Лия Ришар – (Не)желанная. Я тебя не отпущу (страница 6)

— Нет, — выдыхаю я. — Кончено, нет.

— Что значит нет, Вероника? — хмурит темные брови отец. — Брак нужно закрепить. Это выгодно. Ты должна родить от Раевского ребенка.

Во мне все переворачивается. Я не могу понять, как можно рожать детей ради выгоды. Разве это нормально?

— Ты слышала? — интересуется отец.

Я медленно киваю.

— Вот и хорошо, — он опять улыбается, заботливо поправляет мои волосы и здоровается со своими знакомыми. — Соблазни его. — Снова смотрит на меня. Серьезно, пристально. — Поняла?

— Но я… не могу, — мне даже не по себе становится.

— Чего сложного? — устало вздыхает отец. — Ноги раздвинула и залетела. Ты должна вцепиться в него и не отпускать. У него даже мысли о разводе не должно возникнуть. Контракт надо сделать бесконечным.

— Пожалуйста, не заставляй меня этого делать, — сглотнув тяжёлый ком в горле, прошу я.

— Принеси пользу, — приблизившись ко мне, сквозь зубы говорит отец. — Хоть раз, блять, принеси мне пользу. Потерпишь немного, не развалишься. Зато потом до конца жизни будем в шоколаде.

Ноги подкашиваются. Я еле стою. Все еще не верю, что он действительно просит меня забеременеть от чужого человека. У меня даже голова начинает кружиться.

На талию ложатся крепкие ладони. Я чувствую спиной тепло мужского тела и почему-то сразу понимаю, что это Вадим. Мне становится легче. Это необъяснимо. Я просто чувствую это.

— Разговор отца с дочкой? — слышу над ухом любезно-насмешливый голос. — Помешал?

— Ну что ты, Вадим, — расплывается в улыбке отец. — Как раз говорили о том, как моей Веронике повезло с мужем.

— Что ж, спасибо, — отзывается Раевский.

— Я вас оставлю, — все еще улыбаясь, отец многозначительно смотрит мне в глаза и снова переключает внимание на Вадима. — С нетерпением жду презентации. Прекрасно, что следующая будет совместной.

— Прекрасно, — соглашается Раевский.

Отец уходит. Я провожаю его спину, обтянутую черным пиджаком, застывшим взглядом. Кажется, даже не дышу.

— Все в порядке? — Вадим склоняется ко мне, слегка царапая щетиной мою щеку.

— Да, — сипло отвечаю я.

— Ты напряжена, — отмечает он.

— Так бывает, — мямлю я. — Сейчас пройдет.

— Пойдешь к сестрам? — интересуется Раевский.

Он все еще обнимает меня и даже не думает отстраняться. Его щека касается моей. Мужской аромат заполняет все пространство. Волнует, плавит мысли в голове.

— Да, — киваю я. — Отпусти, пожалуйста.

Вадим отстраняется. И я торопливо шагаю к Лере и Марине, которые взволнованы так же, как и я. Наверняка видели, что я разговаривала с отцом.

Обняв сестер, я едва сдерживаю слезы. Еще совсем не привыкла жить отдельно от девчонок.

— На тебе лица нет, — отмечает Марина, бегая обеспокоенным взглядом по моему лицу. — Что с тобой?

— Секунду, — я беру со столика кристально-чистый бокал с водой и осушаю его до дна.

— Ника, — впивается в меня нетерпеливым взглядом Лера. — Говори уже. Что случилось?

— Папа хочет, чтобы я родила ребенка от Вадима, — признаюсь я. И лица сестер изумлённо вытягиваются. — А я не хочу! Я думала, брак действительно будет фиктивным! Я ведь совсем не знаю собственного мужа, как я буду с ним… Боже, у меня нет слов…

— Да уж, папа опять на приколе, — вздыхает Лера.

— Это ужасно, — добавляет Марина, постукивая пальчиком по подбородку.

— Слушай, но тебе ведь не обязательно с ним спать, — заглядывает мне в глаза Лера. — Забей, Черника.

— Действительно, — кивает Марина. — Отец не сможет узнать что у вас и как. Просто скажешь ему, что не получается зачать.

Я задумчиво смотрю в сторону. Перед глазами плывут блики и лица. Но я ничего не вижу.

Возможно, девочки правы. Папа все равно не узнает правды. Не все могут забеременеть так сразу. Я не стану спать с чужим человеком. Не стану и точка!

— Да расслабься ты! — обнимает меня за плечо Лера. — Расскажи лучше, как тебе новый дом? Ты позовешь нас в гости?

— Дай ты ей прийти в себя, — закатывает глаза Марина. — Потом уже вопросами будешь сыпать.

Лера корчит ей рожицу, прикрывшись ладошкой.

— А вообще знаешь, — говорит она, когда я окончательно прихожу в себя, — возможно сейчас тебе повезло даже больше, чем нам.

— Мне? — удивлённо усмехаюсь я. — Повезло?

— Ну да, — кивает сестра. — Кажется, муж тебе попался адекватный. А нам так и придется куковать с отцом.

— Ага, если тоже не решит выдать нас замуж, — бурчит Марина. — Я тогда точно с ума сойду.

— И я, — смеется Лера. — Или вообще сбегу. Построю в лесу шалаш и буду жить там.

Посмеиваясь, мы подбадриваем друг друга. Шутки и беззаботные разговоры всегда нас выручали. Иначе совсем было бы плохо. Поддержка сестер мне нужна, как воздух.

— А может ты подумаешь насчет деток? — хмыкает Лера, наблюдая за Раевским — в этот момент он вальяжно проходит на мини-сцену. — Папаша, что надо. Такой генофонд упускать нельзя. А задница, задница какая…

— Замолчи, — смеюсь я, закатывая глаза.

Но Вадима все-таки окидываю своим взглядом. Походка плавная, уверенная. Двигается, как хищник. И взгляд такой же — цепкий, умный. Своего не упустит и все заметит.

По-мужски он красив. Лицо с точеными скулами, брови вразлет, аккуратная щетина. Черты лица правильные, но немного резкие. И глаза… цвета чёрного чая… что смотрят прямо на меня.

Похоже, я слишком долго на него пялилась. Надеюсь, Вадим не расценит это, как знак. Потому что я совершенно не готова быть его настоящей женой!

Девчонки правы — я просто скажу отцу, что у нас не получается. С этим он точно ничего не сможет сделать. Позлится и отстанет.

Глава 7

С презентации я уезжаю в более менее нормальном расположении духа. Общение с сестрами вернуло меня в колею. Эти два дня мне не хватало их поддержки.

— Отношения с сестрами у тебя хорошие, — отмечает Вадим.

Он сидит рядом со мной, расслабленно раскинувшись на заднем сидении машины.

— Хорошие, — улыбаюсь я.

— Замечательно, — отзывается Раевский.

— А у тебя есть братья или сестры? — вдруг интересуюсь я, скользнув взглядом по задумчивому профилю мужчины.

— Я один в семье, — отвечает Вадим.

— И никогда не мечтал о брате или сестре? — снова спрашиваю я.

— Нет, — цокнув языком, он беззаботно улыбается. — Никогда. Не люблю делиться.

— Чем делиться? Любовью родителей? — осторожно уточняю я

— В целом, не люблю, — пожимает плечами Раевский. — Свое не отдам. Будь то любовь родителей или что-то другое.

— Звучит эгоистично, — отмечаю я.