Lita Wolf – Неземная любовь (страница 32)
— Отпусти меня и сруби крепкую палку, — просипел Лефарт.
Но он уже ушёл в грязную жижу до подбородка. Разожми Зар руку — болото поглотит своего пленника в тот же миг.
Зар помотал головой. Зря он ссадил Марион. Она могла бы… И тут его осенило. Он обернулся:
— Идель, иди ко мне! — Лошадь смотрела на него умными, почти человеческими глазами. — Девочка, ко мне. Иди ко мне!
Кобыла сделала несколько шагов.
— Идель, ближе! Подойди ближе.
Топь явно пугала лошадь. Она тихонько заржала.
— Идель, ко мне! Прошу тебя.
Они глядели друг другу в глаза. Безотрывно. И словно некая связь возникла между ними. Кобыла решилась ещё на шаг, опустила голову. Зар схватился за уздечку.
— А теперь назад, девочка! Назад!
— Зар, боже! — воскликнула Марион в ужасе, едва не лишившись чувств.
— Успокойся, самое страшное позади, — заверил мужчина, подтягиваясь на поводьях.
Идель всё-таки двинулась назад, помогая хозяину. А Марион хлопала её по груди, чтобы пятилась дальше.
Через несколько мгновений Зар и Лефарт без сил распластались на земле, тяжело дыша.
— Господи, Зар, ты же сам чуть не погиб! — Марион разрыдалась. Упала рядом на колени и поглаживала его по волосам, всё заглядывая в лицо. Словно боялась, что он ещё может умереть.
— Зар, спасибо, — произнёс Лефарт, садясь на траве. — Честно говоря, не ожидал.
— Да я и сам от себя не ожидал ещё совсем недавно, — улыбнулся Зар. — Но вдруг понял, что не смогу спокойно жить, если дам тебе погибнуть.
— Спасибо, — повторил Лефарт с самой искренней признательностью.
— Полагаю, нам действительно пора завязывать с враждой.
— Я только за.
Зар протянул ему руку, и они обменялись крепким рукопожатием.
Именно такую сцену застали остальные. Услышав крики Марион, они развернули коней. Сюда Кил привел их по следам лошадей.
— Ба, какая неожиданность! — воскликнул Дэрэлл, узрев нежданное примирение врагов. — Тебе надо срочно переодеться, не то снова разболеешься, — сказал он Лефарту. — И тебе, кстати, тоже, — добавил, переведя взгляд на Зара.
Тот сел. На глаза попалась кобыла Лефарта. Теперь она пребывала в прекрасном настроении и с аппетитом объедала какой-то куст.
— Убить тебя мало! — рыкнул мужчина. — Лефарт, как ты вообще воспитывал эту придурочную?!
Молодой человек воззрился на него немного изумленно:
— Зар, это не моя лошадь. Вы же посадили меня на неё, когда взяли в плен. А мой конь остался на Валлее.
— Мы? — Зар вскинул бровь. Затем усмехнулся: — Ну извини, что так подсуропили.
Как только мужчины сменили мокрые английские одежды на свои валлейские, компания двинулась в путь.
Марион снова ехала с Заром. Кил всё больше мрачнел с каждым взглядом в их сторону. Но девушку сейчас волновало совсем не это, в голову опять вернулась проблема двоежёнства.
Сбежав от старика-мужа, она, получается, вверила себя валлейцам целиком и полностью, возможность вернуться в английское общество для неё потеряна навсегда. Но тогда Марион думала, она что-то значит и для Кила, и для Зара. Верила в их чувства, надеялась быть с одним из них в конце концов. Нужно только услышать своё сердце и выбрать.
А теперь выясняется, что для них понятия «единственная» вовсе не существует. Кил вполне может ухаживать за ней и не отказываться при этом от внимания Эстэлии — такое вполне в их традициях. А Зар… сейчас у него на примете второй девушки нет, но кто сказал, что так будет всегда?
От разочарования хотелось завыть. Это ж надо было настолько обмануться! Настолько быть слепой. Понятно ведь, что от лёгкости их нравов хорошего ждать не стоило. Но нет, она придумала себя благородных рыцарей. А на самом деле, для них не существует вовсе ничего святого, в их головах один лишь разврат.
Хуже всего, что она сегодня чуть не умерла от ужаса, увидев Зара, наполовину зависшего над трясиной. В тот момент ей показалось, что если он погибнет — жизнь потеряет всякий смысл.
И это при том, что уже знала об их обычае двоежёнства. Боже, куда она катится?!
Правда, сейчас его объятия жгли ей кожу словно крапивой, она с трудом выдерживала их — не то что утром. Нет, ни с одним из этих развратников она не будет никогда!
