Лия Морро – Развод. Я обречена быть счастливой (страница 8)

Я поняла, что действительно улыбалась своим глупым мыслям.

Но мне нравилась ответная улыбка Саши. Она была очень тёплой и доброй, а мне сейчас отчаянно не хватало именно этого.

– И ты правда станешь помогать? – скрыть надежду из голоса я не смогла.

Мужчина очень серьёзно посмотрел мне в глаза.

– Не вижу причин бросать тебя в беде.

Я неопределённо пожала плечами и опустила взгляд.

Странно это. Что не я одна буду сражаться с целым миром, как обычно. Странно, что кто-то решил мне помочь.

– У тебя всё официально? Зарегистрированная организация? – включив профессионала, начал спрашивал Александр.

– Да, – я даже кивнула в подтверждение и подняла на него взгляд.

– Хорошо, – он тоже кивнул. – Ты вышла замуж раньше или позже, чем всё зарегистрировала?

Я растерянно моргнула и честно сказала:

– Не знаю... Мы точно уже встречались с мужем. Но я не помню, были ли мы уже женаты...

– Надо посмотреть документы, – подсказал Саша.

Видя охвативший меня на несколько секунд страх, он ободряюще посмотрел в мои глаза, протянул руку и сжал мою ладонь.

От этого простого действия по моей коже скользнула волна тепла. Как будто кто-то укутал меня пушистым мягким одеялом.

Так удивительно. И всё же очень странно! Не помню, когда меня в последний раз кто-то поддерживал.

Так уж вышло, что во взрослую жизнь я пришла без подруг. И завести новых так и не удалось.

Если честно, оглядываясь сейчас назад, я серьёзно подозревала, что причиной тому был Антон.

Он часто говорил, что настоящие друзья – это муж и жена. Что нам никто другой не нужен. Правда, у него самого была пара друзей, но он говорил, что это совсем другое. Потому что эти люди с ним с детства, а у меня таких верных приятелей не было.

А если мне удавалось подружиться с какой-нибудь женщиной, Антон активно рассказывал про неё гадости. Что она странная, сомнительная и ненадёжная. Ей нельзя доверять. Она не желает мне добра.

Муж делал всё это так убедительно, что я безоговорочно верила ему.

Почему мои глаза начали открываться только сейчас?

Может, потому, что я только сейчас увидела, что можно по-другому?

Александр одним своим существованием показал, что есть другие мужчины. И поэтому я начала ставить под сомнения все слова и действия своего пока ещё мужа.

– Здесь не все документы, – медленно проговорила я, переживая разрушение всей своей жизни. – Часть в городе, в квартире.

Я не стала добавлять, кто ещё был в той квартире. Хорошо, что Саша был понятливым и просто кивнул, когда наши взгляды встретились.

– Не подписывай пока никакие документы, – посоветовал он тихо и серьёзно. – Надо во всём разобраться.

Я кивнула, ещё раз и ещё... Перед глазами всё вновь размылось, а под веками больно защипало.

– Не переживай, – если бы Саша сам по-мужски грубовато не притянул меня к себе, обняв за плечи и прижав к своей груди, я бы точно не стала снова падать в его тёплые утешительные объятия. А так я просто не стала вырываться. – Всё будет нормально. Я всё решу.

Странный смешок вырвался из моей груди и тут же превратился во всхлип.

Сколько раз я видела записи в Интернете про это мужское «Я всё решу», но впервые услышала его сама. Теперь я понимаю всех этих Настоящих Женщин из сети, которые призывают не размениваться на мудаков и принимать в свою жизнь только настоящих мужчин.

Настоящий мужчина – это роскошь.

Стараясь успокоиться, я украдкой вытерла глаза и напомнила:

– Ты собирался рассказать о своей жизненной трагедии.

Глава 9

– Верно, – Саша хмыкнул, из-за чего дёрнулась его грудь и я.

Только усмешка совсем не показалась мне весёлой. Скорее наоборот. Мрачной какой-то.

Мужчина осторожно откинулся спиной на спинку дивана, увлекая меня за собой.

Мне снова стало неловко. Мы едва знакомы, а я тут рыдаю у него на груди... Но до него никто никогда не позволял мне вот так плакать.

Обычно, если кто-то видел мои слёзы, мне говорили успокоиться и быть сильной. А Антон и вовсе или уходил, или ругался, что я опять болото развела.

Так что я научилась плакать в тишине и одиночестве по паре минут. Чтобы никто не видел и не говорил мне, какой сильной я должна быть.

Александр Иридов стал чудом из чудес. Не знаю, кто подбросил его в мою жизнь, но я была искренне благодарна за одно только его появление.

Вот и сейчас, когда я попыталась неловко выбраться из объятий, которые считала не совсем допустимыми, Саша положил широкую ладонь мне на голову и притянул обратно к своей груди.

– Женщина, я тут собираюсь душу изливать, – с наигранной суровостью укорил он меня.

Я неловко хихикнула, но решила не настаивать на своём. Когда ещё кто-нибудь позволит мне вот так лежать на нём и портить рубашку слезами?

К тому же, вряд ли я второй раз встречу столь шикарного мужчину, как этот. Чтобы и внешне роскошный, и внутренне – просто мечта.

Вот только от нервов у меня в конец промёрзли ноги. Ступни и пальцы замерзали даже сквозь плотную и тёплую ткань колготок. Да, колготок. Зима и морозы на дворе, поэтому каждая уважающая себя женщина убрала носки в дальний ящик.

Я поёрзала на Александре, удобнее устраиваясь частично на нём, частично на диване. Я попыталась убрать ступни под попу, но так было неудобно... поэтому я обнаглела в конец и запихнула пальцы между диваном и ногой мужчины.

– Замёрзла? – запоздало догадался он. – Я разожгу камин.

Божечки... правда? Для меня?

– Да не нужно, – вяло запротестовала я.

К счастью, меня уже не слушали.

Александр осторожно поднялся, полностью пересадив меня на диван, и отошёл к камину. Присев перед ним на корточки, он уверенно переложил несколько поленьев из металлического держателя в углубление. Ещё с одного содрал кору, уложил между дровами и поджёг.

Пара минут – и комната наполнилась лёгким вкусным запахом дыма, отсветами огня и занимающимся треском древесины.

Я удивилась, как быстро и ловко Саша справился. Я бы точно минут десять возилась, а то и дольше.

Мужчина вернулся к дивану и беззлобно улыбнулся, когда я посторонилась и пододвинула свой плед, позволяя ему сесть на прежнее место.

А когда Саша устроился, я уже сама, полностью осознанно прильнула к нему и вновь устроилась у него на груди.

– Прости мне мою бестактность, – попросила я тихонько, понимая, что буду корить себя за такую невоспитанность ещё пару десятков лет.

– Не за что просить прощения, – успокаивающе заверил он, вновь начиная гладить меня по голове и спине, из-за чего было так... хорошо! Вот просто хорошо.

Боже, пусть эта ночь никогда не заканчивается!

– Я готова слушать, – вежливо сообщила я.

Саша ещё раз провёл ладонью по моей спине и, помедлив, всё же сказал:

– Моя жена два года спала с моим лучшим другом.

Я резко шумно вдохнула и замерла, не дыша.

Боже... А я ещё думала, что у меня самая незавидная судьба.