Лия Рой – Ребенок от бывшего мужа (страница 5)

Уже к концу дня я была замужем. Или, погодите, нет, не так. Я снова была Орловой.

Проклятье. Их семья – это было какое-то одно большое, сплошное проклятье. На мою голову. Только я вздохнула с облегчением, подумав, что избавилась от них раз и навсегда, как они тут же вновь забрезжили на горизонте.

– Ты выглядишь расстроенной, – уверенно произнес Максим, заглушая двигатель дорогой иномарки. Он подвез меня до дома, но я не спешила выходить из салона автомобиля.

Все, что происходило, казалось неправильным. Все казалось дурным сном.

– Так и есть. С этого дня все обещает перевернуться, и я совершенно этому не рада. Я много лет потратила на то, чтобы добиться стабильности. А теперь у меня ее отнимают. И выходит, что я зря трудилась, потому что твоя семья сделает все, чтобы разрушить мою жизнь.

– Ну-ну, не все так плохо, – Орлов повернулся ко мне и улыбнулся. – Это не навсегда. Я думаю, что все завершится быстрее, чем ты думаешь. Жена у меня уже есть, ребенок тоже. Дело остается за малым. Или ты не веришь, что я могу самостоятельно заработать миллион? Дело осталось за малым. Потерпи немного.

– Дай бог, чтобы все оказалось так, как ты говоришь. Я очень хочу, чтобы все завершилось быстро.

– Главное, не переживай. Мелкий не должен видеть, что ты паникуешь.

Я кивнула в ответ на слова Макса.

– Когда ты придешь сегодня?

– К семи.

Мы должны были познакомить его с Матвеем. Объяснить, что совсем скоро нам придется переезжать. Что в новом доме будет жить его папа. Но этот самый папа маме не муж. А мужем будет его брат. Который будет приходиться ему дядей.

Кошмар, одним словом.

– Ладно…

Как же я умудрилась так вляпаться? Ну как так? За что Орловы свалились мне на голову? Хоть волком вой.

– Алина, – позвал меня Макс, когда я уже собралась выходить из машины.

– Да?

– Начинай собирать вещи. Я бы забрал вас уже сегодня, но ты права, Матвею нужно хоть какое-то время, чтобы понять, что творится вокруг. Но дальше мы затягивать не будем. Насколько я знаю из проверенных источников, братья тоже не сидят сложа руки, а Миша в курсе того, что проворачиваю я.

– В смысле?

– В смысле, он догадывается, что я что-то мучу с тобой. Но я думаю, что он думает, что я отговариваю тебя сходиться с ним. Он наверняка не ожидает того, что мы ему преподнесём. И пока он не понял наших истинных мотивов, пока не пронюхал, как обстоят дела, надо рвать когти.

– Черт… как же все быстро…

– Я понимаю, но так надо. Я обещаю, что сделаю все, что от меня зависит, чтобы гонка закончилась как можно скорее.

– Хорошо.

– И еще…

– Что?

– Пакуй только самое необходимое. Завтра я заеду за тобой с утра, поедешь по магазинам, выберешь себе все самое лучшее. Затем заберем Матвейку и отправимся в особняк. Ты должна предстать в лучшем свете. Как понимаешь, деньги деньгами, но умыть Ольгу и Мишу мы просто обязаны.

– Будет сделано, – кивнула я, понимая, что, в общем-то, он прав.

Предстоял долгий путь. Чтобы не говорил Макс, долгий и непростой.

Глава 4

– Не переживай, ты вся дрожишь, – произнес Максим, привлекая мое внимание к себе.

Легко ему было говорить. Это не ему предстояло вернуться в дом, откуда его выгнали, посчитав недостойным всей этой напускной роскоши и богатства. Это не от его ребенка отказалась вся семья. Не его унижали и обижали в том ужасном месте.

Впрочем, в последнем я могла и ошибаться. Что-то подсказывало мне, что Ольга не любила пасынка, если вообще приняла мальчика.

– Все хорошо, – попыталась солгать я.

Все прошло по плану. Вчера вечером Макс пришел к нам домой и познакомился с Матвеем. На удивление, они практически мгновенно друг другу понравились, сын потянулся к родной крови. Орлов принес ему большую машинку, чем неслыханно обрадовал мелкого. А потом они целый вечер играли то в конструктор, то еще во что.

На следующее утро я отвезла малыша в сад, заехала в кафе и договорилась, что в ближайшие несколько дней меня будет замещать Марина, одна из официанток, которая работала со мной с первых дней и была надежным человеком. В конце месяца я обещала ей премию и сверхурочные. А после отправилась по бутикам, как и велел Орлов. После трех часов опустошения его карточки опустошенной себя чувствовала почему-то я.

Пока Матвей был в садике, я начала потихоньку собирать вещи, а Орлов в этом деле присоединился. Уже сегодня вечером мы должны были поехать жить в особняк.

Мелкому я сказала, что мы переезжаем временно, чтобы сделать в нашей квартире красивый ремонт. Матвей поверил и обрадовался тому, что дядя теперь будет жить с нами. Точнее мы с ним.

