Лицо ночи – Гарри Поттер и Огненная Дева (страница 15)
Они с Роном выходили в самом конце толпы, по странному стечению обстоятельств Малфой мелькнул у них перед глазами, как раз когда слизеринцы сворачивали в сторону своей спальни…
— Да, знаешь, Хорек проторчал в своем купе весь путь, даже к нам не заявился…
— То есть, он даже не воспользовался своим, так сказать, законным правом, поиздеваться над младшими, попользоваться властью?
— Его даже на собрании старост не было. Может он к тебе неровно дышит, и узнав, что тебя нет в поезде, хандрил и плакал в подушку всю дорогу? — Гарри попытался представить себе такую картину, а потом присоединился к рассмеявшемуся собственной шутке Рону. Обсуждая подобную возможность, они дошли до портрета Полной Дамы.
— Кстати, мистер староста, а какой у нас пароль?
— «Чистая совесть», ну что пошли? — Рон уверенной походкой направился к портрету.
— Да, ну до завтра…
— Погоди, ты что?
— Я что, забыл сказать? — Изумился Гарри. — Мне тоже отвели отдельную комнату, какие–то соображения относительно моей безопасности. Мне долго объясняли, я не все понял, но звучало очень убедительно…
— Погоди, то есть…
— Я сплю теперь отдельно… Прости, я думал, что сказал вам. Знаешь, лучше я не буду входить, а то разговоров объяснений не оберешься, потрачу много времени, а возвращаться поздно ночью мне не хочется…
— Ты что, опасаешься тех опасностей, о которых нам сегодня говорил директор.
— Нет, этой школе есть гораздо более страшные опасности… — Гарри понизил голос до шепота. — Кошки… Филчи… Снейпыыыы…
— Понимаю… — Фыркнул Рон, — Хорошо, но все остальные ведь волноваться будут…
— Ну а ты им и расскажи, ты же староста, и представь, как тебе все будут внимать… — Не удержался напоследок Гарри и скрылся за поворотом.
— Вот ты где! я уже начала волноваться! — укоризненно встретила его Фламия, едва он переступил порог…
— Прости, прощался дольше, чем ожидал…
— Ты прощался, а я тут спокойствие теряла… — Фламия обиженно скривила лицо, но потом рассмеялась и чмокнула его в щеку. — Ну, так как прошло? — спросила она, стягивая с себя мантию.
— Вроде все нормально… Рону явно было немного не до меня, хотя он и старался, но мысли его явно все время утекали к некой светловолосой особе… — Усмехнулся Гарри, садясь на кровать и вновь занимаясь своими шнурками. — Гермиона тоже думала все больше о ней, она явно рассмотрела в ней Троянского коня…
— Даже так? — Фламия уже скользнула под одеяло.
— Ага… Но это, в общем, понятно… Снейп, его таки сделали…
— Знаешь, наверное, у директора выбора не оставалось. Вдобавок, глянь на это с другой стороны…
— А такая есть? — Гарри присоединился к ней, но пока смотрел в потолок, не обращая внимания на скользящую по нему руку…
— Ну, во–первых, может, теперь будет проще работать на Зельях. Кто знает, может быть, этот Слизнорт неплохой человек? Впечатление он производит вполне милое… А во–вторых, может Снейпу не удастся испортить ЗОТИ. Он, конечно, придирался к тебе по малейшему поводу, но тут, от тебя зависит не дать ему и самого ничтожного повода… считай это вызовом.
— Может ты и права… — Гарри понял, что сейчас ему нечего возразить. А мягкое, теплое тело, приникшее к нему уже вплотную не способствовало размышлению о мрачном… — Только все же…
— Ну, хватит! — Фламия вновь прибегла к своему безотказному методу, заткнув ему рот своими губами. Через минуту Гарри уже не думал ни о Снейпе, ни о чем другом, лишнем в данной ситуации…
Глава 11. Насыщенное начало
Следующий день начался так же, как начинаются три четверти дней в году: зазвенел будильник, Гарри машинально и тревожно вскинулся, за время каникул он успел отвыкнуть. Рядом с ним похожим образом зашевелилась Фламия… Они поставили будильник на несколько раньше, чем это обычно делал Гарри, им предстояло выходить по одному, чтобы войти в Большой Зал по отдельности…
— Ну что же, вперед, нас ждут великие дела! — С удивившим его самого энтузиазмом заявил Гарри. Удивительное дело, он отлично выспался, хотя проснулся рано, да и заснули они вчера далеко не сразу…
— Ага! Пойдем постигать и самосовершенствоваться! Но не это главное, тебе ведь еще предстоит узнать, когда состоится главное испытание! — Бодро откликнулась Фламия, уже поднявшись и направляясь в ванную.
— Это какое же?
— Высокое, страшное, немытое, и на букву С!
— Да, да, а так же еще большая загадка, тоже на букву С, но низенькая и очень полная.
— Это еще мягко сказано. Толстенный, дядя Вернон бы обзавидовался. Впрочем, впечатление он производит скорее положительное… Ладно, будем считать, что мы встали.
