Лия Рой – Расул (страница 4)
Лиля охнула и вцепилась ладошками в мои плечи, когда я припал к ее промежности губами. Я начал медленно целовать чуть выпирающие бугорки, аккуратно водить по ним языком, вбирая в себя их вкус, проще говоря, наслаждаться действом.
Мне до одури хотелось делать это быстро, жестко, нагло, взять свое напором, но я хотел, чтобы Лиля горела в моих руках. Горела от желания, чтобы сама попросила войти меня внутрь, чтобы потекла от того, что я с ней буду делать.
И очень скоро я получил то, к чему так стремился. Она расслабилась в моих руках, застонала, чуть запрокинув голову, прикрыв глаза, и стала мокрой там, внизу, где я без устали орудовал языком.
Не сказать, что я был любителем этого процесса, нет, многие партнерши просили, но я делал этого, однако с Лилей… с ней все было по-другому, все было иначе, как ни странно, мне самому этого хотелось. Хотелось, чтобы она кричала от наслаждения со мной, подо мной, из-за меня. Я не собирался просто брать свое, насиловать ее, делать ей больно. Нет. Она должна была кончать от моих рук, от моего члена внутри ее сладкой киски или не менее сладкой попки, или от моего языка, вылизывающего ее промежность вдоль и поперек.
Она должна была пылать от желания получить меня внутрь себя как можно скорее.
— Ох… — выдохнула она в какой-то момент, явно теряя контроль над своим телом. Ноги подогнулись, и я буквально поймал ее за талию, становясь рядом. Лиля приоткрыла глаза, взглянула на меня расфокусированным взглядом и облизнула пересохшие губы. Последнее действие не ушло от моего внимания, и я поспешно впился в ее уста своими.
Поцелуй вышел требовательным, жестким, дерзким.
Я целовал Лилю так, будто она априори была моей. Будто бы иных вариантов я попросту не допускал. Собственно говоря, так действительно должно было быть уже очень и очень давно.
Она промычала что-то сквозь поцелуй, но я не обратил внимания, лишь углубляя и без того звериный поцелуй, вплетая пальцы в ее распущенные локоны, толкая, заставляя лечь на диван.
В какой-то момент нам пришлось разорвать ласку. Лиля оказалась лежащей передо мной практически полностью обнаженной, а я залюбовался этим видом.
Видом, к которому стремился столько лет.
От мысли, что совсем скоро я накрою это хрупкое тело своим и буду втрахивать его в обивку кожаного дивана, эрекция стала еще сильнее. Хотя, куда еще? У меня стоял так, будто я не был с женщиной, как минимум, пару лет.
Орлова тихо вздохнула, закусила нижнюю губу, а затем, почему-то отвернулась. Ну, нет, так не пойдет.
Я высвободил член из брюк, плюнув на всю остальную одежду, и положл руку на светую макушку, слегка надавливая, заставляя снова повернуться ко мне.
— Возьми его…
— Нет, — Лиля покачала головой в подтверждение своих слов и подняла на меня такой взгляд, что стало не по себе. В голубых глазах застыли непролитые слезы вперемешку с каким-то ужасом.
— Что такое?
— Не буду… — прошептали мне в ответ.
Ах, так? Значит, брать в рот у Соколова было приятнее? Ему вылизывать хуй можно, а мне сразу противно? Сучка!
— Я тогда прямо сейчас наберу номер своего знакомого, через десять минут отвезут тебя в бордель, и трахать там тебя будут уже не так нежно, да и не в одиночку…
— Хватит!
Я даже потянуться к телефону не успел, а ведь тот лежал в кармане брюк. Лиля вскинулась, словно змея и вскочила на ноги рядом со мной.
— Зачем ты это делаешь?! Ты просто хочешь меня унизить, это такой способ отомстить?! Ты же мужчина, в конце концов, ты… ты… ты другой мужчина!
— Какой еще другой, о чем ты вообще? — прошипел я сквозь зубы. Вот болтать мне сейчас было совсем не охота.
— Ты же лучше… лучше, чем он… — уже не сдерживая слез, прошептала Лиля. Несложно догадаться, о ком пошла речь.
— Решила давить на чувство вины? Манипулировать мной вздумала?! — взревел я, притягивая Лилю за волосы к себе, накручивая их на кулак, вызывая у нее болезненную гримасу.
— Нет, — пискнула Орлова, вцепляясь мне в руку, пытаясь отстранить ее от себя. — Пожалуйста, Расул…
— Хватит косить под дурочку, и ты уже давно не невинная, я получу все то, что захочу получить, ясно? Прекрати строить из себя девочку!
— Я не…
Договорить ей не дал, резко дернув вниз, я ткнулся стоявшим членом ей в губы, но Лилия снова отстранилась и покачала головой.
Упрямая чертовка, она хоть понимала, что делает? Ведь распаляла еще сильнее, да и только!
— Я не хочу так! Ты же видишь, что нравишься мне, тогда зачем тебе обязательно нужно меня унизить? Или ты просто хочешь насилия?
— Если бы я хотел тебя насиловать, я бы не вылизывал тебе пизду, идиотка!
— Пожалуйста, Расул, дай мне время!
