Lita Wolf – Новый год в драконьем замке (страница 51)
– Есть! – радостно сообщил Лисовский, вернувшись ко мне. – Вон в той угловой башенке, – он указал направление рукой.
Отлично! Если, как в прошлый раз, Кир управится со вскрытием тайника где-то за час, у нас даже будет время ещё поспать.
Я двинулась к башенке вместе с ним, по дороге наткнулась на стоявшую на пути кровать. Шеф, вероятно, думал, что я её вижу. Я действительно заметила, что там что-то есть, однако не совсем верно оценила габариты.
– Не сильно ударилась? – заботливо спросил мужчина, после того как удержал от падения на эту самую кровать.
– Нет, всё в порядке, – отмахнулась я. Однако даже такая мелкая его забота разлилась в груди приятным теплом.
Проскользнув в узкую дверь, мы прикрыли её за собой. Башенка оказалась совсем небольшой — всего метра полтора в диаметре. И часть площади ещё отбирала ведущая на второй этаж металлическая винтовая лесенка.
Тайник на этот раз находился в полу — как раз под лестницей. Кирилл присел на корточки и принялся магичить. А мне оставалось лишь скучать рядом.
Конечно, я пыталась определить, что именно он делает. И даже ощущала фон его магии. Но ничего конкретного мне понять не удавалось. Наверное, для этого, как минимум, нужно уметь переходить на магическое зрение, а этому он меня пока что не учил.
Иногда я отходила к окну и просто пялилась на заснеженный ночной пейзаж. Ничего интересного снаружи не происходило. Даже снегопада.
Наконец послышался характерный каменный скрежет. Кирилл запустил руку в открывшуюся в полу нишу. И вслед за этим скрежет повторился.
– Есть! – мужчина протянул мне очередной кругляш на цепочке.
Фонарик зажигать мы не стали — в лунном свете возле самого окна амулет и так было неплохо видно.
Он снова здорово отличался от предыдущих. Правда, как и первый, был полностью серебряным. Но на этот раз в круг было вписано ажурное изображение мощного дерева с детализированными ветками, листочками и корнями. А сбоку под ним притулился неизменный, похоже, элемент всех ключей — пентаграмма.
– И чей же этот амулет? – спросила я. Подозрения у меня, в общем-то, имелись. Но ещё бы знать, есть ли вообще на Соктаве данная раса.
– Ш-ш! – почти одними губами шепнул Кирилл. – На чердак кто-то поднимается!
Я застыла в ужасе. Сердце бешено заколотилось. Кто там? Только бы не Гирзел! Впрочем, столкнуться с его папашей хотелось ещё меньше.
При одной мысли о Вазлисаре ноги едва не подогнулись сами собой. Поверит ли он, что земная лунатичка могла в приступе забрести сюда, да ещё, зайдя в башню, старательно затворить за собой дверь? Ох вряд ли. Тем более что, почти не вылезая из своей любимой лаборатории, он, скорее всего, вовсе не слышал о моём лунатизме.
Мамочки, что же делать?!
Тем временем кто-то уже поднялся на чердак. Похоже, их было двое. И не сказать чтобы они особо таились. Говорили, конечно, тихо — слов было не разобрать. Однако мы различали и приглушённые голоса, и шаги.
Мужчина и женщина.
Мне сразу вспомнилась кровать, на которую наткнулась по пути в башенку. Если они не ищут тайники, как мы, наверняка у них тут любовное свидание.
С одной стороны, есть надежда, что им будет ни до чего и нас они вовсе не заметят. А с другой, парочка как пить дать пришла сюда
Одна радость — это наверняка не Вазлисар и не Гирзел. У первого вряд ли вообще есть время на романы, а второму совершенно незачем тащить даму на чердак — вполне мог пригласить её к себе — нравы у драконов вроде бы достаточно вольные.
Но кому же тогда при этих самых вольных нравах могло понадобиться устраивать любовное гнёздышко на чердаке? Похоже, что и застеленная кровать, и царившая здесь чистота свидетельствовали именно о регулярном использовании чердака в данном качестве.
Парочка меж тем о чём-то страстно шепталась, кажется, уже добравшись до кровати, как назло, стоявшей возле самой двери в нашу башенку.
Уж поскорее занялись бы главным! Однако кровать пока не издавала ни единого звука. Видимо, любовники упорно оставались на ногах.
Чёрт, не могли прийти хотя бы на пару минут позже! Конечно, убраться с чердака мы бы не успели, но, если бы вышли из башенки, версия с тем, что Кирилл отловил лунатичку и ведёт её обратно в спальню, выглядела бы гораздо правдоподобней. Но мы вдобавок ещё и затаились в злосчастной башне...
