Листратов Валерий – В Интересах Рода (страница 9)

А в других местах, Пятна – собственность Родов Одаренных. Если Род владеет хотя бы малым Пятном, то он один из Великих. Поэтому всё вынесенное из Пятен покупается Родами или Императором. И всего мало.

Таких же как наше Пятно на территории Руси всего два. Это и под бывшим Смоленском. Но там такое лютое зверье из пятна лезет, что после разрушения города рядом цепь крепостей поставили. И родовичи, и простые одаренные после обучения обязаны там отслужить по году-двум.

Егерь под разговор, споро обирает куст. Я поднимаюсь и иду к землянике.

– Ты знаешь, лучше не собирай ягоды. Если только поесть. Я сам соберу. – говорит. – ты лучше по поляне пройдись, может что найдешь. Только осторожнее. Все-таки мы здесь гости.

– Ничего, Лис говорит, что рядом даже мелких животных нет. Точнее может и есть, но попрятались. – я набираю ладонь ягод и иду по поляне. Замечаю взгляд егеря на горсть ягод. – Что-то не так?

– Нормально все, – вздыхает, – просто вот в твоей горсти примерно на пяток золотых земляники.

– Вот тоже вопрос. Пять золотых это много или мало? – спрашиваю.

– Двадцать это, например, мое жалование за год примерно. Или мастер-оружейник столько может заработать за пару месяцев. Но вообще, на двадцать золотых можно не в столичном городе спокойно год прожить.

Я смотрю на свою ладонь.

– Может я ссыплю к тебе? – удивленно говорю, – а почему такая цена?

– Нет, не надо. Мы шаманские туески с холодом и так заполним. А просто так набирать смысла нет. Они портятся как обычные ягоды, – он опять вздыхает. – А дорого потому, что из них зелье здоровья делают. Одна ягода на порцию. А зелье меньше чем за ползолотого не купишь. Раз в год принял, и не болеешь почти, и заживает все первое время как на собаке. Так что лучше съешь. Точно на пользу пойдет.

Я следую совету егеря. Ягоды необыкновенно вкусные. Иду вокруг поляны, и меня отвлекает от разглядывания Лис.

– Там в четверти часа отсюда, спит небольшой кабан. Один. Светится. Может возьмем? Только чур мое сердце! – взволнованно предлагает, – дорогу покажу, вы пройдете.

– Степан, – говорю, – Лис нашел рядом небольшого светящегося кабана, что бы это ни было. Одного, без семьи. Предлагает взять. Дорогу он проверил, я в общем тоже готов. Только на сердце претендует.

– Плохая примета делить не убитую добычу, – качает головой егерь. – но взять надо, раз сама идет. Так, грибы-ягоды оставляем здесь. Перед кабаном пусть твой напарник предупредит. Тихо идем, первый выстрел твой, я встречаю рогатиной, ты добиваешь. Вроде должно получиться несложно. Пошли.

– Только я пойду первый, на всякий случай, хорошо?

– Конечно, я тогда очки уберу, буду тебя страховать. И обращай внимание на предчувствия. – смотрит на меня егерь. – Охота это конечно хорошо, но не главное в этом походе.

Я иду по Волшебному для меня лесу и чувствую себя дома. Ощущение невероятное. Я каким то образом понимаю, что в этом месте, мне могут угрожать только если я сам нападу. И только в ответ. Лес почти вслух говорит мне, что я ему понравился. И он хочет подружиться. Что он первый раз видит разумного, с кем может общаться, и что он хочет играть. Улыбка сама наползает на лицо. Удивительно, я ощущаю Лес не просто живым и разумным, но и совсем ребенком.

Я остановился и спросил мысленно про кабана. В ответ получил отчетливую эмоцию, что это жизнь. Если не нарушать порядок, то в охоте Лес ничего плохого не видит. Но напарника моего, тут возник образ егеря, только терпит, и только потому, что он со мной. Я обращаюсь к ядру и запускаю таких же бабочек, как и сестре в свое время. От Леса приходит яркое чувство любопытства и какой-то радости. Ко мне же приходит образ поляны, на которой мы оставили ягоды, и осознание, что нужно посмотреть в центре, там для меня что-то есть.

«Неожиданно, – громко думаю в сторону Леса я, – но это не нужно! Мне просто хорошо здесь!»

Приходит понимание, одобрение, но и настойчивое предложение посмотреть.

