Литта Лински – На грани. Книга 2 (СИ) (страница 40)

— Для меня существует только одна женщина — ты!

— Но разве такое возможно? — она ощущала себя беспомощной и совершенно сбитой с толку.

— А почему нет? — на этот раз удивленным выглядел протектор. — Я вроде никогда не скрывал своего расположения к вам, дэнья Свелл. Мне казалось, что оно достаточно очевидно.

— Но я думала, что ваше расположение дружеское и… — Альва задумалась, подбирая подходящее слово, — вроде как покровительственное…

— Понятно, — Торн демонстративно закатил глаза. — В общем, вы видели во мне еще одного старшего брата. Так, дэнья Альва?

— Ну, не то чтобы прямо брата, — она робко улыбнулась. — Братья не были ко мне столь добры, признаться. А дразнили не в пример чаще и злее вашего. Так что в вас, эн Элвир, я видела скорее друга, чем брата. Но никогда бы я не посмела возомнить о себе так много, чтобы предположить… — она запнулась и смущенно умолкла.

— Что я смогу полюбить вас? — закончил за нее Торн.

— Полюбить… — Альва, как завороженная, повторила это слово, все еще не веря в реальность происходящего.

— Да, крысенок, — он шагнул к девушке и осторожно коснулся рукой ее щеки. — Со дня нашей первой встречи ты запала мне в сердце и в голову, и я ничего не мог с этим поделать. Да и не хотел, если честно.

Альва молчала, совершенно ошеломленная его словами, безуспешно пытаясь разобраться в хаосе собственных чувств. Она осознавала, что слушать признания Торна ей отрадно, но совершенно не знала, как отвечать на них. Протектор словно догадался о ее сомнениях.

— Я понимаю, как смутил вас неожиданным признанием, дэнья Альва. Пожалуй, мне стоило сначала добиться вашего расположения, а уж потом звать замуж. Я не стану требовать от вас ответа и даже спрашивать, что вы испытываете ко мне. Просто вы должны знать о моих чувствах и намерениях относительно вас. Не скажи я об этом сейчас, потом было бы поздно.

— Поздно? — переспросила она. — Но почему?

— Потому что скоро вы покинете столицу, — ответил протектор, и в его голосе послышалось сожаление.

— Откуда вы знаете? — удивилась девушка. — Я еще ничего не решила.

— Зато я решил, — твердо возразил Торн. — Вы здесь не останетесь!

— И куда вы намерены меня отправить? — недавнее головокружительное замешательство сменилось обидой, что все решают за нее.

— Пока не знаю, — протектор вздохнул. — В принципе, вы можете выбрать любое место в Эларе, хотя я предпочел бы отправить вас в Дайрию.

— Вы столь сильно влюблены, что, едва признавшись, жаждете поскорее услать меня как можно дальше, — Альва не удержалась от ехидного упрека.

— Не говори ерунды, крысенок! — возмутился он. — Ты отлично понимаешь, что я хочу уберечь тебя. Пойми, мне и так нелегко, но если помимо свалившихся на голову ужасов я буду ежеминутно тревожиться о твоей безопасности, то просто сойду с ума. Ты этого хочешь?

Альва мысленно обругала себя. Конечно, она испытывала досаду, как и всякий раз, когда протектор или комендант отсылали ее из кабинета, чтоб оградить от подробностей ужасных убийств. Ее злило, что Торн принял решение, не спросив ее. С другой стороны, эн Таскилл вел себя точно так же. И разве не она сама убеждала юного герцога покинуть столицу, напоминая о тревоге матери и Лотэссы. Эн Элвир точно так же тревожится о ней. Это вполне естественно. Хотя сейчас даже сама мысль покинуть Вельтану казалась Альве более возмутительной, чем давеча эну Лану. Но имеет ли она право ради собственной прихоти отягощать и без того ужасное положение протектора, практически выполняющего роль короля?

— Если вы так хотите этого, я уеду, — девушка старалась, чтобы в голосе звучала покорность, а не вызов.

— Я не хочу! — воскликнул Элвир. — Не хочу расставаться с тобой, крысенок, особенно сейчас. Но если с тобой что-то случится… — он замолчал, но по лицу было видно, какую боль причиняет ему подобная мысль.

— Не случится, — Альве вдруг безумно захотелось утешить Торна. — Я уеду. И вам даже не придется думать, куда меня отправить. Эн Таскилл настаивал, чтобы я поехала с ними. Думаю, мне стоит принять его предложение.

— А этот юноша вызывает во мне все большее уважение, — протектор сразу повеселел, получив согласие девушки. — Если сначала я считал его восторженным юнцом, готовым на благородные, но бессмысленные безумства, то в последнее время все больше склоняюсь к мысли, что сильно его недооценил. Теперь, кроме всего прочего, я окажусь у него в долгу. Пожалуй, мне стоит лично поговорить с герцогом Таскиллом. Однажды я уже нанес ему визит, теперь есть повод вновь посетить Таскиллон.

— Может быть, я сама обо всем договорюсь? — робко предложила она.

