Лия Росс – Удивительное соседство (страница 19)

И сам Лео был таким же, всматривающимся будто не в картину, а куда-то вдаль, более глубже. Длинные темные ресницы обрамляли его большие голубые глаза, он почти не моргал, думал, его пухлые губы слегка подрагивали, что-то тихо шепча про самого себя. Одна рука располагалась на коленях, придерживаясь за локоть второй. Тонкими пальцами он подпирал свой острый подбородок, еще больше придавая ему загадочности.

Мне вдруг захотелось таким его написать — показать, каким Лео выглядит со стороны, когда чем-то внимательно занят. Добрынин не обращает никакого внимания на все то, что происходит вокруг, будто внезапно стал глухим, заглушил все звуки мира и закрылся в своем мире.

Однако, мужчина также быстро и отмер, повернув ко мне свое лицо. Оно уже было более радостным, вся загадочность улетучилась, будто и вовсе не было.

— Ты что-то говорила?

— Я…ты не против, если я к своим картинам добавлю еще парочку новых? — вдруг замялась я, слегка задержав дыхание. Его глаза несколько секунд пристально прожигали взглядом, но после переключились на храпящего Моцарта, нарушившего тишину. Даже дышать стало легче.

— Ты хочешь написать что-то в подобном стиле?

— Нет. Кое-что новое…

— Я буду рад любой твоей новой картине, — он одарил меня сияющей улыбкой и поднялся со стула. — Луна получилась превосходной.

Из его уст это звучало даже больше, чем просто обычная похвала.

— Спасибо. И…хотела еще о кое-чем сказать. Мне тут предложили еще одного куратора для работы. Сергея Самойлова, знаешь его? — беру черную визитку со стеллажа и протягиваю Леониду. Мужчина нахмурился, всматриваясь в позолоченные буквы.

— Еще как знаю. Ты с ним виделась?

— Нет. Знакомый предложил его кандидатуру, что он прекрасный специалист и хорошие условия, — даже говорилось получалось как-то неуверенно, что под конец совсем смолкла, увидев, что Добрынин вообще этому не рад. Даже руки вспотели, когда он поднял на меня злющие голубые глаза.

— Не советую с ним связываться.

— Вас что-то связывает, верно? — тихо спрашиваю, чтобы навлечь на себя беды.

— Не просто что-то, но это долгая и очень болезненная для меня история. Не хочу об этом говорить, — Леня нервно зачесал волосы назад, прикрывая глаза.

— Тогда не буду настаивать рассказать об этом.

— Но я не имею права тебя отговаривать. Если ты вдруг заинтересовалась — то встреться с ним, может так ты сразу поймешь, кто для тебя будет лучшей кандидатурой для работы, — Добрынин будто вновь вернулся к своему первоначальному образу, когда мы только встретились на пороге моей квартиры. Холодный, безразличный. Это меня немного испугало и, в то же время, заинтриговало — что же между ними произошло на самом деле?

— Я поняла.

Мужчина попрощался с Моцартом и молча покинул квартиру, захлопнув за собой дверь. В доме воцарилась тишина, которая почему-то стала меня угнетать.

На следующее утро мне пришлось вставать пораньше, чтобы погулять с Моцартом и только потом приступить к долгожданной упаковке картины. Это займет достаточно много времени, ведь еще нужно будет обязательно позавтракать, чтобы набраться побольше сил.

Прогулка не затянулась, как в прошлый раз, но я замучилась чихать по дороге, уже чувствуя какую-то слабость в теле. Небольшое помутнение в сознании имелось, но не настолько сильное, чтобы вообще ничего не делать. Не сделаю я — не сделает никто.

А доставить картину нужно уже сегодня, так как ресторан уже совсем скоро открывается и нужно, чтобы помещение было готово на все сто процентов. Сама картина играет огромную роль в этом заведении — он называется «Лунный прибой». Достаточно красивое название и довольно необычное для нашего небольшого города. Но я наслышана о нем, что там уютная неоновая атмосфера, огромный выбор европейских блюд и коктейлей, а также у них есть своя маленькая фишка — у них живая музыка и каждый раз — разные жанры исполнения.

Заказчик отправил мне достаточно крупную сумму на такси, которой мне хватит за глаза, что даже можно было вызвать не то что комфорт, а целый бизнес класс. Но мне нужно было всего лишь отвезти картину.

Когда же я ее спускала с лестницы — это надо было видеть — то чуть не упала несколько раз, спотыкаясь об собственные ноги. Что-то я неуклюжая сегодня из-за своего непонятного состояния.

Таксист любезно помог, забрал картину и аккуратно поставил на заднее сидение. И сама села назад, чтобы ее придерживать. Мужчина настаивал на том, что будет неудобно и мало места, но я только отмахнулась, что так буду знать, что с холстом все будет хорошо и он доедет целехоньким.

