шах – Happy End с мерзавцем - 2 (страница 13)
– Ну там, знаешь, человек-невидимка, астральная проекция, хрустальные шары, ведьмовские мешочки. Какое-нибудь колдовство автор реализовал в этом мире?
407: [Да нет, ничего такого. У нас хоть и было-то всего две главы в запасе, но я все тщательно изучила и могу сказать, что…]
– …что никто не знает, что может иметься в нестабильном мире, – мрачно закончила я за систему, и та не стала спорить.
407: [Хост, пусть книга и не была дописана, однако автор даже намека на какую-то мистику не давал. Рекомендую строить гипотезы исходя из фактов реального мира. Физика здесь полностью соответствует вашему родному миру. Как, впрочем, и метафизика. Что вас беспокоит?]
– Думаю, кто-то смотрит на меня, – подтянув одеяло к подбородку и таращась в темные углы комнаты, тихо ответила я.
407: […]
– Как только мы вернулись в квартиру, постоянно чувствую на себе чужой взгляд.
407: […может, тараканы?]
– В квартире или голове? – уточнила я.
407: [Хост, не искушайте.]
– Ладно, тогда я спать, а ты… внимательно прислушивайся. Если услышишь какой-то шорох – тут же буди.
407: [Не волнуйтесь, я использую свои способности по максимуму. Можете спать спокойно.]
– Спасибо, дорогая. Доброй ночи.
407: [Доброй ночи.]
Слуху старой системы я доверяла. Если она использует функцию усиления звука, то будет слышать даже то, как пылинки оседают на мусор в коридоре. Что уж говорить о человеческих шагах? Если кто-то сюда заявится, 407 обязательно услышит звук шагов, дыхание, пульс. В прошлом мире я не воспользовалась этой возможностью, когда имела дело с вампиром, так как понадеялась на ловушки в номере отеля. Они помогли, однако никто кроме меня этого не заметил. Тц, такие невнимательные.
Договорившись со своей паранойей, я все-таки уснула, и мне впервые в жизни приснился сон. Мы сидели с 909 в чистом белом пространстве, болтали о всяких глупостях и много смеялись. Я краснела под его влюбленным взглядом, трепетала от легкого прикосновения теплой руки, и тайно умоляла сердце не стучать так быстро, ведь он может услышать.
Это было похоже на исполнение заветной мечты. Мой синеглазый мальчик был рядом, наконец-то в одном измерении со мной, и не было того множества миров, наполненных горечью, виной, ревностью и разлукой. Были просто я и он в чистом белом пространстве.
Мы были так счастливы, что в какой-то момент я поняла, что плачу. Никогда еще я не была так счастлива, и это сделало меня совершенно беззащитной.
В какой-то момент смех между нами стих, парень таинственно улыбнулся, и я почувствовала, что задыхаюсь. Он взял мои ладони в свои, нежно сжал их, и мириады звезд зажглись в глубине синих глаз. Он был так красив, так божественно прекрасен, а я все не могла сказать, что живу ради него. Если скажу, он засмеется? Наверное, да. Черт, я такая жалкая.
Словно прочитав все эти мысли у меня на лбу, парень тихо засмеялся и подался вперед. Его губы коснулись этого непослушного лба, выдающего все секреты хозяйки, а я застыла.
Он меня поцеловал? Он меня поцеловал… Он меня поцеловал! ОН! МЕНЯ! ПОЦЕЛОВАЛ! Сейчас умру.
Увидев это глупое выражение восторга на моем лице, он засмеялся еще громче, а я все не могла понять, как можно влюбляться в него еще сильнее. Куда сильнее-то? И так уже чрезмерно!
Кульминацией этого райского сновидения должен был стать наш поцелуй. Синие глаза смотрели так нежно, что я в своем извращенном разуме не находила ни единого колкого слова и была податливее глины. Он бережно обнял меня за плечи, стал склоняться к губам, а я затаила дыхание, не веря своему счастью. Неужели он меня простил и готов принять?
Между нами оставалась всего пара сантиметров, когда я услышала тихие слова:
- Я люблю тебя. Давай теперь всегда будем вместе?
После этих слов у меня потемнело в глазах, а миг растянулся до бесконечности. Все еще умирая от счастья, я отчетливо видела, как любимое лицо меняется, синие глаза выцветают до ледяного серого, а после и вовсе вспыхивают алым светом. Губы, которые должны были подарить самый желанный в мире поцелуй, изогнулись в издевательской усмешке, а нежная рука стала грубой. Чужие пальцы жестко сжали волосы на затылке и потянули на себя, заставляя приблизиться к мерзавцу еще теснее.
От звезд в этих глазах не осталось и следа, одна сплошная ярость теперь горела в них. Уголки чужих губ дрогнули, и мужчина повторил, передразнивая:
- Я люблю тебя. Давай теперь всегда будем вместе?
