Лив Андерссон – Маленький красный дом (страница 59)

– Кровь? – Он вопросительно посмотрел на меня. – Наличные – да. Кровь – понятия не имею, о чем ты.

Я встала, чувствуя, что меня шатает, и подошла к тому месту, где видела пятна. Я указала, но свет в задней части мастерской был слишком тусклым, чтобы их можно было разглядеть. Я вытащила свой телефон из кармана и включила фонарик, направив его вниз.

– Вот.

Джет присел на корточки, его взгляд был прикован к деревянным доскам.

– Будь я проклят… Никогда этого не замечал. – Он взглянул на меня, его глаза искали мои. – Я не лгу, Конни! Ничего про это не знаю.

– Как ты объяснишь деньги?

– Просто экономия. Мне здесь много не нужно. Вся моя арендная плата и коммунальные услуги оплачиваются. Остаются только еда и деловые расходы. Остальное я откладываю на потом. Плюс доход от продажи моей мебели – вот и все.

Я неохотно кивнула. Он действительно жил скромно, это было очевидно, и если бы он копил деньги на протяжении многих лет, он бы сколотил круглую сумму. Я провела пальцем по пятнам.

– Как ты думаешь, что здесь произошло? – Когда я подняла глаза, Джет смотрел в сторону главного дома. Он казался встревоженным. – Что-то не так?

Все еще сосредоточившись на моем доме, он откликнулся:

– Когда я впервые пришел, Ева сказала мне держаться подальше от главного дома. Она хотела, чтобы все сохранилось таким, каким оно было. Я постоянно задавался вопросом почему, но я был молод, благодарен и боялся, что она уволит меня, поэтому подчинился.

Это я уже и так знала.

– Ты говоришь о чем-то конкретном?

Он пожал плечами.

– Просто, оглядываясь назад, я понимаю, что это была странная просьба. Зачем нанимать смотрителя, чья работа заключается в том, чтобы привести дом в негодность?

Я тоже задавалась этим вопросом.

– Если только ты не хочешь что-то скрыть, – медленно произнесла я; кусочки мозаики складывались в моей голове. – Нет лучшего способа сохранить что-то в безопасности, чем нанять охранника, чтобы присматривать за этим. Ни мародеров, ни любопытных детей. – Я встала, дрожь в моем голосе соответствовала дрожи в моей руке. «Подвал!» – запоздалая мысль со страшным отголоском. – У тебя есть лопата?

– Да, а что?

– Могу одолжить?

Я заметила ее на стене в задней части мастерской и перелезла через его снаряжение, чтобы забрать лопату, прежде чем отправиться обратно в ночь.

Дождь лил как из ведра, стремительная буря в пустыне. Я позволила падающим каплям смыть часть моего страха.

– Куда ты? – крикнул Джет.

Я не ответила ему. Я никуда не собиралась уходить. Во всяком случае, не сейчас.

В подвале было жарко, пыльно и полно всяких тварей, которые ползали и шныряли. Мы уже вытряхнули отсюда мусор, так что я уставилась на пространство утрамбованной земли. Храбрость, которую придал мне алкоголь, давно выветрилась, и я функционировала на чистом адреналине. Но его пока было достаточно.

Земля подо мной едва поддавалась лопате. Каждый удар давал столовые ложки грунта, однако я упорствовала, яд бежал по моим венам. У этого дома были секреты, и я собиралась заставить его выдать их. Пот стекал по моей шее и между грудей. Дыхание было прерывисто, а волосы выбились из-под заколки и мокрыми клочьями липли к лицу. Я была уверена, что выгляжу, как сумасшедшая, чего Ева и добивалась.

У меня зазвонил телефон. Я проигнорировала.

Расчистив около двух квадратных футов почвы глубиной шесть дюймов, я услышала позади себя шаги. Джет присоединился ко мне в подвале с другой лопатой в руках, Мика рядом с ним. Он молча начал копать. Мы работали так, казалось, несколько часов, в полном молчании – лишь дождь снаружи, раскаты грома и наше тяжелое дыхание. Мои руки болели, спина горела, но мы продолжали.

Около одиннадцати Мика разволновалась. Она царапала землю, яростно размахивая хвостом. Мы увеличили скорость, ободренные возбуждением собаки. После полуночи моя лопата ударилась обо что-то твердое. Я остановилась, посмотрела на Джета. Он принялся копать рядом, осторожно расковыривая землю вокруг чего-то, чем бы это ни было.

– О, черт, – буркнул он себе под нос. Мы оба увидели, как что-то торчит из грунта. Мика заскулила и потрогала предмет лапой. – Мика, фу. Чувствуешь запах? Незаметный, но он есть.

Все, что я могла чувствовать, – это затхлый воздух и мой собственный кислый пот.

Я выгребла еще лопату земли, и костлявые очертания человеческих пальцев начали обретать форму. Встав на четвереньки, я начала отколупывать грязь от костей, обнажая еще больше останков скелета. Джет опустился на колени рядом со мной, его лицо окаменело.

– Конни, остановись.

