Лия Росс – Непокорные (страница 35)

– Спасибо!

– Сам удивлен, что ты так быстро отключилась. Мне Антон сказал, что ты поругалась с Третьяковым и вы куда-то ушли. А потом он уже принес тебя в таком состоянии обратно и привез домой.

– Он сам привез меня домой? Он же был на велосипеде, – я с недоверием посмотрела на папу.

– Ему Саша привез его машину. Твой велосипед у них остался, если что.

Только не это.

Третьяков старший видел меня в таком ужасном виде.

Какой позор!

Хотя какая ему на фиг разница, была я пьяной или нет. И чем я вообще занимаюсь, ему тоже должно быть все равно. Мы друг другу никто, а у него здесь любимая невеста, так что счастья и любви я ему желаю.

– Я тут хотел у тебя спросить…

– Про что? – Встаю со стула и наливаю себе чай погорячее, так как замерзла до ужаса и мне хотелось поскорее отогреться. Ради этого затапливать печку не хотелось, поэтому я просто планировала провести сегодня целый день в кровати под одеялом.

– Что у вас с Юлианом?

Я чуть не подавилась чаем.

– В каком смысле?

– Когда он привез тебя, был обеспокоенным и даже извинился передо мной за что-то. А после сказал, что больше никогда тебя не обидит. По- этому и спрашиваю, что вообще между вами происходит. – Папа смотрел так внимательно и испытующе, что не могу не дать ему ответ. Хотя бы не совсем прямой и развернутый. Он должен знать.

– Дело в том, что мы с Юлианом многое друг другу не рассказали еще раньше и только недавно поговорили по душам, – я присела обратно за стол, не зная, какие подобрать слова. Конечно же, я не собиралась упоминать то, что мы после этого еще и целовались как сумасшедшие.

– И что за разговор?

– Я ему давно нравлюсь, и когда мы с ним перестали общаться, то именно в тот период он стал больше уделять внимания своей новой компанией. Они что-то наплели ему про меня, плюс он ревновал к Саше, вот поэтому и попросил прощения. А после он узнал, что добил меня, когда Третьяков расстался со мной прямо перед соревнованиями. В общем, все в кучу, – я вздохнула, опуская глаза в пол.

Папа помолчал. А потом как ни в чем не бывало продолжил пить чай и положил свою руку поверх моей, мягко поглаживая.

– Значит, вы не общались какое-то время. Ты даже об этом не говорила. Я не знаю, что тебе на самом деле пришлось пережить, ведь ты наверняка многое скрываешь до сих пор. Но давить я не собираюсь. Когда придет время, пообещай, что выложишь все, что у тебя на душе.

– Хорошо, – слегка улыбнувшись уголком губ, я обняла папу крепко-крепко, как в детстве.

– А по поводу Юлиана – ты решай сама, хочешь ли ты снова связываться с этой семьей, – папа нахмурился.

– Его родители прекрасные люди, а то, что натворил Саша, – это уже его проблемы. Он же приехал обратно с подружкой.

– Саша здесь? Вот как. Если увижу, голову откручу, раз не сделал этого раньше.

– Пап, не нужно. Он того не стоит. Пусть живет себе спокойно. Зная его, долго он здесь не пробудет и скоро уедет обратно в свой большой город. – Чтобы приободрить отца, я поцеловала его в щеку. Папа растаял на глазах, и его взгляд смягчился.

– Пойду собираться. Записался в поликлинику пораньше.

Я отпустила его, а сама просидела за столом еще долго, растягивая кружку чая, который почти что остыл. Интересно, как там Аня после вчерашнего? Наверняка волнуется.

Я вернулась в комнату, укутываясь в мягкий плед. Усевшись поудобнее на кровать, набрала номер подруги. Как я и предполагала, она взяла трубку почти с первого гудка, будто поджидала моего звонка.

– Егорова! Ты там живая? Что вчера произошло? – Аня чуть ли не кричала в трубку, так что я даже отодвинула телефон подальше, чтобы не оглохнуть. Но мне было приятно, что она волнуется за меня.

– Это долгая история. Скажу одно: Юлиан разозлился, что я танцевала с Филатовым. Да и во- обще в целом, что провела с ним весь вечер. – А у са- мой от этой мысли порхают бабочки в животе, понимая, насколько сильно я нравлюсь Третьякову.

– Этого и стоило ожидать от того, кто недавно признался тебе в своих многолетних чувствах.

– И то верно. Но я не думала, что будет все настолько…

– Настолько жестко? Он утащил тебя как мешок картошки. Мне как Степа сказал, что Третьяков унес тебя, я думала, что случилось что-то серьезное. Но он попросил не лезть в ваши дела и, если вы не вернетесь через полчаса, идти на ваши поиски, – подруга усмехнулась.

– Кстати, а что там с Дёминым? Смотрю, у вас прям любовь-морковь, все дела, – я решила резко сменить тему, чтобы не рассказывать во всех подробностях Ане, что вообще творил со мной Юлиан, пока мы были наедине. Это до сих пор отзывалось во мне какой-то дрожью.

– Ну…

– Говори как есть. Нет смысла скрывать от меня, ты же знаешь.

– Он мне нравится. И я ему нравлюсь. Между нами такие искры летят, что я готова просто раствориться в его объятиях!

