Lita Wolf – Королевский мятеж (страница 31)
— Чтобы потом снова все бросить?! — взгляд мага вмиг похолодел.
— Да нет же!
— Видишь ли, магия — это стиль жизни, а не развлечение от случая к случаю.
— Думаю, я созрел для данного стиля жизни.
Глава 6
Дэрэлл отложил чертеж и взял в руки другой. Эти старинные бумаги он изучал который час кряду. Причем без всякого успеха.
На другом конце длинной комнаты Эстэлия магичила обед. До слуха Дэрэлла уже не раз долетали неразборчивые ругательства. Кухарить принцесса никогда не любила.
Дома, то есть в помещении, которое технари выделили магам в одном из жилых бараков, они находились вдвоем. Сэлдом, Моргрэй и Авира сегодня выполняли свою очередь работ по магинизации Дэстеровского оружия. А Зар и Вентор с самого утра пропадали в лаборатории — помогали технарям усовершенствовать накопители магической энергии.
Дэрэлл положил перед собой следующий чертеж. Все, кроме одного, были схожи друг с другом… но, к сожалению, Дэрэлл решительно ничего не понимал в технических документах.
Все эти чертежи принц украл сегодня ночью у Дэстера. Вчера тот уж слишком поспешно спрятал бумаги в сейф, едва заметив его присутствие. Дэрэллу желание союзника что-то утаить, не понравилось, и он решил ознакомиться с содержанием бумаг. Вскрыть хитроумный сейфовый замок особого труда не составило — не знал Дэстер, что магия это лучшая в мире отмычка. Но дальше магов не ждал успех. Разобраться в бумагах не удалось и всем обществом.
Тогда они решили скопировать чертежи. Всю ночь трудились, перенося на листы линию за линией. Затем состарили новые бумаги. И к утру чертежи снова лежали в сейфе. Правда, такими же, что вчера, они были лишь на первый взгляд. На самом деле конструкторское бюро Дэрэлла изменило на копиях многие детали.
Зачем? Чертежи были очень старыми, очевидно, еще довоенными. Когда Дэрэлл застал технаря за изучением бумаг, на его лице одновременно отражались удивление, озадаченность и почти детский восторг. Ясно, что чертежи Дэстер увидел едва ли не впервые, и они его крайне заинтересовали. А маги так и не узнали, что изображено на них. Но не могли допустить, чтобы в руках у технарей оказались сведения о каком-то разрушительном оружии из прежних времен.
Дэрэлл продолжал упорно перебирать бумаги. Нет, он уже не надеялся разобраться, что означают все эти линии, кружки, треугольники… Но с каждым новым взглядом на чертежи в нем росло ощущение, что они вызывают какую-то забытую ассоциацию. Хотя это более чем странно, ведь даже отец Дэрэлла был еще совсем маленьким ребенком, когда закончилась техногенная война.
Мучительные попытки вспомнить прервал громкий стук в дверь. Принц поспешно сгреб все бумаги и спрятал их в постели, на которой сидел.
— Да открывайте же! — послышался голос Кила одновременно с новыми ударами кулака по двери.
Дэрэлл убрал магический замок. В комнату ворвался Кил, за ним появился Аррил, и мышкой проскользнула Веда, встав у Кила за спиной. Последним вошел… Крэй. При виде королевского советника у принца похолодело внутри.
— Дела совсем плохи? — спросил он, обращаясь к Крэю.
— В общем-то, да, — подтвердил тот. — Сурован направляет армию на Вермиген. Сейчас они, наверное, уже там или прибудут с минуты на минуту.
Дэрэлл потер виски. Значит, Сурован решился-таки на штурм Вермигена. В груди что-то заныло. И перехватывало дыхание. Потерять замок Дэрэлл был не готов. Но ничего не поделать, кидаться в сражение сейчас — безумие. Магинизированного оружия у них еще слишком мало.
— Дэрэлл, — вновь заговорил Крэй. — Вчера во дворце я видел Рамиру.
— Вот как? — поразился принц. — Она что-нибудь сказала тебе?
— Нет. Я к ней не подходил. А приезжала она, как я понял, к Суровану.
— Ну да, откуда ей знать, что ты мой шпион… — опомнился он.
Но что мать забыла у Сурована?
Рамира очень тяжело переживала смерть мужа. И, кажется, винила себя в его самоубийстве. Она все больше замыкалась в себе. А через пару месяцев после коронации Сурована и вовсе покинула столицу, предоставив Абигоре единолично хозяйничать во дворце.
Тогда в компании нескольких фрейлин Рамира обосновалась в глухом уголке владения Джат. Дэрэлл нередко навешал мать, старался как-то поддерживать. Но та чахла на глазах. Даже в магии она больше не находила отдушины. Хотя занималась какими-то экспериментами вместе со своими фрейлинами, безмерно увлеченными магическим искусством, как раньше и она сама.
А года два назад Рамира пропала — однажды просто перестала отвечать на вызовы. Дэрэлл приехал в ее жилище. Но дом выглядел покинутым. Радовало, что он хотя бы не нашел там мертвого тела матери. Однако мысли, что Рамира покончила с собой, не покидали его. Надежду давал лишь тот факт, что на попытки контакта не отзывались и ее фрейлины — вряд ли они могли свести счеты с жизнью за компанию с королевой.