Любовная возня за стенкой продолжалась.
И вдруг Кирилл тоже схватил меня в объятия и начал целовать. Ему от «зависти» крышу снесло?! Сейчас ведь выдаст наше присутствие каким-нибудь неосторожным звуком.
А в следующую секунду дверь распахнулась и в башенку почти ввалилась вторая парочка.
Кирилл тут же перестал меня целовать, отстраняясь. Вероятно, его поведение и было спектаклем для этих двух зрителей — как-то он предугадал их появление.
Те, впрочем, тоже моментально нас заметили и теперь уже судорожно оправляли одежду, ошарашенно взирая на нас.
Не знаю, какой вид был у меня — скорее всего, перепуганный, но Лисовский выглядел тоже вполне удивлённым.
– Лорд Кирилл, леди Лана?.. – вымолвил обалдело Хитас — да-да, это оказался именно он.
Женщину, замершую в его объятиях, я видела впервые.
– Можно без лордов, – отмахнулся Кирилл.
– Извините, что помешали, – произнёс наг. – К сожалению, мы слишком увлеклись, и я не унюхал, что здесь кто-то есть.
– И вы извините, – вторил ему шеф. – Мне следовало догадаться, что это место занято.
– Ничего страшного. Мы уже уходим, – Хитас потянул женщину обратно на чердак.
– Да нет, это мы уже уходим, – остановил его Лисовский.
Я поспешила двинуться вместе с ним к выходу. Тем более что нам совершенно незачем было тут оставаться. Это у них свидание здесь, а в нашем полном распоряжении целые покои.
Парочка посторонилась, пропуская нас в дверь.
– Спасибо вам за Хонора, – вдруг сказала женщина. – Не знаю, что вы с ним сделали, но сегодня он впервые за долгое время заговорил об отце без ненависти и отвращения.
Очевидно, это всё-таки оказалась Лизамна — мать нашего гонористого драконёнка. Хорошая новость. А то я уже опасалась, что, если Хитас изменяет ей тут с кем-то, то нам не простит, что застукали их, и в отместку разболтает о наших ночных шастаниях. Хотя, с другой стороны, трепаться ему вроде и не с руки — только если будет уверен, что всё равно разнесём весть о его адюльтере.
– Сам заговорил? – уточнил Кирилл, остановившись.
– Не совсем. Я застала его со старой игрушкой в руках и спросила, помнит ли он, откуда она у него. Хонор ответил: «Да, медведя для меня сделал отец». Причём произнёс это не просто без всякого негатива, а словно бы даже с тоской.
– Я рад, если наш разговор не прошёл даром, – улыбнулся Кирилл.
– Спасибо вам, – повторил теперь уже сам Хитас.
– Хонора не просто так настроили против тебя, – предупредил Лисовский. – Боюсь, Вазлисар вздумал сделать из него своего преемника. Для чего ему и понадобилось лишить мальчика семьи и внушить тому, что он — изгой. Так что будьте начеку. Вазлисар не из тех, кто легко отступается.
– Преемника? Только не это! – ужаснулась драконица. – Если им нравится всю жизнь проводить в лаборатории — их дело. Но зачем же других в этот бред втравливать?!
– Не знаете случайно, чем они там заняты теперь? – полюбопытствовала я.
– Понятия не имею, – пожала плечами Лизана.
– Но ходят слухи, будто разрабатывают нечто такое, что раз и навсегда покончит с Кодо, – добавил Хитас.
Глава 31
– Господи, да что вам сделали эти Кодо?! – невольно воскликнула я.
– Лично мне ничего, – тут же открестился наг. – Это драконьи разборки.
– Ну а вам-то что? – перевела взгляд на Лизану.
Та пожала плечами:
– Это началось так давно, что причин никто уже и не помнит. Кроме членов Совета, наверное, – добавила она, чуть поразмыслив.
– Видимо, в чём-то обошли по части магии, – усмехнулся Кирилл. – Но ещё триста лет назад речь шла всего лишь о непримиримом соперничестве, а не о смертельной вражде.
– Откуда такая уверенность? – удивились и наг, и драконица.
– Я неплохо знаком со старшим сыном Вазлисара, – поведал шеф. – А у него, как сами понимаете, сведения только трёхсотлетней давности.
– Очень жаль, что он не может вернуться и теперь, – вздохнула Лизана. – Как он там?
– Хорошо. Теперь уже хорошо, – ответил Лисовский. – Хотя пройти, по милости папаши, ему пришлось через многое. Но, кстати, впитанную с молоком матери неприязнь к блондинам он сохранил до сих пор, – засмеялся шеф.
– Как же тогда вы умудрились подружиться? – изумился Хитас.