Гарри вошел в Большой Зал, как и следовало ожидать, большинство учеников уже были там, в том числе и Рон с Гермионой. К нему опять повернулись головы, но он приказал себе не обращать на это внимания. Фламия уже сидела за столом Гриффиндора, куда направился и Гарри.
— Гарри Поттер, — голосом, до ужаса напоминающим голос профессора МакГоннагалл обратилась к нему Гермиона. — Может, объяснишь, почему тебя больше не увидишь в гостиной Гриффиндора, и почему об этом приходится узнавать лишь в последний момент?
— Именно, Гарри, почему такие дела? — Вступил Рон. — Когда я сообщил об этом всем, меня, по–моему, линчевать хотели…
— Прямо так?
— Ну, а как же? Братья Криви явно решили, что я тебя уже успел закопать…
— Ладно, так, Гарри, может, объяснишь?
— Ну, что я вам могу сказать… Вчера вечером… у меня из головы вылетело, а потом я думал, что успел рассказать. Не писать же подобное в письме, согласитесь… Я собирался, потом что–то меня сбило с мысли…
— Но почему?
— Да не знаю я! — Воскликнул Гарри. — Директор сказал: для безопасности. Не знаю точно чьей, может моей, а может вашей. Моя комната хорошо спрятана, ее даже на Карте Мародеров нет, — добавил он понизив голос.
— Правда? — Восхитился Рон. — А я‑то полагал, что они всю школу перерыли!
— Но, что ни говори, все–таки никто, даже Дамблдор не знает всех секретов Хогвартса. — Гарри уже вовсю наворачивал завтрак.
— А где же она? — Задал вполне законный вопрос Рон.
— Рон… — Гермиона вмешалась, своим поучительным тоном. — Это же секретная комната…
— Да… — Гарри отвернулся, ему опять предстояло, не то чтобы врать, но и не говорить правду. — Директор взял с меня слово, что я не открою эту тайну. Теперь могу понять тебя, Гермиона, тогда на третьем курсе…
— Что? — Рон на мгновение растерялся, но потом до него дошло… — А, вот оно как… Хорошо. — Но он не пытался скрыть разочарования. — А…
— Тсс. — Шикнула на него Гермиона. — Профессор МакГоннагалл пришла.
Пока они разговаривали, появилась их декан. Она сама, вместо старост, раздавала расписания. В этом году все было сложнее, ибо она, очевидно, сверяла выбранные предметы с оценками. Она переходила от одного ученика к другому, следуя какой–то непонятной Гарри логике. Раздала расписания Гермионе, которая тут же умчалась (ее ждали Руны), Невиллу, остальным… Потом подошла к нему.
— Итак, мистер Поттер, мы уже имели возможность все обсудить… ЗОТИ, зелья, заклинания, травология, трансфигурация, кстати, ваши результаты меня порадовали. Вот ваше расписание.
Рон получил те же предметы, Фламия, разумеется, тоже. У них оказался свободный час, потому все они отправились в гостиную, Рон, кажется, собрался всерьез взяться за новенькую… В смысле задать глупые вопросы, и полюбоваться… Но в почти пустой гостиной, вместе с несколькими семикурсниками была Кэти Белл, последняя из старой гвардии Вуда, новый капитан сборной.
— А, Гарри! Ну и перепугал же ты всех с этим переездом! — Поприветствовала она его, а потом, видимо была уже не в силах сдерживаться. — Смотри, меня назначили! — Она помахала значком. — Признаюсь, я полагала, что капитаном назначат тебя…
— А когда отбор? — Гарри понял, что сейчас будет задет еще один больной вопрос, его уход из команды.
— Да не говори ерунды, уж кому, а тебе не надо доказывать свое право играть!
— Да нет… Меня не думали назначить капитаном… но я сказал, что больше не буду играть… — Гарри с огромным интересом рассматривал свои кроссовки.
— Что?!? — Вопль Рона, который всегда громко выражал свои чувства, был, наверное, слышен и в Хогсмиде. Его возмущение, странным образом, придало Гарри решительности.
— А то! Вспомни, Рон, мы тогда были вместе, третий год, после случая с Малфоем в грязи, что нам сказал профессор Люпин? Про то, что я, ради каких–то игрушек, поставил на кон самопожертвование своих родителей? Несколько лет я не понимал всю значимость этих слов, но кое–что изменилось, ты знаешь, о чем я! — Гарри, чем дальше, тем сильнее заводился, все присутствующие, кроме, пожалуй, Фламии, смотрели на него изумленно. — Помнишь, тогда же меня не хотели выпускать даже на тренировки. Тогда я не понимал, но, черт возьми, я не имею права, вот так, ради секундного развлечения рисковать тем, ради чего погибли мои родители! А ведь тогда угроза исходила лишь от Сириуса, и будь он даже на самом деле маньяком, и правой рукой Волдеморта, это не идет ни в какое сравнение с тем, что происходит сейчас! Из–за моей глупости уже погиб дорогой мне человек, я не хочу, чтобы что–то подобное повторялось! — Гарри замолк, тяжело дыша.
— Да… — Рон немного ошалело смотрел на него, еще ни разу он не слышал, чтобы его друг говорил с таким пылом и красноречием. — Думаю, я понимаю… Прости меня.