Лия Альман – Где рождается свет (страница 39)

Вдруг одна из фигур отделилась. Женщина преклонного возраста в широком балахоне. Она вышла чуть вперед, поклонилась и улетела.

— Что это значит? — Бруно подошел и встал рядом, с опаской поглядывая на бестелесную свиту.

— Откуда мне знать? — огрызнулась Агнесса.

— Мне кажется, посвящение в наследницы начало сказываться на твоем настроении, — также недовольно ответил Бруно.

— Прости. Просто я волнуюсь и не понимаю, что происходит, — она повернулась и серьезно посмотрела в глаза. — Со мной не будет, как с Дианой. Правда.

— Я знаю, любовь моя. Просто помни, что я на твоей стороне, — ободряюще улыбнулся Бруно. Агнесса ответила ему коротким поцелуем, щеки снова залил легкий румянец.

— Смотри!

Она проследила за взглядом Бруно и увидела две белые фигуры.

— Эрита! Я так рада тебя видеть!

Девушка тоже улыбалась. Казалось, они кинулись бы обниматься, если бы могли.

— Значит, вы привели ее? — обратилась Агнесса к женщине в балахоне и почтительно поклонилась. — Спасибо.

Обычный жест уважения почему-то вызвал испуг у призрака. Женщина отлетела дальше, упала на колени и принялась неистово кланяться. Агнесса совершенно растерялась и беспомощно смотрела то на Бруно, такого же удивленного, то на Эриту, то на несчастное привидение.

— Что случилось? Я как-то ее обидела?

— И что же за сила в тебе, что Тень тебе кланяется? Не иначе, как забрала у Дианы мой амулет?

Агнесса резко обернулась. Белая госпожа стояла в десяти шагах. Позади нее журавлиным клином выстроились Хранители. Много Хранителей. Призраки расступились по обе стороны и застыли ледяными статуями.

— Я тебя недооценила. Вообще-то из нас с тобой могла получиться хорошая команда. Жаль, что вы все выбираете дурацкую любовь. — Губы Смерти искривила усмешка. — Теперь придется вас уничтожить.

***

Диана открыла глаза через пару минут — точнее, ей так показалось — но находилась уже в другом месте. Когда вуаль спала, взгляду открылся темно-оранжевый, покрытый языками пламени, коридор. В узкий проход едва можно было бы втиснуться вдвоем. Диана поднесла руку — горячо. Вокруг коридора куполом плескалась вода.

— Что это? — спросила Диана, указывая на все вместе.

— Огонь и вода, как символы Жизни и Смерти. Одно не может быть без другого, — терпеливо пояснила Марга.

— Но как вода может бежать прямо поверх огня? Против всякой логики.

— Ты забываешь, где мы. Здесь есть только логика Мироздания.

— Ерунда какая-то, — фыркнула Диана. — И что мне дальше делать?

Марга лишь указала в направлении огненного коридора.

— Что?! Я должна сгореть?! Я понимаю, что мне не выжить, но сгореть…

— Ты не сгоришь. Помни, о чем мы говорили: твоя сила в слабости. Не пытайся укротить стихию. И помни про браслеты.

Диана не хотела слушать философский бред. Какая сила? Какая слабость? Ее посылают прямо в пламя!

— Стоп! Как я найду нингё, если сгорю?

— Этот огонь не способен тебя уничтожить, хоть и будет казаться обратное. Амулет тебя защищает. Запомни! — на лице Марги отразилась тревога. Даже страх. — Не отдавай амулет! Что бы ни произошло! Нингё будет лезть в твои мысли, путать и обманывать. Не поддавайся ей. Не позволяй хозяйничать в твоем сознании. Держи кинжал при себе. От него зависит теперь не только твоя судьба, но и всего загробного мира.

— Не слишком ли много ты возлагаешь на меня? — с усмешкой спросила Диана. Ей казалось, что Марга преувеличивает.

— Когда-то я пожертвовала всем, чтобы отдать тебе кровь. Пришло время отплатить тем же, — серьезно напомнила бывшая русалка.

— Удар ниже пояса.

— Все, Диана. Больше мне нечем тебе помочь. Дальше сама. Ищи нингё, помни про браслеты и ни за что не отдавай амулет.

Марга попятилась назад, и не успела Диана моргнуть, как та растворилась в пучине. На месте, где только что стояла русалка, шевелились волны. Они бурлили, сдавливали и толкали Диану прямо в огненную пасть.

— Черт возьми! Кажется, я нашла врата в ад.