– Даже так? Что-то подобное я и надеялась услышать, – хихикнула я ей в ответ.

Подруга шикнула на меня.

– Тебе хорошо, вокруг тебя аж два парня вьются. Так и готовы убить друг друга взглядом.

– Ну уж нет, не нужны мне разборки, – я уткнулась в подушку лицом вниз.

Трудно, когда вроде все объясняешь человеку, что между вами может быть исключительно дружба, а он все равно пытается добиться твоего внимания. Да, Филатов хорош собой, и все девчонки желают с ним познакомиться, стать ближе. Характер у него веселый, задорный, пусть, и иногда он может врубить бэд боя, да и на душе у него неспокойно из-за родителей. И только я одна знаю, насколько ему плохо на самом деле, пусть он и не хочет этого показывать. Но, кроме как друга, я в нем не вижу кого-то другого. Мне нравится, что у нас много общего, одни интересы. Но его проявление заботы порой утомляет.

Когда же это делает Юлиан – все совсем по-другому. Я будто каждый раз жду этого. Жду, когда же он посмотрит на меня своими хитрыми голубыми глазами, скажет какую-нибудь колкость или подойдет поближе, чтобы смутить намеренно, заставить чувствовать волнение из-за нашей близости.

– А вы прекрасная парочка, если глядеть со стороны. Ты извини за сравнение, но он очень похож на Сашу, только чуточку покрасивее и повыше. Удивительно, что младший брат выше старшего, так еще и поумнее будет.

– Так, давай без Саши, пожалуйста. Мне папа сказал, что он привез машину Юлиана. Я вообще не знала, что у Третьякова есть машина. – Я вновь перевернулась на спину и включила громкую связь, чтобы не давить себе на ухо экраном.

– Есть. Ты просто как-то не спрашивала.

– Когда я приходила на конюшню, он уже был на месте, и я как-то не особо глядела на парковку. А там столько автомобилей каждый день стоит, что и не запомнишь где чья.

– Он ею нечасто пользуется, Степа сказал. Предпочитает велосипед, – Анька чем-то захрустела на фоне, а я призадумалась. Он даже сейчас не изменяет своим привычкам?

Юлиан и до этого пользовался всегда исключительно велосипедом, особенно летом. Чего я еще не знала о нем? Складывалось чувство, будто он закрытая книга и выдает информацию по крупицам.

– Вот как. Бывает. Но меня взбесило, что Саша приехал.

– Да ты не переживай. Третьяков-старший даже не трогал тебя, Юлиан сам перенес тебя спящую на заднее сидение и сел рядом. Не дал брату даже смотреть в твою сторону, – Смолец загадочно хихикнула, продолжая чем-то хрустеть.

– Ты там ешь, что ли?

– Степа яблоки привез, вот ем, чего добру пропадать. – Я только молча улыбалась.

– Говоришь, не давал ему смотреть?

– Мне кажется, у них дома своих терок хватает. Сашка раздраженный весь приехал, злой. Тебя увидел, запаниковал, но Юлиан на него так посмотрел, ух, аж мурашки по коже. – Даже я встрепенулась, представив в своей голове, как это было.

– Господи. Мне еще тащиться в их дом, чтобы забрать велосипед. Надеюсь не столкнусь лицом к лицу со старшим.

– Если хочешь, могу пойти с тобой.

– Не стоит. Разберусь, если что, – тяжело выдохнув, я прикрыла глаза, надеясь на удачу.

Глава 20

Ярость

Никогда бы не подумала, что придется вновь вернуться в этот дом.

После разговора с Аней я почти сразу же собралась с мыслями, переоделась в удобную одежду, чтобы обратно на велосипеде вернуться домой. Надеюсь, мне не придется столкнуться с Сашей или его родителями, потому что я прекрасно помнила последний раз, когда мы встретились возле семейного дома.

Семен Давидович явно был не рад нашей встрече, хотя раньше он относился ко мне с любовью и пониманием, принял в свою семью, был счастлив, что я наконец вправила мозги Сашке. Но после нашего расставания изменилось многое.

Мой взгляд упал на высокие кирпичные ворота, которые сменили после того, как Саша уехал из дома. Раньше тут стоял обычный металлический заборчик с дыркой чуть подальше, о которой знали только я и Третьяковы. Через нее я могла спокойно забраться во внутренний дворик небольшого двухэтажного дома, который стал таким родным за все время дружбы с Юлианом.

Интересно, как у них поживает оранжерея? Ангелина Дмитриевна как-то ради интереса посадила маленькие кустарники с цветочками и думала, что они не прорастут даже, так как считала себя не самым лучшим садовником, посвящая все время детям и работе. Но на удивление каждый раз цветов становилось больше, и уже через три года отец семейства поставил большую оранжерею, где его жена могла посадить что угодно.

Помню, как она нам давала на первое сентября красивые букеты из роз или хризантем, миленько упакованные в прозрачную бумагу и завязанные с помощью атласных лент. Я этому радовалась, как маленькая, и даже пару раз папа просил хотя бы оплатить минимальную стоимость такого пышного букета, но Ангелина Дмитриевна отказывалась, ссылаясь на то, что ей вовсе не жалко сделать мне приятно.