Лив Константин – Незнакомка в зеркале (страница 21)

Хейли сжимает мою руку.

– Как ты? – шепчет она.

Сжимаю ее руку в ответ, но не произношу ни слова.

Джулиан протягивает руку Эду:

– Я Джулиан Хантер. А вы?

– Эд Гордон. Последние два года Эддисон прожила у нас с женой. Так вы говорите, что вы ее муж. У вас есть доказательства?

Джулиан кивает:

– Конечно. Но не при себе. Я понятия не имел, что найду Кассандру здесь. Но у меня есть фотографии.

Он протягивает Эду телефон, тот, нахмурившись, просматривает фото, затем возвращает телефон:

– Думаю, для начала достаточно. Где вы живете?

– В Бостоне, – ровным тоном отвечает Джулиан.

– Как вы нашли ее? – спрашивает Эд.

Теперь они говорят так, будто меня здесь нет.

– Пожалуйста, хватит. Простите меня все. Я сейчас не могу. Мне нужно время.

Я поднимаюсь и смотрю на Джиджи:

– Прошу тебя, отвези меня домой.

– Кассандра… – говорит Джулиан и идет ко мне.

– Не надо звать меня этим именем! Я вас не знаю. Я не могу… Просто дайте мне минуту.

Эд встает между нами, не давая Джулиану подойти ближе.

– Предлагаю вам съездить домой и взять документы, чтобы подтвердить свои слова. Возвращайтесь через день или два, и мы все обсудим. Не стоит вываливать на нее все сразу.

Джулиан пронзает его взглядом, затем вздыхает:

– Понимаю. Но и вы поймите, как тяжело уходить, когда я так долго ее искал. У нас общий ребенок, жизнь.

Эд поднимает руку:

– Знаю, знаю. Только на пару дней.

Он достает карточку и что-то на ней царапает.

– Вот наш адрес.

Наконец Джулиан смотрит на Гэбриела:

– Кем вы приходитесь моей жене?

Гэбриел стоит, выпятив подбородок и сощурив глаза:

– Ее женихом.

Мужчины мысленно оценивают друг друга, а мне кажется, что мое сердце сейчас разобьется на тысячу осколков. Я хочу обнять Гэбриела и сказать, что все уладится, что я люблю его и он мне нужен. Но я смотрю на фотографию девочки, и у меня в горле встает ком.

– Джулиан, – говорю я, и мне так странно произносить это имя, – с Валентиной все хорошо?

Он печально смотрит на меня:

– Она по тебе ужасно скучает. Но с ней все в порядке. Я делаю все, что могу. Она будет счастлива, что мама вернулась домой.

Моя рука инстинктивно тянется к животу, но тут я вспоминаю, что он сказал про суррогатную мать. Даже если так, что заставило меня забыть, что у меня есть ребенок? Трудно поверить, но, похоже, это правда. И снова задаю себе вопрос: что я за человек? Какая мать бросит своего ребенка?

– Поговорим позже, – отвечаю я Джулиану.

Беру под руку Джиджи, и мы выходим из комнаты и из галереи. Смотрю прямо перед собой, не в силах встретиться глазами ни с Гэбриелом, ни с его родными. Как бы им ни было больно из-за меня, я не могу сейчас сосредоточиться на них. Я должна найти путь назад, в прежнюю жизнь, и выяснить наконец, от чего бежала.

28. Эддисон

Джиджи ведет мою машину, Эд следует прямо за нами. Я заставляю себя думать, вспомнить хоть что-то – напрасно. В голове каша: мысли путаются, живот подвело. Мы сворачиваем на боковую дорожку, ведущую к моей квартире над гаражом, и Джиджи глушит машину. Я открываю дверь, ко мне сразу подходит Эд, берет меня за руку:

– Тебе лучше не оставаться одной. Давайте поднимемся все вместе.

Всю дорогу я судорожно цепляюсь за его руку и не отпускаю, даже когда мы оба уже сидим на маленьком диванчике. Джиджи садится напротив, в оранжевое икеевское кресло с откидной спинкой, в котором я люблю читать. Рядом на столике лежит стопка книжек, которые я читаю. Знаю, вид у меня сейчас такой, будто я получила контузию, и самочувствие соответствующее.

– Все будет хорошо, Эдди. Теперь мы многое узнаем. Ты же этого хотела, – говорит Джиджи.

Во мне снова нарастает паника.

– Мне страшно, Джиджи. А если мы узнаем что-нибудь ужасное?

– Конечно, ты боишься. Не бояться было бы странно. Но ты можешь двигаться вперед постепенно, по шажочку.

Я киваю и поворачиваюсь к Эду:

– Все время думаю о том, что он сказал. Если я жила в Бостоне, как очутилась на шоссе в Нью-Джерси? Непонятно.

– Не знаю, Эдди. Может, ты уехала из Бостона, а потом что-то стряслось.

– Может быть, – говорю я, подумав. – Но как я могла забыть, что у меня есть ребенок? Он сказал, что была суррогатная мать, потому что якобы я не могла забеременеть. Если мы пошли на такую крайность, значит, мне очень сильно хотелось ребенка. Так почему же я не помню?

В поисках ответа я смотрю на Джиджи.

– Я не эксперт, но мне кажется, что человек с амнезией может забыть даже своего ребенка.

Я сижу, закусив губу, и пытаюсь привести мысли в порядок, когда открывается дверь и на пороге возникает Гэбриел. Чувствую облегчение и беспокойство одновременно.

– Ты так быстро уехала. Нам надо поговорить, – говорит он, по-прежнему стоя на пороге и держась за ручку двери.

Эд и Джиджи разом поднимаются.

– Побудьте вместе, – говорит Джиджи. – Если захотите потом зайти, то мы не спим.

Гэбриел пропускает их и благодарит. Оставшись наедине, мы пристально смотрим друг на друга, не произнося ни слова, кажется, довольно долгое время. Вот человек, которого я люблю и за которого хочу выйти замуж. Как я могу его бросить? Что мне делать, если Джулиан вернется с неопровержимыми доказательствами? Я его совсем не знаю. Как я могу уйти к совершенно чужому человеку? А если память не вернется ко мне никогда? Неужели я проведу остаток жизни с человеком, которого не могу вспомнить?

Гэбриел подходит и садится рядом со мной.

– Возможно, он говорит неправду. Или перепутал тебя с кем-то очень похожим.

Нутром чую, что это не так, но киваю:

– Возможно.

– Надо навести о нем справки, Эдди. Мы поищем информацию в интернете, может быть, даже подключим детектива. Кто его знает, может, он аферист. Нельзя просто взять и поверить ему на слово.

Я слышу отчаяние в его голосе и чувствую то же самое. Качаю головой:

– Плохая идея. Если я начну про него читать, мне будет трудно разобраться, что я помню, а что вычитала. Не хочу рисковать.

Дотрагиваюсь до его щеки.

– Ты ведь понимаешь меня, правда?