Литта Лински – За Гранью. Книга 2 (страница 65)

Отчего-то Лотэсса сразу поняла, что речь идет о ней. Она резко поднялась и направилась к спорящим, не дав Альве удержать себя.

Распахнув дверь, она с вызовом уставилась на мужчин.

— О чем вы говорили?

— Лотэсса, у нас свои дела, — голос Валтора был непривычно чужим и отстраненным.

— Я уйду, если ты поклянешься, что эти дела никак не касаются меня. И принесу извинения.

— Тэсс, послушай… — теперь в голосе короля слышались просящие нотки.

Внезапная догадка ледяной стрелой пронзила сердце.

— Это касается Эдана, да? — голос срывался. — Он не пропустил бы мою свадьбу без веской причины. И как я дала заговорить себе зубы?! Что с моим братом, говорите!

— Энья Лотэсса, ваш брат жив, — бесцеремонно отстранив короля, Торн двинулся к ней.

Жив! В этом слове было облегчение и ужас. Что же такого должно было приключиться с Эданом, чтобы радоваться уже тому, что он не умер.

Альва неслышно подошла сзади и обняла Лотэссу.

— С твоим братом все хорошо, Тэсс, — без посторонних Альва обращалась к подруге по имени, — и с моим тоже. Оба живы и почти здоровы.

— Но что тогда? — она растерянно обводила глазами всех по очереди. — Что им угрожало? Что вообще произошло?

— Землетрясение, — глухо отозвался Валтор. — Почти на самой границе с Эларом. В тех краях никогда не случалось подобного.

— И вы мне не сказали! — Тэсс кипела от негодования. — Как вы могли скрыть такое?! Это же касается Эдана! Ты обманул меня, — она в гневе накинулась на мужа. — Наплел какую-то ерунду о том, что он не может приехать.

— Он и не мог, — отозвался король, отводя глаза.

— Не мог! Да я бы помчалась к нему, и никто бы меня не удержал. А вы держали меня в неведении, чтобы я улыбалась и любезничала на свадьбе. Так?

— Почти, — Валтор не стал спорить.

— Где он сейчас? И что с Нейри? — она только сейчас вспомнила о том, кто был ей дорог немногим меньше брата.

Король с Торном переглянулись, а Альва, все еще обнимавшая Тэссу вздрогнула.

— Что?! — отступивший было ужас, накрыл ее вновь. — Почему вы молчите?!

— Нам придется сказать, — Торн смотрел на короля.

— Я знаю, — глухо отозвался тот, — но, богини, как же это трудно…

Глава 11

Опять он пришел. Зачем они все приходят? Что им нужно? Неужели так трудно просто оставить его в покое? Что толку от власти, если никакие приказы не в силах подарить ему блаженное одиночество, не говоря уже о столь желанной смерти. Чего стоит власть над другими, если он не властен распоряжаться даже собой?

— Ваше величество…

— Оставьте меня, эн Эдан.

Как бы сейчас пригодился повелительный тон, который он выработал за недолгое время правления. Но вместо этого с его губ срывается полухрип-полушепот. Должно быть, поэтому его приказы спокойно игнорируются, и люди вокруг делают то, что считают нужным, а не то, что он им велит.

— Но, ваше величество, вы сами велели мне прийти.

В голосе Эдана Линсара слышна ставшая уже привычной печаль. Заранее оплакивает своего почти покойного короля. Что ж, о нем по крайней мере будут сожалеть, тогда как смерть Йеланда вызвала у всех лишь облегчение. Так себе утешение, конечно. Но других, увы, судьба ему не оставила. Жалкий обездвиженный кусок плоти, которому и дышать-то тяжко. За Гранью и то слаще, должно быть. Впрочем, он скоро узнает.

Но до того, как вечная тьма сомкнется над ним, нужно сделать что-то важное. Но что? Нейри привык, что моменты ясного мышления сменяются туманным маревом апатии. Второе состояние ему нравилось больше. Не в силах справиться с телесной болью, оно притупляло хотя бы душевную. Когда же наставало очередное прояснение, приходилось вновь мыслить, как король, отдавать распоряжения, пытаться хоть что-то уладить и спланировать. Ведь за этим, собственно, он и позвал Эдана.

— Да, точно, я звал вас, — как же тяжело говорить. — Пришло время решить самый главный вопрос.

— Какой? — голос Эдана звучал обреченно.

— Вы отлично понимаете.

Где-то внутри закипела злость. Не на Эдана, а на то, что приходится обсуждать такие вещи. Легко ли планировать свою смерть, когда тебе тридцать два года? Какими незначительными кажутся на этом фоне прошлые проблемы — тяжесть бремени власти, потеря Лотэссы, разрывавшая ему сердце. Теперь Нейри куда лучше понимал умирающего брата, готового отдать все, что имел, за одно лишь право жить дальше. А он — Нейри — был так жесток к брату, понятия не имея, что творится в душе умирающего. Что ж, теперь он знает. Судьба дала ему прочувствовать отчаяние и боль Йеланда на своей шкуре. Однако в отличие от брата, он не станет тратить последние часы утекающей жизни на слезы и жалобы. Есть дела поважнее.