Альва догадывалась, что Лан Таскилл явно не мечтает о личной встрече с протектором — как и эна Алдора. Торн в ответ только усмехнулся, словно разгадал ее мысли. А девушка, осознавшая, что пути назад нет, пожалела о принятом решении, хоть и понимала его правильность.

— И все-таки, как я могу оставить вас и дэна Итона? — она озвучила последнее, безнадежное возражение.

— Дэн Итон не меньше моего мечтает тебя отослать, — заверил Торн. — Нам обоим станет куда легче, когда ты окажешься далеко от Вельтаны. Комендант ведь любит тебя, как дочь. А я… теперь ты знаешь, как люблю тебя я, крысенок.

— Знаю, — Альва смущенно кивнула. — Только все равно не могу поверить.

— Неужели настолько сложно поверить? — Элвир неожиданно притянув ее к себе, легко и нежно прикоснулся губами к ее губам. — Может, так убедительней? — взгляд серых глаз, обращенных к ней, впервые был таким ласковым.

Девушка ощутила, как кровь приливает к лицу, и осторожно разомкнула руки обнимавшего ее мужчины, высвобождаясь из его объятий. Тот сразу стал серьезным. — Я обидел тебя, крысенок? — он обеспокоенно всматривался в лицо девушки

Альва молча помотала головой в знак отрицания. Поцелуй, конечно, смутил ее еще больше, но обиды или гнева не вызвал. Скорее наоборот. Однако обсуждать это с Торном она не собиралась.

— Будь снисходительна, прости дерзость влюбленного мужчины, — теперь он говорил извиняющимся тоном. — Я не хотел напугать или, того хуже, оскорбить тебя. Обещаю впредь держать себя в руках.

Да, могли бы и не обещать, усмехнулась про себя Альва. В конце концов, за подобную дерзость половина столичных красоток жизнь бы отдали. И хотя внезапное осознание власти над Торном было новым и непривычным ощущением, оно в то же время сладко кружило голову. Она еще не знала, любит ли этого мужчину, зато четко понимала, что его любовь ей далеко не безразлична. И дело не только в самолюбии. Эн Элвир нравился ей как человек, несмотря на то, что дайриец. Альва никогда бы не позволила себе влюбиться, понимая, сколь велика пропасть между ними. Но теперь, когда он сам внезапно перенес ее через эту пропасть, девушка пришла в смятение, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Разговор об отъезде ненадолго отвлек ее, зато поцелуй запутал еще больше.

— Когда ты вернешься, — Элвир взял ее за руку, — я вновь попробую завоевать твое сердце, крысенок. Но на этот раз ты будешь знать, что мое расположение отнюдь не дружеское. И когда-нибудь я снова повторю свой вопрос о том, станешь ли ты моей женой.

— Но ведь вы теперь принц, — лукаво улыбнулась Альва, словно только что вспомнила об этом обстоятельстве. — Разве его величество позволит вам распоряжаться рукой и сердцем по собственному усмотрению, а не в интересах страны? Разве сможете вы взять в жены простую незнатную девушку? — она больше не улыбалась, поняв, что в ее насмешке куда больше правды, чем хотелось бы.

— Смогу, — серьезно ответил Торн и добавил с улыбкой. — Только в том случае, если простая незнатная девушка соизволит дать согласие на брак с принцем. Я не искал родства с Ильдами, крысенок, и мне плевать на давние интриги короля Дайра. В отличие от Валтора, я всегда знал, что могу сам распоряжаться своей судьбой, и не желаю отказываться от этого права из-за найденной в библиотеке Нианона старой пыльной книжки. Останься мое сердце свободным, может, и принес бы его в жертву государственным интересам, но об этом бессмысленно говорить… с того момента, как я увидел тебя, бегающую по крышам с моим луком.

Альва стояла и просто смотрела на Элвира, поражаясь тому, как быстро меняется ее отношение к этому человеку. Еще немного — и она не устоит и даст согласие стать его женой прямо сейчас. Это было бы совершенно неправильно и безумно глупо. В конце концов, не лишена же она чувства собственного достоинства. Нельзя влюбиться в мужчину за полчаса лишь оттого, что он осчастливил тебя признанием. Или можно, если уже давно любила его, но надежно прятала это чувство за ширмой дружбы? Нет, ничего она сейчас не скажет Торну. Нужно все обдумать, разобраться в себе. Тем более, сейчас — самое неподходящее время, какое только можно вообразить. Кроме того, нужно все обсудить с Лотэссой…

— Я согласна, — девушка не могла поверить, что говорит это. — Эн Элвир, я стану вашей женой.

Глава 26

В Ни'имэ они добрались примерно через час после происшествия со спасением рабыни. Несчастная, понятное дело, не говорила ни по-латирски, ни тем более по-эларски. Король посадил ее на коня позади себя. По дороге Лотэсса разглядывала спасенную. Та не отличалась ни молодостью, ни привлекательностью. Разве что насыщенно-зеленый цвет глаз красил бедняжку, но Лотэсса уже давно поняла, что яркие глаза для шургатцев обычное дело, так же как и смуглая кожа. Энья Линсар понятия не имела, что делать со своей внезапно обретенной живой собственностью и куда девать несчастную женщину. Валтор не собирался облегчать ей задачу и всю оставшуюся часть пути молчал.