Я застыл, сжимая в руках волосы Лили. Она снова плакала, отвернувшись от меня. Наверное, это и впрямь было унизительно, когда тебе тыкали в рот членом, который ты не хотела заглатывать.
Но стоп… было еще что-то важное…
«Ты же видишь, что нравишься мне…»
Я не ослышался, Орлова и впрямь это произнесла? Это было правдой или способом смягчить того, кто собирался проехаться по тебе танком? Лиля просто желала мной манипулировать и вновь вертеть, как ей того захочется или же…
Ответить я не смог. За меня ответило мое тело. Я нежно провел рукой по светлой макушке, а затем поднял ее на ноги и прижал к себе. Смачно поцеловал, оторвавшись от пухлых губ с громким причмокиванием.
— Я все равно хочу получить… хоть что-то… — Лиля понимающе закивала. Я заключил ее ладошку в свою и потянул вниз, к месту, где все было налито кровью и пульсировало. Чужая ладонь несмело коснулась твердого члена, а затем легонько провела вверх-вниз. Я прикрыл глаза, уткнувшись своим лбом в лоб Лили. Тихо выдохнул, понимая, что введусь на нее. Введусь на все, что она говорит или просит.
Стоит ей захныкать или заплакать, и я становлюсь готовым распластаться перед ней. Я уступаю ей.
Я сглотнул, осознавая, как глупо выгляжу. Мне было за тридцать, я платил за все в жизни Лили, она мне крупно была должна и я мог пялить ее во всех удобных мне позах, но вместо этого разрешил мне подрочить. И, что самое интересное, ей не пришлось стараться долго. Я кончил довольно быстро. Кончил просто потому, что там, внизу, меня трогала Лилия. Робко, неуверенно, так, словно она не знала наверняка, что нужно делать. Восхитительно…
— Запомни, принцесса, — прошептал я куда-то в шею Орловой, отчаянно пытаясь выровнять сбившееся дыхание, — в следующий раз простым подрочить ты от меня не отделаешься. Свыкайся с мыслью о том, что я твой новый трахаль и придется делать все, чтобы я был доволен и удовлетворен. Это ясно?
Нет, я не повелся на ее «ты мне нравишься». Соблазн был чертовски велик, этих слов я ждал без малого пятнадцать лет, но произнесенные здесь и сейчас… они не имели никакой ценности. Лилия врала, и, скорее всего, делала это на автомате, это было защитной реакцией, она пыталась отстоять себя, и я почти не винил ее. Почти.
— Ты меня поняла?
Я взял Лилию за подбородок и заставил посмотреть на себя. В голубых глазах больше не было слез. Ни капли. Только какая-то странная отстраненность и пустота.
Орлова покорно кивнула, соглашаясь со сказанным мной.
— Ну, вот и умница…
— Приготовь мне что-нибудь по-быстренькому, я весь день не ел.
— М? Что?
После случившейся близости, я принял душ минут за десять, а вот Лиля проторчала в ванной не меньше часа. Наверное, надеялась, что я уйду, но не тут-то было. У меня была новая игрушка и я собирался с ней играться. Ровно столько, сколько захочу.
— Ужин, говорю, приготовь, — жестче прежнего выдохнул я, окидывая бывшую одноклассницу требовательным взглядом.
Черт, сдержаться бы, не наброситься бы на нее. Уж больно аппетитно Орлова выглядела с этими ее мокрыми волосами и пусть и длинным, но тем не менее, шелковым халатиком.
— Я думала, ты уже ушел…
— Так быстро тебе надоел? — Я хмыкнул и встал с дивана, на котором до сих пор сидел, листая документы в своем телефоне. — Быстро, однако. А ведь я только начал с тобой играться. — Я улыбнулся и, видимо, улыбка вышла больше похожей на оскал. Лиля сделала шаг назад и как-то сжалась, будто бы уменьшилась в размерах.
Надо же, а ведь не боялась таскать у меня деньги, подлая змея, а теперь едва нимб над головой не сиял! Знаем мы такое поведение, проходили. Хватит делать из меня дурака, я больше не собирался покупаться на эти дешевые трюки.
— У тебя полчаса, Лиль, я не шучу. Иначе я найду другой способ, как
Орлова резко побледнела. Нижняя губа задрожала, будто бы она собиралась вот-вот разрыдаться, но отдаю должное, она сдержалась.
— Хорошо. Я все сделаю. — С этими словами она удалилась в сторону кухни, а я так и остался сидеть в гостиной. Телефон отбросил в сторону, голову откинул на спинку дивана, рукой взърошивая короткий ежик волос.
Черт, и на хрена я вообще за нее зацепился? Украла она эти деньги, нужно было обматерить ее последними словами, вышварнуть с квартиры и забыть на этом. Катился бы она к своему мужу-алкоголику, зачем я втягивал себя в эти странные и непонятные игры?
Я ведь привыкну, я чувствовал, понимал, осознавал это.
Я привыкну к Лилие, я заиграюсь с ней в семью, а потом? Что делать потом? Она ведь никогда не любила, никогда не хотела, и не полюбит, не захочет меня в будущем. Зачем я так унижал себя? Зачем принижал собственное достоинство, выпрашивая у нее жалкие крохи внимания?