— Эдан, — к чему тратить лишний мучительный вдох на почтительное обращение? — Когда полгода назад умирал мой брат, ему не приходилось хотя бы тревожиться о стране, которая останется без государя. Я же вынужден думать и об этом. И настала пора принять решение.

— Но, Нейри, — Эдан тоже, видно, решил отказаться от церемоний. — Вы не должны хоронить себя раньше времени. Волею богинь, вы живы…

— Каких богинь? — Нейри захотелось усмехнуться, но вместо этого из груди вырвался мерзкий каркающий звук. — Маритэ, бросившей нас на произвол судьбы? Остальные две и вовсе покинули наш мир-давным давно.

— Но Маритэ пыталась… — возразил Эдан.

— Что она сделала? Развернула время вспять, чтобы все случилось вновь? Разве вы не видите? Мир снова во власти Изгоя, а все, кто должен был умереть, один за другим отправляются за Грань. Мой брат, теперь я. События меняются, но смерть тянет свои жадные лапы к тому, чего лишилась по прихоти богини. Подозреваю, что смерть куда сильнее всех Странников, и ее желания значат куда больше, чем их воля любого божества.

— Но вы еще живы!

— И что? Йеланд тоже был жив несколько часов после того, как получил удар кинжала в живот. Не тешьте надеждами себя, и уж тем более не пытайтесь внушить их мне. Да и какой смысл жить в моем положении? Даже выживи я каким-то чудом, править лежа в кровати я не смогу.

— Но ведь был же Имрэ Третий. Последние годы жизни он был парализован и прикован к постели, но между тем, продолжал править и довольно мудро.

— Это были лишь последние годы жизни. Мирные годы. Страна процветала, кроме того, король собрал вокруг себя советников, которым мог спокойно поручить большую часть обязанностей.

— Но ведь и вы могли бы поручить их нам с Рейлором, — Эдан запнулся.

— Что я и собираюсь сделать. Я должен выбрать и объявить наследника эларского престола.

— Я не об этом, — с досадой возразил Линсар.

— А я об этом. Не спорьте, Эдан. Лучше постарайтесь дать дельный совет. Итак, возможных наследников трое.

— Трое?

— Да. Ваш отец, герцог Таскилл и… Валтор Малтэйр.

— Малтэйр?! — Эдан вытаращился на короля, будто тот бредит.

— Именно. Всем известно, что он Ильд по крови, а потому вполне может претендовать на освободившийся трон Дайрии. Будем честны, в нынешнем положении ему ничего не стоит отстоять свое право на власть силой.

— Но ему сейчас явно не до того. У него война с Айшелом Имторийским.

— Вы серьезно полагаете, что он не откажется от возвращения царице Армире короны Латирэ ради возможности увенчать собственную голову короной Элара и тем самым восстановить великую империю?

— Считаете его способным нанести такой подлый удар?

— Это политика, Эдан. Уверен, Дайриец видит в присоединении Элара не власть для самого себя, а благо для своей страны, точнее обеих стран. Вы же видели, что он за человек и какой он король.

— Вот именно! — воскликнул Линсар. — Человеком он мне показался достойным. Иначе я бы отдал ему Лотэссу. Не верю, что он способен на такую низость, особенно, сразу после заключения перемирия.

— Лотэссу отдали ему не вы, — вздохнул Нейри. — И не я, — почти про себя добавил он. — Кстати, сама женитьба на вашей сестре укрепляет позиции Малтэйра, придавая дополнительный вес его претензиям на эларский трон.

— И все же я не верю, что он станет…

— Можете не верить. Просто имейте в виду и такой вариант развития событий. Я же полагаю, что лучше миром вручить Малтэйру то, что он может взять войной.

— Но…

— Дослушайте меня, Эдан. Мне тяжело говорить, поэтому постарайтесь поменьше перебивать. Дайриец умен, обладает всеми талантами, необходимыми правителю, к тому же видит во власти прежде всего долг и ответственность перед страной. И в отличие от меня, вашего отца или Рейлора он имеет опыт правления. Его с детства готовили в короли, и король из него вышел отменный. Помните, Лотэсса рассказывала, что в том другом прошлом он покорил Элар и заботился о благе захваченной страны больше чем об оставленной Дайрии? Это звучит кощунственно, но я не сомневаюсь, что правление Малтэйра будет для Элара благом. К тому же, ваша сестра станет королевой.

— Моя сестра и так королева, — вздохнул Эдан. — А вы, значит, уже все решили?

— Не решил, потому и позвал вас. Позвал не для того, чтобы просто сообщить свою волю, но чтобы выслушать ваши доводы и советы. Если вы считаете, что власть вашего отца, а в перспективе — ваша или правление герцога Таскилла будут для страны лучше, то я приму ваши аргументы.

Нейри ощутил бесконечную усталость, навалившуюся свинцовой тяжестью. Он не говорил так много с того самого дня, как камни старой стены похоронили под собой его будущее.