Лита Буда – У тебя минута (страница 6)

Достала альбом для скетчинга и простой карандаш. Образ рисунка сложился сам собой: когда я злилась, всегда рисовала отца. Настя говорит, что таким образом я сосредотачивала весь свой гнев на нем, все свои обиды, когда не с кем было поделиться болью или неудачами, а так хотелось разделить это с кем-нибудь, ведь в детстве я именно ему рассказывала, что Мишка из моего класса дергал меня за волосы, а Юля дразнила за длинную шею. Сейчас отец живет отдельно, у него другая семья, мы не общаемся. Хочется иногда, как раньше, поделиться с ним своими переживаниями, но ему давно нет до меня никакого дела. От этого и больно. Я рисую его на бумаге, чтобы хотя бы его образу излить свою боль.

– Прогуливаешь? – Внезапно раздалось справа. Я обернулась и выронила карандаш от удивления. Рядом со мной стоял тот самый блондин из злополучной квартиры Матвея и откровенно нагло пялился в мой альбом с наполовину готовым рисунком.

Я молча вскинула правую бровь и уставилась на него, пытаясь своим видом дать понять, что как минимум удивлена его неожиданной компанией.

– Красиво, – он кивнул на рисунок. – Кто это?

– А ты кто? – Грубо спросила я. Вежливость покинула чат.

– Я Илья. Слушай, я извиниться подошел. – Блондин нагнулся и подобрал оброненный мною карандаш. – Ну, за ту ситуацию с пиццей. Пацаны обдолбались тогда, дичь творили.

– А ты не возражал. И не заступился. – Тихо пробормотала я, отворпачиваясь. Но он услышал.

– А я не заступился. Я дятел. Прости пожалуйста. Пусть это будет мне напоминанием на всю жизнь, какой я идиот, – он заискивающе посмотрел на меня.

Чертов красавчик, еще и глаза состроил как у кота из Шрека. Ну как так можно!? Зачем он вообще подошел? Мне было бы проще ненавидеть их всех на расстоянии.

– Так, что, мир? – Он протянул мне руку.

Пожать?

Смотрю в его глаза. Они не такие выразительные, как у его друга, но тоже залипательные. Поплыла.

– Все нормально, считай, что ты прощен, – ответила я, но руки убрала в карман толстовки. Он заметил мой жест и усмехнулся одним уголком губ.

– Но руки мне не подашь. Да?

– Знаешь… – начала было я. Но тут мы услышали, как Илью кто-то окликнул, и оба повернули головы на источник звука.

Ну конечно, кто же еще. Они ведь друзья. Илья и… эти дурацкие синие глаза. Матвей быстрыми шагами приближался к нам, злой, как черт. Встал не с той ноги? Или вообще не спал, судя по уставшему лицу и растрепанным волосам, будто он их специально взъерошил.

– Я же говорил тебе. Зачем? – Начал он пока не понятный мне диалог с Ильей, совершенно не глядя на меня.

– Ничего не происходит. Не суетись, – лениво ответил ему Илья.

Матвей зыркнул на меня гневным взглядом, а потом махнул головой Илье, предлагая следовать за ним.

– Пока, детка, – подмигнул мне Илья и, оттолкнувшись от стены, которую подпирал при разговоре со мной, направился за другом.

Я не стала отвечать. Просто молчала и смотрела им вслед. Уже почти завернув за угол, Матвей обернулся и посмотрел на меня усталым взглядом.

От прозвеневшего звонка я вздрогнула. Стали открываться двери аудиторий, и в коридор хлынул поток студентов. Я разглядела среди них яркую крашенную в холодный блонд макушку Насти и пошла к ней.

Почему-то не захотелось рассказывать об утренней встрече. Не то, чтобы я от нее что-то утаиваю, мне и рассказать-то не о чем, кроме самочувствия мамы, но вот обсуждать ту субботнюю историю я была не готова. Мне вдруг показалось это чем-то постыдным. Я не знала, как на эту историю отреагирует Настя. Ее сексуальный опыт богаче моего уж точно, с учетом, что у меня его вообще нет.

«А мог бы случиться», – иронично подкинул мысль внутренний голос.

Не думаю, что она бы меня осуждала, да и осуждать тут нечего, я виноватой себя не считаю. Но она не всегда умеет держать язык за зубами, сначала говорит, а потом думает. Не хватало еще, чтобы по ее неосторожности об этой истории узнал кто-то еще.

Настя вообще довольно романтичная натура – легко влюбляется, привязывается, потом страдает, когда оказывается, что ее очередной объект привязанности не питает к ней взаимности. Она остро переживает примерно неделю, а потом идет зализывать раны в какой-нибудь клуб, где снова влюбляется. И все по новой. Мне же достается роль той самой жилетки и свободных ушей. Может, мы и нуждаемся друг в друге поэтому – ей не хватает рациональности в жизни, а мне порой так хочется эмоций, чтобы почувствовать себя живой. А в ее рассказах мое воображение всегда очень живо начинает работать и дорисовывать ее истории до романтических, проживать их вместе с ней. Раз уж в моей жизни романтике не место.

А почетное место в моей жизни отдано работе. Вот о ней я Насте как раз и поведала.

