Лия Росс – Удивительное соседство (страница 6)

Я уже почти под темень вернулась в квартиру. Остановилась возле железной двери и опустилась рядом с ней на пол, прижимаясь спиной к холодной стене. В этот раз я не смогла сдержать слезы.

Как так произошло? Привязалась к собаке за такое короткое время, когда все время не любила животных. А может это было мое скрытное желание где-то глубоко внутри? Может я все же хотела дать второй шанс им, несмотря на то, что когда-то меня укусили? И не считая того, что мама раньше запрещала заводить даже простого хомячка или крысу, которые сидят в своих маленьких клетках и никак не могут причинить вред окружающим.

Во мне скопилось столько всего.

Соседняя дверь хлопнула, откуда вышла видимо Нина, собираясь на улицу.

— О, Валерия. Вы чего на холодном сидите? — слышу, как она жует жвачку, остановившись рядом со мной.

— Я потеряла собаку.

— Собаку? Не этого ли случаем? — она опускает рядом со мной Моцарта, который был вполне себе здоровым и невредимым.

Как же я тогда сильно обрадовалась! Прижала к себе мопса, целуя его в мягкую мордочку. Моцарт сам был счастлив меня видеть, облизывая свои шершавым языком лицо.

— Где? Где ты его нашла?

— Он тут бегал по коридору, лаял. Его чуть наша Людмила не выкинула, — нахмурилась девушка, опускаясь рядом на корточки.

Ох уж эта молодежь. Наша Людмила. Это она про Людмилу Валерьевну, которая ей в бабушки годится.

— Спасибо тебе большое! — я стерла соленые слезы с холодных щек, взглянув на девушку.

— Да не за что. Только вот дело в том, что я уже позвонила хозяину собаки и он скоро приедет сюда.

— Что? Какому хозяину? Моя сестра уехала в Турцию, ты не смогла бы до них дозвониться, — не до конца понимаю, о ком говорит Нина и встаю с пола.

— Что? Нет. На ошейнике есть медальон, там выгравирован номер телефона. Ответил какой-то мужчина и был в полном шоке от того, где находится его собака, — Нина пожала плечами, накидывая на светлые волосы капюшон от куртки.

— Мужчина…Странно. Ты ему назвала адрес?

— Да.

— Теперь мне стало очень интересно, что же скрывает моя сестра, — взглянула на Моцарта, который терся возле моих ног и требовал его отвести погулять на улицу. Достаю телефон, чтобы позвонить Мире, но ее абонент был недоступен. Как я и думала.

— Пойдешь с нами прогуляться?

— Серьезно? Я думала, вы меня ненавидите.

— С чего такие выводы? — я с изумлением посмотрела на девушку, когда открывала дверь, чтобы взять с полки поводок для мопса.

— Ну, мы вечно ругаемся. Вам многое не нравится в моем поведении, то, как я живу и что вообще делаю. Так что тут все логично, — ее черные губы расплылись в ухмылке, упираясь плечом в косяк двери.

— Нет, Нина, это не повод ненавидеть человека. Поверь мне.

На ум сразу приходит мама. Вот кого я точно ненавижу почти всю свою сознательную жизнь, но помогала, потому что чувствовала ответственность, что не могу бросить ее и Миру в такой трудной ситуации. Что как старшая сестра обязана хоть что-то сделать. Но когда Мирослава съехала — я спустя какое-то время прикрыла лавочку.

Я забрала поводок, прицепила его к ошейнику Моцарта, и мы втроем вышли на улицу, чтобы прогуляться по двору и завернуть на площадку для собак. Может быть теперь мы сможем с Ниной спокойно поговорить? А не как обычно, наорать друг на друга.

— У меня есть к тебе вопросы. Ты не против, если я их задам?

— Вопросы? Валяйте, — она засунула руки в карманы, смотря под ноги. Светлые пряди спадали вниз, прикрывая половину ее лица.

— Почему ты живешь одна? Где твои родители?

— Воу-воу. Так сразу? Познакомиться захотели? Или хотите им рассказать о том, что я вытворяю? — девушка засмеялась.

— Нина, я не собираюсь им что-то говорить. По крайней мере, пока. Надеюсь на то, что мы помиримся, раз уж живем целый год рядом друг с другом, — веду Моцарта на площадку, удерживая его за поводок. Мопсу так не терпелось подцепить какую-нибудь самку прямо на улице, так что рвался чуть ли не к каждой собаке мимо нас проходящей.

— Почему вас так это волнует? Я взрослая, имею право жить одна.

— Я беспокоюсь за другое. У тебя с родителями плохие отношения?

— Это вы с чего взяли? Исходя из моего внешнего вида и того, что я слушаю? — Рябова резко остановилась. Мне пришлось тоже затормозить и услышать недовольное фырканье Моцарта.