Но я не могла остановиться, мои ногти были разодраны в кровавые клочья. Мой телефон опять зазвонил; я снова проигнорировала его. Я своими больными руками отгребала землю наверх, но сухая песчаная почва так же быстро возвращалась на место. Я работала усерднее, быстрее, обнажая все больше костей. Мика заскулила и издала резкий лай. В поле зрения появились остатки ступни. Затем изогнутая макушка черепа. Я увидела, как появилась еще одна рука, на этот раз крупнее и длиннее, ее жуткое запястье все еще охватывал золотой браслет. До меня донесся запах. Сладкий и гнилой: визитная карточка смерти.

– Они лежат здесь слоями, – прошептал Джет. – Просто кости. Одному богу известно, сколько их там.

Я продолжала копать.

– Конни, тебе нужно остановиться. Это место преступления. – Он нервно огляделся, держа руку в кармане. – Черт, черт, черт!

– Мы вызовем полицию, но не сейчас. Просто помоги мне копать.

Джет покачал головой.

– Стены, – сказала я. Стремные стены подвала. – Меня беспокоило… то, как был построен этот подвал. Почему подвал меньше фундамента дома? И ты сам сказал: в большинстве здешних домов их даже нет. Особенно в таких маленьких, как этот.

Джет вытер руки о штаны, тыльной стороной ладони вытер пот со лба.

– К чему ты клонишь?

Я взяла лопату и замахнулась ею на стену, но от чрезмерного усилия не удержалась на ногах.

– Дай я.

Джет вонзил в стену острие лопаты. Та поддалась на удивление легко. Он замахивался снова и снова. Я присоединилась к нему, отрывая куски кончиком лопаты так быстро, как позволяло мое усталое тело. Наконец мы добрались до основания. И двери.

– Какого… Конни, пожалуйста, остановись. Пожалуйста. Послушай, нам нужно поговорить…

Я не слушала. Мои мысли перескочили на планировку кухни. Залатанное место за холодильником. Старый холодильник, который у меня не хватило ни смелости, ни желания почистить. Я поднялась по ступенькам наружу, перепрыгивая через две за раз, с лопатой в руке. Дождь прекратился, но поднялся ветер, и кусочки кустарника хлестали меня по лицу, когда я пробиралась в дом. Я отодвинула холодильник и уставилась на это пятно на стене. Ткнула в него лопатой. Когда это не сработало, я достала из ящика мясницкий нож и начала кромсать стенную панель, выкручивая и поддевая, пока не оторвала ее часть. Кровь потекла по стене от моих сломанных ногтей и пораненных пальцев. Мне было все равно. Я просто хотела найти то, что было под этим гребаным пятном!

Я просунула пальцы в маленькое отверстие и потянула, и делала это снова, и снова, и снова, пока, наконец, панель не отошла достаточно далеко, чтобы можно было видеть, что находится позади нее. Еще одна заколоченная дверь. Кто-то приложил немало усилий, чтобы скрыть эту лестницу.

Кто-то приложил немало усилий, чтобы обустроить подвал. Найденные тела давали ответ ради чего.

Я почувствовала чье-то присутствие позади себя и обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть Джета, стоящего рядом и направившего пистолет мне в лицо. Мика была рядом с ним, но она, скуля, переводила взгляд с меня на него и обратно.

– Ты гребаный ублюдок. Я знала это. Ты с ней.

– Прекрати, Конни. – Он помахал пистолетом. – Я не с ней, и я не собираюсь стрелять в тебя. Я просто хотел привлечь твое чертово внимание.

Посмотрев на пистолет, я сказала:

– Ну, ты справился.

– Там кости, человеческие кости. На случай, если ты не заметила. Их много.

– До хрена.

– Ты только что приехала сюда, но я живу здесь уже много лет. Годы. И, как я уже говорил, у меня есть послужной список. Скрытый или нет – неважно, ты же знаешь, что правительство может узнать о человеке все, что угодно. – Он откинул голову назад и застонал. – Я хочу помочь тебе, я действительно хочу, но это уже слишком. Я не могу позволить, чтобы копы рыскали вокруг. Я не могу снова оказаться втянутым во все это.

Я вытерла лоб тыльной стороной ладони и посмотрела на пистолет.

– Ты боишься, что они заподозрят тебя.

Кивок Джета был едва заметен.

– Я этого не делал. Но на меня они обратят внимание в первую очередь. Ты же знаешь, что они это сделают.

Конечно, он был прав. Бывший преступник, живущий один в отдаленном районе. Много спрятанных денег. Окровавленные доски пола. Пропавшие без вести женщины и девочки.

Я бросила:

– Убери пушку.

Джет перевел взгляд с собаки на меня, потом на пистолет. Он колебался, я видела это по его глазам. Мой прежний гнев и паника утихли, и я чувствовала себя измученной и раздраженной. Даже если бы не мольбы Джета, как мы могли бы позвонить местным копам? Не после того, что сказал мне Джеймс. Не после того, что с ним случилось. Мне нужен был план получше.

Джет сунул пистолет в карман.