Лия Рой – Случайный ребенок от миллиардера (страница 13)
Я молча и завороженно слушала своего супруга и не могла поверить в то, что слышала. Нет, я совсем не хотела, чтобы все окружение моего Саши в будущем оказалось таким же лживым и алчным. Я желала ему настоящих друзей и настоящей любви. Девушки, которая полюбит его всем сердцем и сделает самым счастливым на свете.
Но, увы, с учетом количества денег, которыми располагала семья Соколовых, кажется, мы были обречены.
– Что ж… – Дима встряхнул головой, будто сбросив какое-то нежданное оцепенение и заговорил обычным тоном. – Я тут никак у тебя не спрошу, что мы будем делать со школой? Ты так и не ответила ничего на счет перевода. И еще мы не решили вопрос с фамилией Саши, более того, в свидетельстве о рождении, в графе отец у мальчика все еще пусто. Это неправильно, тебе не кажется?
Вопросы. Множество вопросов Дмитрий привнес в мою жизнь. И пока что я не находила ответа ни на один из них.
С того случая, когда к Соколову пришла женщина с ребенком на руках, заявляя, что он – от него, прошел почти месяц. Весь месяц этот случай никак не желал идти из головы. Я отдергивала себя, старалась махнуть рукой, на какое-то время забывала о произошедшем, но после все равно возвращалась. Сама не знаю, почему. Наверное, я чувствовала, что в этой истории что-то было не так.
Какую цель преследовала эта девушка? Она ведь понимала, что все очень быстро раскроется. Она должна была понять, что не получит из этой аферы ни денег, ни выгоды, но все равно пришла. Все равно рассказала выдуманную историю. И чего добилась? Ничего.
Что это было? Какой-то отвлекающий маневр? Но для чего? И почему сейчас? Против кого он был направлен? Против меня, моего ребенка или против Дмитрия?
Ответ, как водится, не было.
Сегодня был холодный, зимний день.
На дворе стояла солнечная суббота, но солнце это было обманчивым и ничуть не согревало, а стоило приоткрыть окно, как меня едва не сдул холодный ветер.
Наш фиктивный брак с Дмитрием существовал уже почти три месяца, и мы оба постепенно стали к нему привыкать. В газетах и интернете все меньше писали о миллиардере, который внезапно оказался женат, нас все меньше преследовали папарацци.
Все потихонечку начало успокаиваться.
Сашу мы перевели в школу, о которой говорил Дима, и, к слову, ребенку там очень нравилось. Учительница была постарше, поопытнее, класс более дисциплинированным, а администрация – более ответственной. Короче, в этом Соколов оказался прав, и я не жалела об этом решении.
Друзей мелкий нашел себе быстро, уже сдружился с мальчиком по имени Леон и, как рассказывала учительница, они стали не-разлей-вода.
Занятия карате он тоже отвоевал. Я сдалась после того, как Саша меня буквально затерроризировал своими умоляниями дать им с папой тренироваться. А чуть позже Соколов выбил и фехтование. Я плюнула и махнула на все рукой. В конце концов, он был прав, беда могла случиться с кем угодно и где угодно. А ребенок был счастлив. Саше нравился спорт, нравилось заниматься им вместе с отцом, а я была рада, что мой сын рад.
После завтрака Дима отвел Сашу в тренажерный зал, оказывается, в доме был еще и зал, а я пекла им оладьи. Через час мне нужно было выезжать на работу, сегодня был заказ. Нужно было поторапливаться с вкусняшками, если я не хотела опоздать на съемку.
После нее я должна была заехать к Веронике и посидеть пару часов с Захаром, подруге нужно было отлучиться по делам, а оставить сына было не с кем. Несмотря на то, что я переехала и теперь жила далеко, о друзьях забывать не собиралась. Созванивались мы каждый день, только встречи стали реже.
А последним в списке дел на сегодня был шоппинг. Марк обещал пройтись со мной по магазинам и выбрать подарок Саше к Новому Году, который приближался с какой-то нереальной скоростью.
В общем, день обещал быть насыщенным.
С такими мыслями я выключила плиту, сняла с нее уже готовые оладьи переложила несколько на небольшую тарелку. Нужно было спуститься на цокольный этаж и как-то выманить этих двух спортсменов-трудоголиков.
Я вооружилась едой и потопала через весь дом. Я уже знала, где располагается вход на цокольный этаж, правда за все время проживания ни разу туда не спускалась, как-то не приходилось. Спустя пару минут достигла нужного поворота и аккуратно миновала лестницу. А после – застыла в немом шоке и страхе.
– Дима! Что ты делаешь?!
– Ой-ой…
– Сынок, а мама всегда так много кричала?
– Да, нет… недавно стала…
– Значит, я виноват…
Я пораженно уставилась на ужасающую картину. Соколов сказал, что они идут в тренажерный зал, а на самом деле они оказались в бассейне! Саша не умел плавать, ровно, как и я! А сейчас он находился в воде! Меня тут же, моментально накрыла паника.
