Литта Лински – За Гранью. Книга 2 (страница 7)

— Я лучше сгорю вместе со своим миром, — твердо сказала она, глядя Дэймору в глаза. — Верни меня.

— Еще чего, — теперь он ухмылялся. — И не мечтай. Тебе удалось меня разозлить, но не надоесть. Считай, что я простил твои дерзкие речи, сказанные в запале обиды и самоуверенной глупости. Ты злишься оттого, что измучена. Тебе стоит поспать, сердце мое, — с этими словами Изгой внезапно сгреб ее в объятия.

— Я не хочу спать!

Лотэсса попыталась вывернуться, но не смогла. И не только от того, что Дэймор был намного сильнее, а оттого, что ее собственные силы словно разом оставили ее. Тело стало податливым и мягким, руки и ноги отказывались повиноваться. Тэсс словно погружалась в патоку бессилия — сладкого и жуткого, ощущая себя мошкой в янтаре.

— Не хочет она, — голос Изгоя доносился откуда-то издалека. — Будто мне есть дело до твоих желаний. Здесь важно лишь то, чего хочу я. Спи, Лотэсса.

Глава 5

Айшел потягивал гранатовое вино и разглядывал женщин, к виду которых все никак не мог привыкнуть. Царица Армира, как и ее внучка были одеты в мужскую одежду. То есть, конечно, не то чтобы совсем мужскую. Пурпурное одеяние Армиры и белый с серебром наряд царевны выглядели довольно женственно, и даже по-своему привлекательно, но все равно вид женщин в брюках удивлял и вызывал отторжение.

Король представил в подобном одеянии собственную супругу. Сухопарая костлявая Исили в широких брюках предстала его воображению тем еще пугалом. А если заплести блеклые, седеющие волосы в такие же косички выйдет совсем смешно.

Впрочем, королевы, какими бы занозами они ни были, созданы не для того, чтоб подавать подданным повод для смеха. Это относится и к будущей жене Кайлира. Как только Ириана станет его невесткой, надо будет заставить ее носить нормальные женские платья и укладывать волосы в более подобающие прически.

Вообще же царевна не пришлась по душе будущему свекру. И дело было не во внешности. Несмотря на странную моду, царящую в Латирэ, царевну можно было бы счесть довольно привлекательной девушкой. Слишком длинный нос несколько портил ее лицо, зато миндалевидные карие глаза и красиво очерченные губы исправляли положение. В общем, Ириана была бы вполне мила, если бы не вечно настороженный вид, не то мрачный, не то просто подавленный. Ясно, что девчонка побаивается царственной бабки, но уж больно забитой и неприветливой она кажется. Хотя с другой стороны, может оно и к лучшему, что будущая жена его сына с детства приучена к послушанию. Уж эта-то, в отличие от змеи Исили, не станет перечить супругу.

— О чем задумались, ваше величество? — Армира посмотрела на него сквозь хрусталь бокала, игравшего всеми оттенками алого из-за налитого в нем вина.

— О ваших необычных нарядах, — признался Айшел.

— Планируете нарядить Ириану в платья, как только увезете ее в Имторию?

Айшел вздрогнул. Неужели старая ведьма читает мысли? Он всмотрелся в Армиру. Несмотря на худобу женщины, осанка ее была поистине царственной. То же самое можно было сказать о лице с пронзительными серыми глазами и ястребиным носом. Заплетенные в множество кос седые волосы были перехвачены золотым обручем. Айшел несколько раз видел царицу Латирэ еще в ту пору, когда они оба были гораздо моложе и помнил, что тогда, не будучи красавицей, она все же выглядела куда привлекательнее собственной внучки. Величие заменяло этой женщине красоту. В ней было что-то пугающее, но в то же время манящее. Эх, не будь Армира старше его на полтора десятка лет, стоило бы взять ее в жены. Тогда бы не пришлось сидеть сейчас здесь, обдумывая брак Кайлира и царевны, служащий лишь ширмой для планов совсем иного рода.

— Даже и не надейтесь, — Армира разговаривала с Айшелом как с просителем, словно не принимая в расчет королевский титул.

— Отчего же? — не скрывая злости, спросил он. — Почему я не могу рассчитывать, что моя невестка станет одеваться согласно традициям страны мужа?

— Да хотя бы потому, что вы слишком рано смотрите на Ириану как на невестку, — царица говорила спокойно, но Айшелу почудилась насмешка в ее словах.

— Мой сын недостаточно хорош для вашей внучки? — король Имтории одним глотком допил вино и с силой сжал хрустальную ножку бокала.

Его бесило, как Армира держалась с ним. Даже лелея в отношении царицы Латирэ самые черные замыслы и зная, что этот брак, скорее всего, состоится без ее согласия, Айшел буквально задыхался от гнева. Армира же, похоже, наслаждалась возможностью унизить царственного гостя.

— Не то, чтобы ваше предложение совсем не вызвало нашего интереса, — теперь женщина говорила медленно, словно размышляя вслух. — Но, признаться, есть несколько обстоятельств, которые смущают меня в идее этого брака. Причем, обстоятельств довольно весомых.