И вот теперь, спустя два года, Рамира вдруг объявилась в Адэлоре — ни слова не сказав сыну. Впрочем, в последнее время он ведь сам не отвечал на предложения магической связи…
— А он что здесь делает?! — прервал размышления принца изумленный голос Зара. Тот смотрел на Крэя.
— Об этом они с Килом тебе потом расскажут, — сказал Дэрэлл. — А ты вовремя! Зар, головой отвечаешь вот за это, — он отогнул край постели, под которой были спрятаны чертежи. — Глаз с них не спускай!
— Не беспокойся, будут в целости и сохранности, — пообещал Зар. — А ты что же, уезжаешь?
— Возможно…
Дэрэлл уже вызывал мать.
«Кто?» — услышал он знакомый голос почти сразу.
«Мама, это я. У тебя там агентов Сурована нет?»
«Нет».
«Тогда я сейчас перейду».
Он начал создавать переход.
Рамира встретила сына возле небольшого каменного дома, стоявшего на краю поляны в густом тропическом лесу. С последней их встречи в ней произошли разительные перемены — в том смысле, что мать стала прежней, какой была до смерти отца. Дэрэлл с радостью отметил этот факт про себя. Здесь, на лоне дикой природы, Рамира выглядела даже еще прекрасней, чем когда-то во дворце — высокая, стройная, с такими же, как у Дэрэлла, роскошными волосами, сейчас она буквально излучала жизненную силу. Почти черный цвет выразительных глаз тоже достался принцу от матери. Однако, при очевидном сходстве, ее копией он не был — его внешность собрала в себе лучшие черты от обоих родителей.
Рамира неплохо загорела под тропическим солнцем. Хотя кожа у нее всегда была довольно смуглой. Отметил Дэрэлл и еще одну перемену. Сейчас при матери не было оружия, с которым раньше она не расставалась — длинного меча с зазубринами в верхней части клинка и рукоятью в виде дракона с распахнутыми крыльями. Кстати говоря, когда-то именно Рамира, появившись при дворе со своим оружием, ввела моду на мечи с гардами в виде различных животных и птиц.
— Где мы? — поинтересовался Дэрэлл, сжимая мать в крепких объятиях. — Кажется, это не Джат.
— Мы посреди Великого океана, на острове Файниз. Я три месяца по несколько раз на дню пыталась связаться с тобой. Но ты не отзывался. — Рамира отстранилась.
Обижена? Потрясающе! Два года полного молчания, а теперь она же еще упрекает. Да он за эти два года чего только ни передумал, раз десять похоронил мать.
— Угадаешь — почему? — язвительно улыбнулся сын. — А вот что тебе мешало приехать в Вермиген?
— В Вермиген? — растерялась Рамира. — Я была уверена, что найду там лишь войско Сурована, осаждающее замок.
— Сейчас найдешь именно его. Но еще пару часов назад обнаружила бы там Кила. Ладно. Почему ты скрывалась два года?
Рамира бросила на сына какой-то странный взгляд. Дэрэлл почувствовал, как она напряглась внутренне. Но вместо ответа мать произнесла:
— Я приезжала в Адэлор за день до вашего мятежа. Хотела съездить в Вермиген следующим вечером. Но тут услышала о восстании…
«Так вот почему до сих пор Сурован даже осады замка не начинал. Он думал, что я тоже виделся с матерью. А значит, в случае чего, вызову ее на контакт и уйду через переход раньше, чем они начнут штурм. К родственникам и друзьям всех остальных братец наверняка приставил соглядатаев. Но заставить Рамиру сдать сына он бы и пытаться не посмел. А вчера, как видно, выяснил, что мать меня так и не разыскала — и сразу решил штурмовать Вермиген».
— Дэрэлл, ты меня слышишь? — Рамира тронула его за руку.
— Прости, задумался.
— Может быть, вина — за встречу?
— Не откажусь.
Она вынесла из дома на стол под окном бутылку и плетеное блюдо с фруктами. Дэрэлл распечатал вино — просто поставил ладонь над горлышком, пробка сама поднялась ему в руку — и наполнил бокалы. Затем сел в одно из плетеных кресел. Рамира опустилась в другое.
Интересно, почему кресел возле стола всего два? Вряд ли мать успела подготовиться специально к его приходу. Теперь с ней осталась лишь одна фрейлина? А куда подевались еще пять? Вопрос вертелся на языке, только у Дэрэлла было предчувствие, что путного ответа он не получит.
— Не хочешь нам помочь? — поднял он совсем другую тему. — Или предпочитаешь издали наблюдать: кто же из нас выживет?!
— Нет, я не стану вмешиваться. — Рамира решительно покачала головой. — Я обещала Фарготту, что приму его выбор наследника, и не могу нарушить свое слово. Кроме того, лично к Суровану у меня претензий нет. А в том, что в матери ему досталась отпетая стерва, вина никак не его.