Лия Джей – Секретный ингредиент Маргариты (страница 26)
Но в этот раз я точно знаю, куда идти. Там я чувствую тепло. Шестое чувство подсказывает мне, какие среди всех этих искорок настоящие. Те, что блестят в глазах Воронцова. Пытаясь их сосчитать, я смотрю на Пашу, пожалуй, слишком долго. Он не отводит взгляда. Вдалеке поет скрипка. Смычок напряженно скользит по струнам, но ощущение будто по моих ребрам. Кажется, вот-вот Паша встанет, опрокинув стол, и поцелует меня. Преграды исчезнут, лабиринт падет, и только кристаллики разбитых зеркал зависнут в воздухе, отражая свет, льющийся от нас двоих.
Мне это только кажется. А когда кажется, надо вспоминать слова песни великой Ланочки Дель Рей: «I need money, power, glory». Мне нужны деньги, власть и слава. И больше ничего. Воронцов с проблемами, которые он принес в мою жизнь, в этот список не входит.
— На самом деле тут очень вкусные коктейли. Ты обязана попробовать. — Воронцов постукивает пальцами по стеклянному циферблату.
— Спаиваешь меня?
— Балую, чтобы потом побаловаться. — Пашка поигрывает бровями, и я прыскаю.
— И не надейся, Воронцов! Спать я с тобой не буду.
— Не зарекайся, дорогая.
Он поправляет ворот рубашки. Цепочки звенят, кадык дергается, и я невольно сглатываю. Да какого черта он такой красивый⁈
— Я тебя на дух не переношу, понял? Ты манипулятор, Воронцов.
— Ну почему сразу манипулятор? Я предложил сделку, ты согласилась. Все честно.
Я наклоняюсь вперед, облокачиваясь на зеркальную поверхность стола. Уверена, мое декольте сейчас выглядит просто сногсшибательно.
— Не переживай, дорогой, пройдет две недели, и мы с тобой вполне по-честному «расстанемся». — Я рисую в воздухе кавычки.
Пашка лишь неопределенно ведет бровью в ответ. Пусть только попробует не удалить видео!
Официант ставит на стол две тарелки с паэльей, греческий салат, мой коктейль и Пашкин безалкогольный мохито. Как же грустно, наверное, быть водителем.
— Десерты подать позже, верно?
Паша кивает, и парень в белых перчатках тут же исчезает. Поменять меню и узнать, сколько я буду должна Воронцову за этот вечер в Эдеме, мне так и не удается.
— Ты серьезно заказал салат из помидоров и огурцов?
Я скептически поглядываю на ярусную подставку, покрытую фигурными ломтиками овощей. М-да, высокая кухня.
— Это другое. — Пашке не хватает еще протянуть «заюш». — Там же фета, оливки, болгарский перец… — Он пробует салат и разочарованно поджимает губы. — Фигня. Я у нас в России еще ни разу нормальных оливок не пробовал. Вот в Греции…
— Вот в Греции! — Я манерно взмахиваю вилкой, передразнивая его. — Летаю туда каждые выходные, чисто чтобы поесть салатик.
— Нет, мы там последний раз три года назад были. Снимали апартаменты на Корфу. Классное время было. Утром пробежка по оливковой роще. Днем пляж, инжир и разбавленное вино. Вечером семейный ужин в таверне под шум прибоя. — Паша прокручивает на руке часы. — Потом коронавирус этот, спецоперация… А потом родители развелись.
Я роняю с вилки креветку.
— Давно?
— В прошлом году. — Паша откладывает приборы. — Я сначала с мамой жил, но потом она привела в квартиру свою новую любовь, и я к отцу перебрался. Вуз сменил. До этого на китайском учился. Понял, что не мое. Русская филология мне ближе.
— Будешь преподом по русскому?
— Нет, мне литература больше нравится. — Паша долго смотрит на сцену, затем добавляет: — Драматургия, если быть точнее.
Что ж, он будет тем самым молодым учителем, чья попа будет вечно облеплена фирменными брюками и плотоядными взглядами старшеклассниц. Хотя, ладно, кого я обманываю? Отец, дающий сыну такие суммы на карманные расходы, что тот может позволить себе снять весь ресторан на 99 этаже в Москве-Сити и пригласить туда камерный оркестр, вряд ли отправит свое чадо работать в школу.
— Попробуй коктейль. — Паша придвигает ко мне бокал.
— Я не буду.
— Марго, тебе объективно не идет быть трезвой.
— Я не буду, потому что там оливка. Кто вообще придумал украшать «Маргариту» оливками? Я думала, только у нас в «Абсенте» так делают. Издевательство какое! Тут должен быть лайм! — Я вздергиваю верхнюю губу и двумя пальцами вытаскиваю шпажку из коктейля. — Как истинная Маргарита заявляю: это извращение! Увижу еще одну «Маргариту» с оливкой, выкину в окно! Прямо отсюда с 99 этажа!
— Огонь по своим, Марго. Так-то ты тоже Маргарита с оливками.
