Лия Романовская – Цена его обмана (страница 27)
— Ага! Очень интересно! — Артем, неизвестно откуда здесь появившийся, вырывает сумку и тянет меня за руку из здания вокзала.
— Какого черта! Ты что, за мной следишь?!
— Не слежу, а приглядываю! — наставительно протягивает он.
— Ну, конечно. Отпусти меня сейчас же, слышишь! Ты что себе позволяешь?!
— Отпущу. Вот расскажешь мне кое-что, и я тебя отпущу.
— Я сейчас закричу! Ты что творишь, совсем уже?! — зло шепчу я, а он только так же зло смеется.
— Не закричишь! Ты ментов боишься, и к тому же уже давно бы кричала, но шипишь только.
— Я шиплю?! — возмущаюсь уже громче, потому что обидно.
— Ты-ты...
Мы оказываемся на улице и теперь идем по направлению к его большой и блестящей на солнце машине.
Он довольно бесцеремонно запихивает меня в тачку, сам садится рядом, выруливает на дорогу и ехидно протягивает:
— Ну... рассказывай!
— Да что рассказывать-то? — я все еще кипячусь, и совсем не собираюсь посвящать этого нахала в свои проблемы.
— Всё!
— Угу. Хорошо. Сейчас, только шнурки поглажу. Тормози давай!
— Не дождешься! Раз уж я во все это ввязался...
— Вот именно! — шипение перерастает в ультразвук, — Ты ввязался, тебя никто не просил меня спасать!
— Серьёзно?! — Артем ведет слишком резко, мимо проносятся дома и светофоры, машина виляет из стороны в сторону, и я всерьез опасаюсь, что что-нибудь может пойти не так.
— Серьезно, — стараюсь отвечать спокойнее, — Останови, пожалуйста. Ты перегибаешь.
Он на секунду бросает на меня взгляд, будто раздумывает послушаться или нет, но продолжает ехать, лишь немного сбавив скорость.
— Придурок... — бурчу себе под нос и отворачиваюсь к кону, — Куда мы хоть едем?
— Куда-нибудь, откуда ты не сбежишь.
Резко поворачиваюсь, готовая вцепиться ему в лицо, если нужно будет... сбежать.
— Эй! Ты совсем что ли?
Мой вопль разносится по салону, подобно набату, громко и предупреждающе грозно.
— Да ладно, шучу. — примирительно поднимает руки, бросив руль, и тут же с усмешкой добавляет, — Но рассказать все равно придется.
— С какой стати?
— Я уже отвечал кажется...
— Ха! Видишь вон ту машину? — указываю в направлении автомобиля дпс.
— Ну?
— Валяй! Можешь прям сейчас сдать меня им, ну же, поступи как велит твое большое джентельменское сердце.
Провоцирую конечно, а ну как и правда сдаст. Но где-то глубоко внутри убеждена, не сдаст, не тот он человек.
— Блин! И какого бога я так разгневал, что теперь приходится нянькой и у несносной девчонки быть?
Против воли губы сами собой растягиваются в улыбку, и я спешу отвернуться, чтобы он не видел мое довольное лицо.
Чертыхается, но по голосу слышу, что тоже улыбается. Выезжаем на трассу и Артем, чтобы заглушить звук мотора, включает музыку погромче. Мимо проносятся красочные, какие-то лубочные пейзажи и вот мы уже тормозим у дорожного кафе с ёмким названием «На трассе». Почему-то мелькает мысль, что по ночам здесь наверняка пасутся проститутки всех калибров и уставшие дальнобойщики.
— Вот тут и поговорим.
Артем открывает мне дверцу, изображая из себя джентльмена, но я-то еще помню, как он запихивал меня в этот самую машину полчаса назад.
— То есть получше места для разговора ты найти конечно же не мог?
— Конечно мог. Но здесь самая вкусная шаверма в городе.
Громко вздыхаю и плетусь за ним, понимая, что он не просто так привез меня именно сюда. Шанс, что я сбегу хоть и есть, но все же гораздо меньше, чем в городе.
Садимся за побитый жизнью и посетителями стол, сейчас мы тут совсем одни. Ну кроме, разумеется, одинокой сонной официантки за барной стойкой.
Я немного опасаюсь здесь есть, но глядя на фото блюд в меню понимаю, что голодна. Да и слова Артема о вкусной шаурме вселяют некоторый оптимизм.
Артем делает девушке знак рукой, и она, увидев его, тут же приходит в боевую готовность. Взгляд приобретает осмысленность, плечи выпрямляются, живот втягивается, попа отклячивается назад, и официантка в белом передничке буквально подплывает к нам.
— Добрый день, Артем Дмитриевич... вам как всегда?
Ого! Выходит мой товарищ здесь частый гость. А может даже любимый...судя про прищуру зеленых глаз девушки с милым именем "Мила". Само имя я прочитала на бейдже.
Артем Дмитриевич кивает и указывает на меня.
— Даме тоже самое.
Девушка кивает, слегка морщась, и уходит, а мне становится до ужаса интересно, что это за неведомое «как всегда».
Сидим, молча глядя друг на друга, пока минут через пятнадцать не приносят заказ. Летний салат, по бокалу кваса и шаурму, которая оказывается правда выше всяких похвал.
— Ну, теперь можешь начинать.
— Сейчас, я прям на пять минут отойду...
Я уже поднимаюсь, чтобы свалить куда-нибудь подальше, но реакция Артема молниеносна. Он встает быстрее меня и с улыбкой обнимает за талию.
— Ты права... рядом сидеть гораздо романтичнее.
Понимаю, что сбежать не удастся, и придется видимо рассказать ему часть правды. Но голова работает туго, никак не могу сообразить с чего начать и что «упустить» из виду. Артем усаживает меня рядом с собой и это и правда выглядит слишком романтично, будто мы влюблённая парочка.
Я долго собираюсь со словами и наконец начинаю.
— У меня был брат... ну как брат, считай, что никто. В смысле не родной, но как родной. Мы вместе росли...
Про Валерку я рассказываю долго и обстоятельно, вспоминая все наши шалости, его доброту ко мне и любовь к родителям. Будто пытаюсь показать его с лучшей стороны. Про дом и бандитов упоминаю вскользь, без душераздирающих подробностей. Про соседа упоминаю тоже зачем-то и мне кажется, что в этот момент Артем чуть напрягается. Но скорее всего, конечно, кажется. Про крестик молчу вовсе. Про Илона не говорю ни слова, будто его и не было никогда. Потому что Илон это что-то личное что ли, будто, между нами, что-то было. Точнее есть. Про Лику и последние события рассказываю подробно, вновь и вновь уводя речь от Маски.
Когда я заканчиваю Артем молчит недолго и потом спрашивает:
— Почему ты решила, что ищешь в нужном направлении?
Хм... почему решила? Да потому что у меня других вариантов и не было.
— А почему ты решил, что нужно искать как-то по-другому? И самое главное — что искать-то вообще? Валерка давно мертв, зачем я тут?
Артем вдруг резко встает с места, протягивает мне пакет с вещами брата и с видом героя крутого боевика произносит:
— Разберемся.
— Конечно... — бурчу я себе под нос, набирая в это время телефон Лены, жены Миши Панина.