– Я же вижу, что это не так. – Макс отставил от себя коробку, в которую по моей просьбе складывал кое-какие личные вещи. – Я ведь пообещал, я вас защищу. – Орлов подошел совсем близко и положил свои огромные руки на мои плечи, несильно их сжимая.

– Понимаю, просто, все очень неожиданно… пойми меня правильно, еще неделю назад самым большим событием в моей жизни было то, что поставщик перепутал заказы и вместе бежевых салфеток привез синие.

– Ты справишься, – уверенно произнес Орлов. – Если справилась тогда, пять лет назад, то справишься и сейчас.

– Я не справилась пять лет назад, о чем ты? – усмехнулась я, поднимая на Максима взгляд. – Ольга втаптывала меня в грязь, а все, что я делала в ответ – это извинялась и плакала, потому что банально боялась. Ее, ее реакции, реакции Миши. Я не знала, как быть и куда деваться себя в том огромном доме, в котором мне так и не нашлось места. А уж последний наш разговор с твоей мачехой… он еще долго эхом аукался мне… Это кошмар, который я с трудом пережила, и я только-только оправилась, только встала на ноги, как теперь меня снова погружают в то ужасное болото…

Я затряслась пуще прежнего и поняла, что на глаза наворачиваются слезы.

Как же ужасно мне там было, если спустя столько лет я все еще так остро реагировала. Кажется, я даже сама не осознавала этого.

Спустя несколько коротких мгновений, я почувствовала, как чужие, сильные руки меня обнимают.

– Эй, я ведь буду рядом, слышишь? Ты даже не будешь видеться с ними, я сделаю все, чтобы вы с Матвеем как можно меньше встречались с моими домашними.

– Как это? – Я подняла голову вверх и встретилась с обеспокоенным взглядом зеленых глаз. Кажется, Макс не играл, он действительно переживал за судьбу племянника.

– Я разве не говорил, что в прошлом году отхапал себе целое крыло особняка? – Он улыбнулся и потянувшись к упавшей на лице прядке, аккуратно заправил ее за ухо. От этого невинного действия я почему-то смутилась и отступила на шаг.

– Крыло?

– Именно. Восточное теперь мое. Раз уж нам нельзя разъезжаться, то я имею право хотя бы не видеть их постные… лица, когда этого не хочу. Конечно, пришлось знатно повоевать, но оно того стоило. Там восемь комнат, своя кухня, несколько ванных и бассейн с тренажерным залом. Захочешь, и даже пересекаться не будешь с моей мачехой и братом.

Наверное, эта новость меня немного успокоила и приободрила. Она означала, что у меня будет личное пространство, в котором я смогу укрыться в случае чего, но самое главное, смогу защитить Матвея.

– Мне страшно. Я боюсь, что Ольга может начать говорить что-то дурное Матвею…

– Зря. Сейчас она будет кроткой и в открытую никаких действий не предпримет. Дед взбесится. Вся ситуация у него на контроле, так что за мальчика не бойся понапрасну.

– Ладно…

– Но кое-что меня все же беспокоит.

– Что именно?

– Нас будут, можно сказать, тестировать, понимаешь? За нами будут пристально наблюдать, оценивая каждый шаг и каждое движение. Ты должна быть настоящей.

– В каком смысле?

– В смысле не шарахаться от меня, как от прокаженного, – Максим улыбнулся, намекая на мою недавнюю реакцию. – Ты не должна смущаться или отталкивать меня. При родственниках я буду тебя и обнимать, и брать за руку и даже, возможно, целовать. – На этих словах я покраснела, потупив взор. – Дед должен поверить, иначе все это будет зря. Если он заподозрит что-то неладное, прощай миллионы и вся наша игра. Но самое страшное то, что если победит Михаил, то он заберет ребенка, я тебя уверяю. Не знаю, вместе с тобой или нет, но Матвея он не оставит. – А вот на этих словах мне стало дурно. Резко стало нечем дышать, а сердце забилось у самого горла. Я подошла к окну и распахнула его настежь, чтобы впустить хоть немного воздуха.

– Зачем ему ребенок, которого он пять лет не знал?

– Ну, здесь я могу сказать точно, что его эта ситуация не устроила. Он правда не знал о ребенке, Ольга никому из нас не сказала, я тоже был не в курсе. Миша когда узнал, погромил несколько комнат и больше месяца не разговаривал с родителями. Исчез на неделю, черт знает, где пропадал. Ему просто некуда деваться, иначе он бы ушел. Как и я. Как и Мирослав.

– Вы заложники собственных родителей. Это ужасно.

– Это реальность, в которой мы живем. И тут ты либо привыкаешь и борешься, либо тонешь. Как говорят, пан или пропал. Я хочу победить и разорвать этот цикл.

– Каждый из вас мог бы уйти, – я медленно повернулась к своему собеседнику и заглянула в глаза. – Вас не держат насильно. Вы держитесь за деньги.

– От них нелегко отказаться, что правда, то правда, – усмехнулся Максим, кивнув в знак согласия. – Я не буду говорить, что я хороший парень или идеальный мужчина, не буду врать, что мной движет не корысть. Я люблю деньги, я привык к ним и не знаю, как жить иначе. Но еще больше я хочу сохранить семейное дело и не дать племяннику застрять между двух огней.