— Что? Типа с маленькой грудью?
Я обиженно щурюсь. Пашка смеется.
— Нет, у тебя отличная грудь. Очень красивая, — он уверительно кивает. Еще бы! Насмотрелся на меня в боди в клубе. — Я имел в виду цвет глаз. Они же оливковые.
Я отодвигаю паэлью, наклоняюсь к столу и смотрю на свое отражение. Тем временем рука Воронцова проскальзывает у меня над макушкой, хватает мой хвост и слегка дергает. Да что ж его так и тянет к моим волосам?
— Ой, не мути воду, Воронцов! «Маргариту» я твою все равно не буду!
— Так это не моя, — Паша пожимает плечами. — Сам я так не сделаю. Сколько дома коктейль ни мешал, как тут, никогда не получается. В этой есть какой-то секретный ингредиент. Никак не могу его разгадать… Правда очень вкусно. Пей давай!
— Я не буду пить эту бурду! Там была оливка. Не люблю оливки.
— Так вот в чем дело! Ты вообще их не ешь? — он округляет глаза. — Это же самое вкусное, что есть в мире! Почему тебе не нравится?
— Не знаю, я никогда не пробовала.
Паша складывает руки на груди и сверлит меня пристальным взглядом.
— Я не отделаюсь, да?
Воронцов кивает. Еще бы! Ладно, это не должно быть хуже Викиной стряпни. А ее я ела и осталась жива. Попробую. С тяжелым вздохом я подношу к губам шпажку и аккуратно облизываю скользкую зеленую штуковину.
— Паш, меня сейчас стошнит!
— Не переживай, я подержу тебе волосы.
Я говорила, у него особая тяга к моим волосам!
Собравшись с духом я все же откусываю кусочек оливки. Кривясь, жую и понимаю, что это…
— Не так уж и плохо!
Я делаю глоток коктейля. Пашка прав, он отличается от нашего в «Абсенте», но, чем именно, я понять не могу.
— А ты мне не верила, значит, да?
— Я не верила оливкам. Я просто по натуре такая. — Я втыкаю шпажку в фету. — Недоверчивая.
— Я тоже раньше таким был. В любовь не верил, представляешь?
Я бросаю взгляд на Воронцова и вдруг закашливаюсь. Дурацкая оливка! Хватаю коктейль, но он лишь сильнее обжигает горло. Встаю из-за стола, собираясь отправиться в туалет, и тут… О, да, вижу чертов пол! Голова кружится, черные стены давят на виски, и мне кажется, что стекла под ногами уже нет. Я парю в облаках? Нет, я падаю в бездну.
Чьи-то руки. Сладкий запах. Все-таки Воронцов пахнет шоколадом. Где-то вдалеке слышится Nothing Else Matters. Как Паша и обещал, оркестр сыграл Металлику. Ну все, теперь и помирать можно. «Северное сияние» под потолком гаснет. Фееричный аккорд, и я теряю сознание.
Записка королевы Виктории №1
Я вот все думаю, что со мной не так?
Поставила в духовку пирог с кокосовой стружкой, чтобы поднять себе настроение. К черту диету! Один раз живем. Сижу теперь в позе лотоса, слушаю медитацию, дышу «всем телом, пропуская через себя энергию Вселенной», как говорит этот чертов блогер, а успокоиться все никак не могу.
За стеной вопят Давид с Рустамом. Похоже, опять запускают хомячка на радиоуправляемом вертолетике. Бедное животные. Мы с Лейлой ему даже имя не дали. Все равно продержится он недолго. На прошлой неделе эти малолетние засранцы трех в шкаф впечатали. Но все же это лучше, чем если бы они постоянно бегали ко мне и просили проверить домашку. Давид с Рустамом в этом году пошли в школу, и ответственность подтягивать их по учебе легла на мои плечи. Старшая дочь, а как же! Точнее не подтягивать, а тянуть их с неистовой силой, как бурлаки баржу. Сижу с ними целыми днями, решаю примеры типа «1+1», и даже там они умудряются лажать! Все свободное время уходит на этих балбесов.
Лейла нифига не помогает. То испанский свой учит, то салфеточки вяжет. Снимает туториалы на YouTube, свято веря, что ее вязание нужно кому-то кроме одиноких пенсионерок.
Недавно ей, правда, написал какой-то мужик, предложил наладить продажи за границей. Я была в шоке. Теперь она в свои шестнадцать успешный предприниматель.
А я все еще Вика. Да, просто Вика.
КОРОЛЕВА ВИКТОРИЯ! *криво нарисованная корона и пара сердечек*
Надо напоминать себе об этом почаще. Я ведь шикарна! Глаза красивые. Обычные карие, правда, но все же красивые. Бабушка говорит, как у олененка. Нос с горбинкой, ну а что поделаешь, если у тебя грузины в роду? Зато волосы густые, лоснящиеся, как обжаренный в масле каштан. Это тоже бабушкины слова. Я бы такое идиотское сравнение не придумала.