– Вытаскивай его, ты что, полоумный?! – заорала я, скидывая с себя туфли. И плевать, что не умею плавать сама, не могла же я стоять за бортом?!
– Алена…
– Он не умеет плавать!
– Алена…
– Что же ты застыл-то, как столб?!
– Алена!
Я уже собиралась прыгать в воду, когда вдруг поняла, что Саша вполне себе держится на воде. Сам. Один. Без какой-либо поддержки.
– Дошло? – Соколов задал этот вопрос мягко, без намека на оскорбления, словно призывая меня успокоиться. А я так и застыла с туфлей в руках.
– А спросить меня? – Когда, наконец, дошло, страх отступил, а на место ему пришло глухое раздражение. Почему Дима все решал сам? Без меня? Я либо узнавала обо всем постфактум, либо должна была согласиться после длительных уговоров! Когда это воспитание сына полностью перекочевало в руки этому блондинистому?!
– О чем, Ален? – Дима помедлил, но получив вместо ответа гневный взгляд, лишь тихо вздохнул и медленно выполз из бассейна.
А вот тут на место злобе пришло уже нечто сродни стыду.
Да, наверное, впервые за долгие годы, я смутилась из-за мужчины.
Ясное дело, что в бассейне или на море, люди были в купальниках и плавках. Вот и мой названный муж был в них. Только в них.
До этого я ни разу не видела Соколова даже без рубашки. В спальне, в которой мы делили, ко сну он уже появлялся в пижамных штанах и майке. Сейчас же передо мной стоял мужчина практически в одном нижнем белье. И все, что я смогла – это сглотнуть, опустить взгляд и сделать шаг назад, растерянно рассматривая пол под ногами.
– Все в порядке? – осторожно протянул Дмитрий, словно опасаясь очередной моей вспышки недовольства.
– Да, я тут это… оладьи вам принесла, – я кивнула в сторону кругленького стола, на который в буквальном смысле слова закинула тарелку с едой.
– Мам, залезай к нам, – Саша привлек внимание, помахал рукой, поднимая волну брызг. – Я сказал папе, что мы не умеем плавать, он меня научил, сказал, и тебя научит!
Кажется, я покраснела. Как большой, красный рак. И это не осталось незамеченным. Дима сначала хмыкнул, а затем улыбнулся, да при этом так довольно и широко, что мне стало еще больше не по себе. Он словно наслаждался этой моей реакцией. Гад!
– Нет, сынок, я не могу! – Я посмотрела за спину Соколова и улыбнулась сыну.
– Почему же? Дорогая, присоединяйся, – ухмыльнулся Дима. Сволочь вошла в раж и по взгляду это стало понятно.
– Не играй со мной, Соколов, – прошипела я, снова прячась за мужа
– И в мыслях не было. – Дима снова заулыбался, поднимая руки вверх, а я лишь смогла отметить про себя, насколько жилистыми и подкаченными они оказались. Раньше я как-то не обращала на это внимания. Его кресло и моя кровать находились на приличном расстоянии друг от друга, и вообще, я не любила пялиться. Но тут не смотреть было просто невозможно. Между нами были считанные сантиметры. – Я правда могу научить тебя плавать. Кто знает, когда это может пригодится? – Мой собеседник пожал плечами.
– Обойдусь, – процедила я сквозь зубы. – Мне пора на работу. Осторожней тут с ним, понял? – Я ткнула его пальцем в грудь. И что вы думаете? Соколов воспользовался этим, перехватил мою руку, и приложил ее к своей груди.
– Понял, Ваше Величество, не смею ослушаться, Ваше Величество, – произнес Соколов.
И вот здесь я запуталась. То есть, его ироничный тон и то, каким странным, неоправданным мягким жестом он прижимал мою руку к своей груди, заставили меня растеряться.
– Я…
– Да?
– Как дам тебе! – Я очнулась спустя несколько долгих секунд. Казалось, что прошла вечность. Руку начало жечь, будто я держала ее не на груди у человека, а над огнем. Я не поняла собственной реакции и очень смутилась ее же.
Отшатнувшись, я попыталась взять себя в руки и нацепить на лицо маску а-ля «все хорошо», но вышло слабо. Саша заметил, что что-то не так, но, в силу возраста, слава богу, ничего не понял, лишь пожал плечами и отвернулся. А вот Дима лишь ухмыльнулся, будто бы поняв для себя что-то очень важное.
– Я позвоню вам вечером, – слабо выдала я, встряхнув головой и, уже собираясь покинуть пределы бассейна.
– Эй, Золушка, – окрикнули меня, и я была вынуждена застыть и обернуться. И лишь потом взглянуть вниз. Действительно, я же осталась босиком. – Ты кое-что забыла, – улыбнулся Соколов. В руках у него обнаружились мои туфли-лодочки. Я смутилась еще сильнее, совсем запуталась в собственном поведении, да так и застыла с открытым ртом.
Этим снова и воспользовался Соколов. Усадив меня на плетенное кресло, он взял сначала одну лодочку и медленно, очень осторожно, надел ее на меня. Затем поступил точно так же и со второй.