Дорога заняла не так много времени, но зато успела полюбоваться утренним городом. Будничный день, люди давно не спали и спешили по своим делам точно также, как и я.

Как только мы доехали до ресторана, я разинула рот, увидев красивую вывеску над дверью. Она даже при дневном свете притягивала к себе все внимание — огромные буквы, по бокам располагались гирлянды в виде звезд, а после слова «прибой» красовалась нереально красивая луна. Думаю, ночью это будет выглядеть еще лучше, чем сейчас.

— Вам помочь отнести? — спрашивает мужчина.

— Нет, я дальше сама, — устало улыбаюсь таксисту, оплачиваю с карты за поездку и выхожу вместе с картиной из машины, захлопнув дверь. Теперь мне нужно будет подняться по лестнице и уже там искать Дмитрия Михайловича.

Хватаю холст, приподнимая с земли, и двигаюсь в сторону ступенек. Приходится контролировать каждый свой шаг, чтобы не упасть, иначе ждут повреждения не только картину, но и меня.

Снег под ногами слегка скользил. Сердце уже стучало у меня в ушах, а надоедливые волосы будто специально лезли то в рот, то в глаза, намеренно отвлекая. Но мне все же удалось переступить порог ресторана без происшествий, опустив картину на пол.

Внутри заведения было очень красиво — темные оттенки перемешивались с неоновыми буквами на английском и гирляндами, стены украшали массивные картины в позолоченных рамках с изображениями луны, морских прибоев и ночного звездного неба. Теперь понимаю, почему заказчик требовал еще одну подобную работу, чтобы завершить полноценный образ интерьера, связанный с названием. Столики были удобно расположены в стороне, сам зал был достаточно огромным, даже имелось место для того, чтобы гости могли спокойно потанцевать под музыку. Нависающие разноцветные диско-шары крутились вокруг себя, распыляя яркие цвета по полу и стенам. С другой стороны, стояла овальной формы барная стойка с мраморными столешницами, на глади которой отображалось все, что сейчас сияло в самом зале.

Ну и той самой фишкой оказалась не менее большая сцена. Позади нее была абсолютно темная стена, а по обе стороны висели плотные темные шторы. Сейчас они были украшены алыми розами и искусственными листьями, спускающихся вниз до самого пола. И правда подстраиваются под каждое выступление.

— Вы Валерия, верно? — из ниоткуда взялась девушка, вытирая руки об полотенце. Она внимательно смотрела на меня, мило улыбаясь.

— Да. Дмитрий Михайлович попросил привезти картину.

— Огромное вам спасибо. Надеюсь, Михалыч оплатил вам дорогу? — она поправила свои длинные светлые волосы, направляясь ко мне. Девушка выглядела чуть моложе меня, в носу при ярком свете сияло серебряное колечко, а голубые глаза были подчеркнуты черным карандашом.

— Конечно оплатил и даже больше, чем нужно было. Куда ему можно будет вернуть? — торопливо спросила я, вытаскивая телефон из кармана.

— Не стоит. Михалыч не принимает обратно то, что уже отправил, — она ухмыльнулась, осматривая картину. — Могу открыть?

Я киваю в ответ. Вдруг стало тревожно, а вдруг ей не понравится моя работа? Каждый раз боюсь услышать в свой адрес то, что получилось не так, как они хотели. Но мужчина доверился мне, зная, на что я способна.

— Боже, какая красота! — она искренне удивилась, приоткрыв рот. Разорвав полностью всю упаковку, достала картину и посмотрела на нее на неоновом свету, пребывая в полном восторге. Это я увидела по ее радостным глазам. Они никогда не врут. — Все точно будут довольны.

— Я рада, что вам нравится, — даже улыбаюсь, снимая варежки и шапку. Тут немного жарковато.

— Никита! Никита! Иди сюда! Это нужно повесить на стену, — кричит она в сторону сцены, а сама продолжает любоваться картиной. Это мне очень льстит. Теперь я окончательно убедилась в том, что не настолько безнадежна и все те реакции Нины, Лео и Адриана — от всего сердца.

— Что случилось? — из-за кулис появился высокий и симпатичный темноволосый парень, спрыгнув со сцены прямиком вниз. Футболка слегка задралась из-за этого, так что он поправил ее, а после потер шею, скривив губы. Заметив меня, его выражение лица изменилось. — Привезли картину?

— Да. Эта девушка — просто мастер своего дела. Смотри как гармонично вписывается, — она прикладывает картину к свободному месту на стене между двух других работ и встает на носочки.

— Господи. Василек, сейчас упадешь, — парень успевает ее подхватить за талию, а второй рукой придерживает тяжелую картину в рамке. Девушка только звонко смеется, в благодарность поцеловав его в щеку.

Прекрасная пара.

— Что ж, я тогда пойду, — немного замялась, понимая, что пора вернуться домой. Однозначно нужно будет отдохнуть, ноги совсем не держат.