— Давай на чистоту. Твое поведение оставляет желать лучшего. Мне все равно, как ты выглядишь и что слушаешь — моя младшая сестра увлеклась роком в пятнадцать и превратилась в готку. Но это не отменяет того факта, что я ее люблю и отношусь, как и до ее внезапного преображения.

— Поведение? И что же с ним не так?

Я надеялась, что после того, что я ей скажу, мы не рассоримся вновь. Сейчас наоборот хороший шанс подружиться с Ниной.

— Пойдем сначала я Моцарта отпущу побегать, — киваю головой в сторону площадки, чтобы уже там расположиться на скамейке и спокойно поговорить.

— Моцарт? Что за странное имя у собаки? — девушка вновь оттаяла и даже тихо рассмеялась, последовав за мной.

— Это надо спрашивать у настоящего хозяина собаки. Но я думаю из-за того, что он засыпает под классическую музыку и спит, как младенец.

Мы прошли на территорию для выгула, я сняла поводок и отправила мопса пойти побегать, принюхаться и поиграться. Ему нравится здесь. Виляя своим хвостиком, он рванул в самый дальний угол.

Я же села на единственную скамейку, похлопав ладонью рядом с собой. Нина приняла мое приглашение сесть.

— И так что же не так с моим поведением?

— Ты ведешь себя как маленький ребенок. Да, ты имеешь полное право жить так, как хочется тебе, слушать любую музыку. Но понимаешь, порой ты разговариваешь со взрослыми, с той же самой Людмилой Валерьевной, как с девочкой. Огрызаешься, не даешь никому отдохнуть после тяжелого рабочего дня. Ладно я — моя работа у меня в квартире, но другие наши соседи — обычные люди, которые устают и хотят тишины. С тобой трудно договориться, Нина.

— Хах. По сути, я ни от чего не сбежала. Также осталась в этой клетке, где всем вечно некомфортно, — девушка тяжело вздохнула и откинулась спиной назад, поднимая свои глаза на темное небо. Рядом стоящий уличный фонарь освещал ее бледное лицо, за боевым раскрасом которого, пряталась милая девушка.

— Значит родители тебе все запрещали?

— Не то слово. Я для них — как демон во плоти. Ужасная музыка, ужасный вид, плохие оценки, стремный характер. В общем, полный отстой.

— Это мне кое-кого напоминает, — улыбаюсь я.

— Кого?

— Меня. Боюсь, как бы я потом не стала такой же, как и мама. Она вечно все запрещала, и мне, и моей сестре. Поэтому мы от нее сбежали куда подальше.

— Серьезно? Мне наоборот казалось, что вы из хорошей семьи, хоть по вашему внешнему виду и не скажешь. Вечно в краске, какая-то нервная, — начала перечислять Нина, загибая пальцы, а я ее остановила одним движением руки, чтобы не слушать этого стыда.

— Уж прости, такова моя работа. Не всегда бываешь в прекрасном расположении духа и в опрятном виде. Да и не для кого мне наряжаться. Живу одна, ни парня, ни мужа. Моя работа — вот моя жизнь, — мы с ней встретились глазами.

— Кстати, все время гадала, чем же вы занимаетесь?

— Я художник.

— Вау! — удивилась Нина.

— Что?

— Это же классно! Рисовать картины, продавать их…

— Картины пишут, — я уточнила. — А во-вторых, по большей части это я делаю на заказ. Мои собственные работы, которые всегда были в моей голове, пока никто не видел. Хочу сделать выставку в галерее.

— Так это же еще круче! Вы выставляете все в социальные сети? — у Нины аж глаза загорелись, когда она это услышала.

— Ну в парочку только. Но там людей не так много, как хотелось бы. Стандартно имею по два-три заказа в месяц.

— Так вам же лучше и свои работы показывать, те самые, которые для выставки. Тогда у людей будет больше интереса к ним, — девушка достала из кармана телефон, и что-то там радостная искала. Впервые вижу ее такой — настоящей что ли.

— Ты так думаешь? Еще не особо разобралась в этих платформах. Чувствую себя немного старой, — нервно подхихикиваю, пытаясь выискать глазами Моцарта. Что-то он куда-то спрятался.

— Да я помогу, не проблема. У меня самой есть большой канал, долго набирала свою аудиторию, но ничего — нашла, — она тыкнула мне в лицо экран, показывая профиль. И правда, почти десять тысяч подписчиков. Удивительно.

— И чем ты занимаешься?

— Я…пишу книги.

— Что⁈ — вот тут у меня аж рот открылся во всю ширь. Она и книги? Вы сейчас не шутите, правда?