— Может быть, потрудитесь изложить их?

— Безусловно, — она слегка кивнула. — Я бы изложила их письменно, если бы ваше величество послали послов с предложением о союзе между нашими детьми. Но вы решили явиться лично, причем почти сразу вслед за известием о вашем приезде. Не подумайте, что я не рада принимать вас в Аллойе, но все же изрядно удивлена. Надо полагать, ваш визит означает, что вы очень заинтересованы в этом браке. Увы, не могу сказать того же о себе.

Армира рассуждала о судьбе внучки так, будто той не было рядом, и ее мнение вообще ничего не значило. Даже Айшелу стало немного неловко перед молодой женщиной. Он-то не потащил Кайлира на переговоры. Довольно было еще дома убедить сына в необходимости взять в жены латирскую царевну. Впрочем, Кайлир и не думал возражать, напротив, отнесся к отцовской идее весьма одобрительно.

— Так что же вас смущает? — с трудом сдерживаясь, спросил король. — Разве что разница в возрасте наших детей. Да, царевна на семь лет старше моего сына, — он испытал мстительное удовлетворение, получив возможность хоть чем-то уколоть Армиру, — но лично я не вижу в этом страшного препятствия. Династические союзы заключались и не с такой разницей в годах.

— Разумеется, — согласилась царица, казалось, совсем не задетая словами Айшела. — Я не считаю, что ваш сын слишком молод для брака, хотя он и младший, — она многозначительно замолчала, давая собеседнику возможность оценить смысл сказанного.

Айшел понял, куда клонит Армира, но молчал.

— Признаться, меня смущает то обстоятельство, что вы сватаете в мужья Ириане своего младшего сына, тогда как латирская царевна достойна выйти замуж за наследника престола и впоследствии рассчитывать на корону. Именно такой брак я все эти годы планировала для моей внучки.

— А то я не знаю, кого вы для нее присмотрели! — Айшел больше не собирался сдерживаться. — Мечтаете породниться с Малтэйром и надеть на Ириану корону Дайрии? Задумка неплоха, кто бы спорил. Только вот Смазливый король, похоже, не находит ее такой уж удачной. Сколько лет он водит вас за нос?

Наконец-то в серых глазах Армиры полыхнул гнев. Похоже, ему удалось сбить со старухи ледяную надменность. Король Имтории был доволен собой. А что до Ирианы, для которой его слова были прямым оскорблением, так вольно же ей сидеть тут и слушать, как бабка торгуется за ее руку. Он глянул на царевну. Та сидела будто изваяние, по лицу Ирианы трудно было понять, какие чувства и мысли ею владеют.

— Мои планы — это мое дело, — отрезала царица. — Но да, не стану скрывать, что Валтор Дайрийский видится мне куда более соблазнительным зятем, чем ваш Кайлир. Валтор уже не один год носит корону, и в моих глазах он — самый достойный из доэйских монархов. Не в обиду вашему величеству, — с неприкрытым ехидством добавила она.

Теперь уж Армира выглядела довольной, полагая, что смогла достойно отомстить за оскорбление, нанесенное им с внучкой. По сути так оно и было, и это лишь усилило и без того немалый гнев Айшела. Но ничего, скоро этой женщине придется платить по счетам. Напомнив себе об истинных целях пребывания здесь, король кое-как восстановил душевное равновесие.

— И все же, причина моих нынешних сомнений отнюдь не в дайрийском короле, — продолжала Армира. — Меня смущает Кайлир. Не сам по себе, а его положение. Он — принц, но не наследник престола. Неужели вы считаете Ириану недостойной руки своего старшего сына, которому предназначена корона Имтории?

Кто бы сомневался, что царица заподозрит подвох в этом сватовстве. А ведь надменная баба наверняка знает о том, что Оливен — бастард. Увы, все доэйские монархи, включая герцогов и мелких князьков судачат о принце-ублюдке и глупом короле, не нашедшем в себе сил удушить его в колыбели. Неужели Армира и правда предпочла бы бастарда в зятья? Но не спрашивать же у нее напрямую. Хотя, скорее всего, дополнительная корона на голове внучки старухе важнее, чем чистота крови ее будущего мужа. Что ж, у Айшела заранее был заготовлен ответ.

— Признаться, я надеялся, что удастся избежать этой темы, — он притворно вздохнул. — Но в то же время ваши сомнения вполне логичны и естественны. И вы имеете право знать об истинном положении вещей.

— Ну так обрисуйте же его, — теперь в глазах царицы зажегся интерес. — Ириана, девочка моя, не сочти за труд, подлей нам с его величеством вина.

Царевне пришлось выполнить просьбу бабки, поскольку во имя конфиденциальности переговоров всех придворных и даже слуг отослали. Ириана безропотно встала и наполнила их бокалы гранатовым вином из узкого инкрустированного перламутром кувшина. Ее собственный бокал и без того был полон. Похоже, царевна ни разу не поднесла его к губам.