Волнение перед первым рабочим днем меня все же немного одолевало. Но, как оказалось, напрасно. Катя мне во всем помогала и подсказывала. Меню я выучила довольно быстро, да и справлялась с обслуживаем вполне сносно. Так что домой после смены я ехала хоть и уставшей, но довольной.

Нужно проверить перед сном, все ли готово к предстоящей практике. Все-таки, практика в такой большой строительной компании – это отличная возможность получить много новых знаний. У меня нет полезных знакомств и связей, которые могли бы мне помочь устроиться в жизни. Рассчитывать нужно только на себя. И хотя учиться мне еще два года, я могу начать проявлять себя уже сейчас. С этими мыслями я уснула, едва голова коснулась подушки. И нет, я совсем не думала о синих глазах, что периодически наблюдала смотрящими на меня в перерывах между лекциями.

Глава 7

Матвей

Весь вторник я впахивал с отцом на стройке, так что об универе даже мыслей не возникало. А потом мы полночи разбирались с документами и готовили презентацию для инвесторов.

Так что утро среды оказалось для меня не самым лайтовым. Но я все же собрался в универ, хотя бы ко второй паре.

И так совсем немного осталось до выпуска. Еще два месяца – и выходим на диплом, ездить в универ уже не надо будет, а дипломная работа почти готова. У Отца в офисе работает очень услужливый персонал. Леночка из кадров вот готова не только мне диплом писать, но и постель мою согревать по ночам умудряется. Очень разносторонний специалист.

Вот только в коридоре универа, где я заметил Илью, подкатывающего к моей мышке, мое и без того не самое радужное после бессонной ночи настроение полетело к херам.

– Илья! – Окликнул я его. Ну просил же.

Подхожу ближе, стараясь не смотреть на мышь. Но краем глаза все равно отмечаю, что она опять в своей толстовке. Зачем так портить себя этой уродской вещицей?

– Я же говорил тебе. Зачем? – не смог удержаться от вопроса, но старался задать его так, чтобы Лера не поняла, о чем речь.

– Ничего не происходит. Не суетись, – Илья понял мою мысль.

Махнул ему головой, давая понять, что нам пора отчаливать.

– Пока, детка. – Не удержался этот засранец.

Он порой меня так бесит. Но, несмотря на все его закидоны, он все равно мой лучший друг. Единственный, на кого можно положиться. И хоть сейчас он якобы пытается подкатить к Лере, я знаю, он меня услышал.

– Ты в офисе вчера пропадал что ли? – Поинтересовался друг, не давая мне развить тему беседы, касающуюся мышки.

– Отец просил помочь на работе. Практиканты еще какие-то нарисуются скоро, – делюсь с ним новостями.

– Какие-то… да наши же, второй курс. Давай, научи их там как следует. Направь, образумь, подчини, – хохочет этот клоун.

И мне вдруг нестерпимо захотелось, чтобы Она оказалась среди этих практикантов. Вот кого бы я с удовольствием подчинял день и ночь.

Моим мыслям, к счастью, не суждено было развиться, потому что на меня налетело облако приторно-сладкого парфюма Кристины и, собственно, она сама.

– Привееет! – жизнерадостно повисла у меня на шее девушка. – Где ты пропадал вчера? И не звонил, – надула она свои и так раздутые губы.

– А должен был? – Отцепил ее руки от своей шеи и продолжил идти по коридору. Илья молча ухмыльнулся, но продолжил идти рядом. Он как никто понимает меня и знает, что все эти бабские разговоры и сюсюканья я не люблю и продолжать эту тему не стану. Лучше молча зайти в аудиторию и сделать вид, что мне крайне интересно слушать Игоря Валерьевича, по совместительству моего троюродного брата, которого я недавно замещал у второкурсников.

Игорь – тот еще ушлый тип. У самого жизнь личная кипит, застрял где-то за городом после выходных, а меня попросил развлечь его студентов. Ну ничего, зато теперь он у меня в долгу, а я этим еще обязательно воспользуюсь. Только начерта я вообще тут сижу, если он мне и так все экзамены проставит? Хочется обманывать себя и сказать, что обещал отцу, но мозг упорно выдает мне ответ. Сладкие губки моей мышки не дают мне покоя. И пора уже принять решение: либо она занимает место Кристины, либо нужно выбросить ее из головы.

Только как ее выбросишь, когда мы весь день то и дело встречаемся взглядами в коридорах универа. Лишь когда заканчиваются занятия и я резко срываюсь с парковки в сторону тренажерки, меня отпускает. Выпустить пар, отпустить все мысли – вот зачем мне сейчас мой тренер и пару часов в боксерских перчатках.

Вдоволь выпустив пар, направился к пацанам в автосервис. Андрей с Жекой организовали неплохой бизнес. Сначала ремонтировали тачки сами, теперь уже, конечно, наняли спецов – от автоэлектриков до кузовщиков. Уровень, конечно, у них сейчас высокий. На парковке перед сервисом ждут своей очереди на ремонт довольно дорогие машины, чьи криворукие хозяева порой разбивают своих ласточек в мясо. Но у ребят не ручки – золото. После их работы машинки возвращаются к нерадивым водителям почти как новенькие. А кошелечки Андрюхи и Женьки значительно увеличиваются в размерах. Они поднимались сами, без папочкиного бабла, за это я их и уважаю. Сам-то я не могу пока похвастаться самостоятельным заработком. Гребаный мажор, ага. Но меня это не парит.