Вторая рука легла на горло, сжимая его, и вместе с тем губы обжег грубый, злой поцелуй. Чужой язык вторгся в рот, а с меня в одно мгновение слетела вся нега, будто ледяной водой окатили.
Разум, наконец, прояснился. От того, какой селедкой я была минуту назад, не осталось ничего. На один очень, очень-очень короткий миг я ощутила злое удовлетворение от его ярости, но дальше злорадствовать не получилось – воздух заканчивался. Поэтому, резко распахнув глаза, я проснулась.
Рывком сев на постели, схватилась за горло и сильно закашлялась. Легкие горели от нехватки воздуха, от кашля на глазах навернулись слезы, а губы все равно норовили растянутся в усмешке.
407 тут же ударилась в панику: [Хост! Хост? Вы чего? Что с вами? Хост!!!]
– Ничего, я в порядке. Счастьем поперхнулась, кха-кха-ха-хе-хе. Эк-хе-хе-хе, кха. Да уж, боже. Я сумасшедшая. Ну что? Никого не слышала?
407: [Никого! Ответственно заявляю, что тараканы есть только у вас в голове. В квартире никто не пробегал.]
– Детка, не то чтобы я нарывалась на скандал, но в моей голове только ты.
407 привычно разразилась бранью, рассказывая, как ей не повезло со мной, как я не ценю своего счастья и кто из нас двоих на самом деле таракан, а я посмотрела в окно, решила, что еще слишком рано, и легла обратно, перекатившись на другую сторону кровати.
Но прежде чем уснуть, уставилась на самый темный угол комнаты, погрозила кулаком и пригрозила:
– И нечего мне тут подглядывать! Извращенец!
Ощущение чужого взгляда не исчезло, зато уснула я на этот раз куда спокойнее. И никакие сны или ворчание системы меня больше не донимали.
До нового свидания оставалось всего несколько часов.
Наверное, не стоило ложиться спать второй раз. Всего каких-то шесть-семь дополнительных часов сна, и старая система разбухтелась, как злая мачеха. А у меня математика простая – если обед еще не наступил, значит, сейчас утро. Так что никуда я не проспала.
407: [Хост, уже одиннадцатый час. Я бы на вашем месте не была так спокойна.]
Я широко зевнула, сладко потянулась и прищурилась на лучик солнца. Погода сегодня будет замечательная.
– Может, пиццу закажем? Хочешь, возьму тебе «три сыра»?
407 начала терять терпение: [Вы что, не понимаете? Этот Ноа – не один из ваших нытиков. Из слов брата героини я поняла, что Тальеферо связаны с мафией. Даже ваш отец не смеет ему перечить, когда тот хочет забрать его дочь! Он уже зол на вас. Что будет, если вы еще и опоздаете?]
Я глубоко задумалась, а потом решила уточнить:
– А он красивый?
407: [Хост! Вы без 909 вообще берегов не видите, да? Я понятия не имею, красивый он или нет. В изначальном сюжете его вообще не было, но и сюжета у нас было всего две главы. Сейчас запущен режим редактирования, так что все ваши действия будут записаны в основу мира. И если вы не отгадаете, кого автор планировал сделать главным героем, то проиграете. Так что будьте любезны, станьте немного ответственнее!]
Все внимательно выслушав, я помолчала несколько секунд, а потом уточнила:
– Так будешь пиццу или нет?
407: […]
407: [Как об стенку горох. Буду.]
Пицца прибыла минут через сорок. За это время я успела собраться, одеться и накраситься, а потом мы с системой плотно позавтракали. А то знаю я эти ваши свидания с властными разбойниками: скалят зубы, показывают бицепсы, а сами даме чебурек купить не могут.
В одиннадцать я была полностью готова, обулась, вышла и села в машину. Только тогда ощущение слежки, наконец, пропало. До Галереи решила добираться своими силами, врубив музыку на полную.
– Отличная погода, крутая тачка и любимая система в голове. Что может быть лучше? – довольно выдохнула я, набирая скорость.
407: [Лучше любимой системы могут быть только две любимые системы. Хост, у меня для вас плохие новости. Я только что получила уведомление от главной системы.]
Улыбка немного померкла, а пальцы крепче сжали руль. Я вспомнила недавний сон и постаралась говорить невозмутимо:
– И что сообщает дорогая свекровь?
407: [Вы только не нервничайте, хорошо?]
– 407…
407: [Может, припаркуетесь?]
– 407!
407: [Ладно, хорошо, в общем, главная система сообщает, что теперь полномочия управляющей системы принадлежат мне.]
– Где 909? – максимально спокойно спросила я.
407: [Извините, хост. У него… новое назначение.]