Она покрепче сжала амулет и шагнула в коридор. Волны тут же сомкнулись за спиной, а кожу обожгло. Диана громко втянула воздух сквозь зубы. Пройти такой путь и умереть почти у цели. Как глупо и обидно! От жара на лбу выступила испарина. Капли были такими горячими, будто это не пот, а плавящаяся пластмасса. Через силу Диана сделала несколько шагов. Горячий воздух туманил разум. Мысли обжигали подобно языкам пламени. Самые угнетающие воспоминания больно кусали и впрыскивали яд отчаяния.

«Я заслужила. Я убила ту девушку. С чего бы ей хотеть бросаться под колеса? Кто хочет умирать таким молодым?» — грызло раскаяние.

Шаг. Еще шаг. Переставлять ноги становилось тяжелее.

«И Максу я жизнь испортила. Он сам сказал, ему не нашлось места среди живых. А я лишила его бессмертия. Эгоистка», — вторило чувство вины.

Ноги подкашивались. Почему-то хотелось спать. Странно, обычно спать хочется, когда человек замерзает, а не горит в пламени.

«Конечно! Много ты знаешь! Строишь из себя умную и независимую. Кого ты пытаешься обмануть? Ты глупа и инфантильна, как твоя мать», — противно пищали сомнения.

Диана остановилась, попыталась отдышаться и почувствовала, как качается. Каждый вдох обжигал горло и причинял боль. Волосы противно липли к лицу. Она подняла руку, чтобы убрать их, и услышала перезвон.

«Нужно идти дальше. Ты сильнее, чем думаешь. Помнишь? Слова Амина. А он всегда был самым мудрым из нас», — проснулся в голове другой голос, намного приятнее.

Диана собрала волю в кулак и сделала еще несколько шагов.

«Не оглядывайся! Нужно идти вперед», — снова отозвался голос. Он казался Диане смутно знакомым, но никак не получалось вспомнить, кому он принадлежал.

«Конечно, назад пути нет! Ты же сама уничтожила себя. Но можно остановиться и позволить огню сожрать тебя».

Диана снова тряхнула рукой. Перезвон. Как удивительно, браслеты из металла, но совсем не обжигают.

«Потому что в них много хороших воспоминаний. Они были на тебе в день знакомства с Максом. Какая волшебная история любви случилась!»

«Волшебная, да только пить кровь и становиться смертным он не спешил. Забыла?»

«Но выпил. И потом было двадцать лет счастья!»

«А теперь ты так бездарно потеряла мужа! Такая же дура, как мать!»

«Мама любила, как могла. И она раскаялась. Ее любовь всегда будет со мной. Как и память о Сильвии. И Макс! Я знаю, что он со мной. Даже если не рядом».

Диана продолжала идти, встряхивая рукой на каждом шаге. С перезвоном браслетов дурные мысли слабели, пока, наконец, она не поняла: это ее собственный голос. Ее настоящей, не захваченной Смертью. Ее живой.

В конце концов, коридор кончился, и Диана упала в темную пустоту…

Часть 2.

Агнесса невольно вздрогнула. Увидеть Смерть в ее собственном мире — что может быть более предсказуемым? И все же встреча оказалась неожиданной. Следовало быть осторожнее. Вероятно, честь, оказанная русалками, немного вскружила голову. Как бы там ни было, урок получен. Но как выкрутиться из ситуации — непонятно.

Агнесса посмотрела на Бруно. Своей бледностью он мог бы соперничать с самой Смертью. Его рука плотно прижималась к карману: там лежал камень с душой, и Бруно явно за него боялся. Как и за Агнессу. Незаметно, шаг за шагом он выступал вперед и загораживал собой любимую. Душа больно сжалась от понимания, что Бруно готов жертвовать собой ради ее защиты.

— Вы носитесь со своими чувствами, — продолжала Смерть, — и совершенно не думаете, чего они вам стоят. Вы становитесь уязвимы и….

Уязвимы! Дальше слова слились в монотонный звук. Пока Смерть показывала свое красноречие, Агнесса нашла взглядом Эриту и позвала ее жестом, как можно незаметнее.

— Мне нужна душа Амаранты. Можешь ее принести?

Отрицание.

— А отвести нас туда?

Согласие.

— Тогда веди, — сквозь зубы процедила Агнесса. — Но осторожно, чтобы они тебя не видели. Поняла?

Чтобы не вызывать подозрений, Агнесса едва шевелила губами. Она даже опасалась, что Эрита не разберет ее слов. Но легкое, прохладное касание руки дало понять, что просьба услышана. И действительно, вскоре призрак мелькнул за спинами Хранителей.