Лия Седая – Мой борзый хам (страница 11)
– Избавим всех от необходимости искать сплетни. Теперь все сами увидят, что мы действительно вместе. Доступность информации важная штука, ты согласна?
Вместе?
Мы вместе?
Я попробовала оттянуть на его груди рубашку, чтобы спрятать в нее зареванное и обалдевшее от его слов лицо. Это же невыносимо! У меня мозги в кисель!
Тихая и неконтролируемая истерика.
Просто звон в голове, а не здравый смысл.
Я вцепилась в него крепче. Вдохнула глубоко, а выдохнула в гладкую ткань его сорочки. Запах Мирослава растекся на языке терпким привкусом. Коснулся сердца щекочущей острой иголкой.
И Мирослав чуть запнулся.
Ровное, не как у меня, дыхание сбилось. Сильные руки, что меня держали, напряглись еще сильнее. Втиснули мое тело в его. Прижали еще крепче, почти до боли.
Мой личный хам мимолетно коснулся носом моих волос.
Резко, коротко вдохнул как животное. И я его почувствовала. Как он напрягся резко от моего движения. Как шандарахнулось его сердце об ребра, отдавая мне в щеку.
Какая ж я дура...
– Мирослав Михайлович! – я вздернулась от знакомого голоса. – Все в порядке?
– Да. Мою машину живее! – отрезал мой хам, даже не притормозив.
– Да, Мирослав Михайлович!
Швейцар...
Я съежилась еще сильнее. Кажется, его зовут Алеша. Я не уверена, мельком на бейджик смотрела всегда, ненужная информация была, неважная. Но мы здоровались всегда. А теперь я лежу на руках сына владельца нашего комплекса как...
Как его девушка!
Мирослав вышел на улицу. Застыл на крыльце, у главного входа. Даже не дрогнул, не подумал меня отпустить. Как будто мышцы у него стальные! Я хоть и мелкая, но вес-то все равно имею какой-никакой!
А он меня только поражает все больше и больше!
Часто других женщин на руках носит? Накачался, да?
Ведь вообще не напрягается, по-моему.
С тихим гулом к нам подкатила длинная черная иномарка. С водительского места выскочил молодой человек в униформе комплекса и распахнул пассажирскую дверь.
А, вот этого я не знаю.
И это прекрасно! Можно прикинуться ветошью и не отсвечивать лишний раз. Хотя, толку-то уже... Меня во всей красе продемонстрировали и руководству, и сотрудникам...
– Садись, золотко, – Мирослав бережно опустил меня на сиденье.
Уиии...
Я сглотнула.
Медведь, а ты действительно умеешь ухаживать, как я посмотрю. В Европах научился так обольщать женщин? Он протянул руку к ремню рядом с моей головой, и я инстинктивно отпрянула.
Отвернулась, чтобы не прижаться к его плечу щекой, когда Мирослав потянулся к замку ремня безопасности. И вздохнула испуганно, судорожно едва его ладонь коснулась моего живота. Легла тяжело, придавила.
Я вскинула взгляд растерянно.
Мир, ты...
В шоколадном взгляде было тепло.
Яркие, жаркие, жадные искры. Медведь хотел касаться и касался. Словно не желал разрывать контакт с моим телом, не желал отпускать от себя. Согревал меня собой или согревался сам, не знаю...
Божечки, я думала, мужчины только коленки щупать хотят всегда...
Кожу под его ладонью дернуло судорогой.
Пустило внутрь жар от прикосновения. Мышцы в животе и ниже мучительно и медленно сократились, сжались в спазме.
– Поехали, – губы, чей вкус я уже знала, красиво изогнулись.
Поехали...
Только руки свои убери... Они меня плавят.
Мирослав будто услышал.
Выпрямился, закрыл мою дверь. Обошел машину и уселся за руль. Бросил свой телефон на кожаную панель между нашими сиденьями и пристегнулся сам. Надо же, какой правильный! Я вытаскивала из себя все, что только могла.
Злись на него, Евка!
Ты ему для поиграть, а для тебя эти игры могут стать роковыми, ты же понимаешь? Я отвернулась. Оперлась локтем на окно и закусила указательный палец. Молчи, Ев. Просто молчи и анализируй. Пусть он пока почувствует себя хозяином положения. Так для тебя безопаснее, держи эмоции.
Все эти взрывы ни к чему хорошему привести не могут априори. Догонит и зажмет, только что прошли такой сценарий же. Держи себя в руках! Холодный расчет!
Ты же умная девочка, профессионал.
Тебя учили с людьми работать.
– Шшш, – зашипел раздраженно Мирослав. – Золотко, на заправку заскочим? Бенз на нуле почему-то.
– Угу.
Иномарка стремительно и плавно пролетела по проспекту до ближайшего кармана с АЗС. Мягко перевалилась через лежачий полицейский и замерла возле колонки.
– Я сейчас, малыш.
Малыш...
Дверь хлопнула, а я невольно хмыкнула.
Какой, однако, прогресс! Из пренебрежительно ласкового «золотка» в более интимного «малыша». А тут у меня карьера гораздо стремительнее развивается...
Экран смартфона мягко засветился.
Я невольно скосила глаза. Отец, это Михаил Михайлович же?
«Отвали от Евы или пеняй на себя. Я ее ув...»
Я медленно вдохнула через нос. Раздула ноздри специально, вбирая как можно больше воздуха:
– Уволю...
Значит, хозяин тоже решил, что мы вместе. И ему это не понравилось. Я не нравлюсь ему в таком в качестве, я! Я не та, кто достойна его сына, конечно!
Я ведь просто...
Паника сдавила глотку. Прошлась по пищеводу когтистой лапой, падая в желудок куском льда. Это конец. Все эти игры Мирослава – конец моей карьеры. Всего, что я старательно строила три года в комплексе. Все пошло прахом из-за появления хамского медведя.
Пальцы дернули ручку на двери без участия мозга.
Что я там говорила про нежелательные эмоциональные взрывы? Ха!