Выходные тянулись невозможно долго. В будние дни Абигейл ещё занимала себя работой, погружалась в неё с головой. Даже когда не было посетителей — ставила перед собой задачи одну за другой и убивала время за их выполнением. Но пустота уикендов терзала, выжигала изнутри. Сердце ныло в безысходности.
С тех пор как они оформили владение замком, Дарк не позвонил ни разу. Иногда присылал по почте две-три строчки о том, что по-прежнему страшно занят на работе. Это больше походило на отписки, а никак не на желание общаться.
Умом Абигейл понимала, что всё кончено — он решил её забыть. Но сердце продолжало тешить надежду. Может, и правда занят, устаёт — ведь помимо текучки нужно подготовить дела к передаче новому директору.
Только в последнее время у неё появилось чувство, что он вообще не собирается в Англию. Передумал. И на замок Самплов плюнул, лишь бы больше не видеться с ней.
Эта мысль резала без ножа, истерзанное сомнениями сердце истекало кровью — Абигейл казалось, что по-настоящему. Нет, она должна выяснить точно, неопределённость хуже всего!
Но в письме он наверняка уйдёт от ответа. Оставался один вариант.
Абигейл взяла телефон, выбрала в записной книжке номер, несколько минут смотрела на него в нерешительности. И наконец нажала кнопку вызова.
Долгие гудки. Может быть, увидев, кто звонит, он вовсе не собирается подходить? Это было особенно обидно. На глаза навернулись слёзы. Но он их не увидит. И она набрала номер снова.
На этот раз трубку сняли.
— Алло, — прозвучал женский голос.
У Абигейл оборвалось всё внутри.
На протяжении нескольких дней Дэрэлл следил за окрестностями замка. В результате выяснил, во-первых, что, его будущая невеста отнюдь не красавица: маленького роста, круглое лицо, обрамленное рыжими кудряшками, тонкий нос, капризный рот, короткие дуги бровей. Во-вторых, у неё в привычке после полудня прогуливаться по лесу верхом, правда, в сопровождении служанки на старой кляче.
Каждый день, что за ней наблюдали, Элиза развлекалась одним и тем же образом: завернув по тропинке за высокий кустарник, пускала лошадь вскачь. Служанке приходилось гнать свою доходягу из последних сил или же потом разыскивать хозяйку, спрятавшуюся где-нибудь в зарослях.
Если это повторится и сегодня, «разбойники» собирались воспользоваться ситуацией.
В половине первого Элиза наконец выехала из ворот замка. Служанка, невысокая симпатичная девушка с русыми волосами, собранными под чепец, и измученным лицом, следовала за ней на почтительном расстоянии. Сейчас они спустятся с холма и въедут в лес.
Будущие грабители затаились в засаде. Вот Элиза доехала до поворота, обернулась — служанка отстала достаточно — завернула за кусты и пустила свою породистую кобылу в галоп.
— Пятый день проделывать один и тот же фортель!.. — пробурчал себе под нос Кил. — Мда, с фантазией у неё точно тухло.
Служанке «шутка», похоже, надоела порядком, и она вовсе не спешила вдогонку за хозяйкой. Но тут позади раздался стук копыт. Девушка успела лишь обернуться, как ее схватили в охапку, стащили с клячи. Она громко вскрикнула, ей сразу зажали рот рукой, а потом заткнули кляпом. Она отчаянно сопротивляться, брыкалась и царапалась, но все усилия пропали даром: нападавший быстро связал ее и оставил на земле.
А сам ускакал следом за ее хозяйкой. Девушка заметила только грязную одежду, нахлобученную на лоб шляпу и платок, закрывавший лицо по самые глаза.
Элиза слышала вскрик, но лишь задорно засмеялась — наверняка служанка так отреагировала на её забавную шутку. Вскоре она сбавила ход лошади, глядя по сторонам и подыскивая место, где бы спрятаться на этот раз.
Вдруг прямо перед ней на дороге возник всадник. Один лишь вид неопрятного громилы в платке, скрывавшем лицо, заставил похолодеть. Элиза дёрнулась развернуть лошадь и помчаться прямиком в замок, но сзади к ней приближался ещё один жуткий тип с обнажённой шпагой. Перепугавшись насмерть, она так и застыла на месте.
Громила подъехал вплотную, навис как гора — необъятные плечи заслонили всё небо. Ручища в замызганной перчатке потянулась к горлу.
— Не вздумай рыпаться! — пригрозил он злобным басом.
От него ужасно разило кислым пивом и луком. Элиза чуть не задохнулась.
— Ух ты, какая птичка попалась к нам в сети, — хриплым пропитым голосом произнес второй разбойник. — Оперение что надо! — острием шпаги он поддел кулон с рубином у неё на шее и омерзительно расхохотался.
Скрутил ей руки за спиной. Веревка больно стянула запястья.