Егерь ничего не говорит, молча стоит и ждет моих действий. Видимо что то понимает такое, чего не понимаю я.

Из-за небольших зарослей выходит Лис.

– Вон за теми деревьями поляна, кабан там, спит. – говорит.

– Опасных мест Лис не видит, – тихо шепчу Степану. – Места изломов далеко – на том, – показываю, – и на том конце поляны. Между ними не вижу ничего опасного.

– Хорошо, тогда ты тихо идешь, правее, – показал егерь рукой, – что бы ветерок шел от зверя к тебе. Стреляешь не раньше, чем я его спровоцирую, и не дальше двадцати шагов. Все, поскакали.

Поначалу все идет именно так, как и задумывалось. Я приближаюсь на нужное расстояние, держа зверя на периферии зрения. Небольшой, примерно полутораметровый кабанчик, действительно в зрении Духов светящийся как лампочка. Я на мгновение переключился. В обычном зрении, кабанчик невзрачен. Серо-коричневая шерсть, небольшой рост – ничего не привлекает внимания. Переключаюсь обратно. Зверь спокойно лежит под деревом, скорее всего отдыхая после ночных поисков еды.

Степан, видя что я на позиции, дожидается сигнала, и несильно свистит привлекая внимание кабана. Тот резко поднимает голову в сторону егеря, а для меня открывается идеальная точка выстрела. Выстрел попадает ровно туда, куда я целился – между ухом и глазом. Да и сложно было не попасть с такого расстояния. Только вот потом, все идет не по плану.

Болт арбалета, с такого расстояния пробивающий железную пластину, абсолютно не вредит кабану. Голова мотается от удара. Кабан резко вскакивает и с места несется на Степана.

Тот спокойно делает шаг в сторону и принимает животное на рогатину.

Вот только кабану на это плевать. Рогатина, как и болт до этого, соскальзывает со шкуры зверя, а кабан проскакивает дальше. Метров через пять, он резко разворачивается на месте.

Степан отбрасывает рогатину и вскидывает ружье.

Тут же выпрыгивает сбоку Лис, с гало ломающейся реальности на челюстях, и врезается в животное. Сам Лис кабану не повреждает ничего, а вот аркан заставляет на секунду застыть.

И этой секунды хватает Степану для выстрела с пяти метров. Егерь попадает в маленький глаз зверя, останавливая его уже насовсем.

Животное заваливается набок, громко в последний раз вздохнув.

Степан медленно обходит животное, и подойдя с стороны задних ног проверяет его состояние. Убедившись в его смерти, он наклоняется, и удивленно присвистывает.

– Ты смотри, у него шерсть железная, или просто похоже.

Я подхожу ближе. Кабан продолжает светиться весь, только слабее, но особенно выделяется область сердца.

– Будем свежевать здесь? – спрашиваю.

– Нет, его надо бы отнести целиком к шаману. Такое редко из Пятна приносят, все больше мелких зверьков. Вдвоем мы справимся. Только сердце стоит отдать твоему Лису сразу. – он с трудом надрезает шкуру и достает сердце. Я беру его в руки, и чуть не роняю, так как оно медленно бьется.

Лис подходит и аккуратно касается сердца кабана. Сердце вспыхивает маленькой лампочкой и рассыпается темными хлопьями. Свет же как бы впитывается в фигуру Лиса.

– Благодарю, – говорит Спутник, – я как чувствовал, что с тобой расти буду очень быстро. Мне для проявления второго хвоста осталось совсем немного.

– Ну поздравляю, наверное, – говорю. – Правда сомневаюсь, что такие охоты будут часто.

– Поздравляешь правильно, – улыбается напарник, – духи медленно взрослеют. Мы особо времени не понимаем, вот и растем, когда что-то меняется, мы едим, например, или нас едят. А вот вместе с тобой у меня много полезного появилось. Но, я чувствую, что я тебе тоже много дам. Только надо чуть подождать.

– Предлагаю уходить, – говорит Степан, – я кабана подвязал к рогатине, вообще, так делать не надо, все-таки оружие, но как временное решение пойдет.

Мы вместе поднимаем переноску на плечи и идем в сторону временного лагеря.

– Так, на обед будет волшебная кабанятина, – улыбается егерь, сразу как дошли до поляны. – Никогда такой не пробовал, и вряд-ли попробую. Тут дикий чеснок я видел, так что будет точно вкусно. Только давай кабана на границе пятна от крови освободим, неспокойно мне что-то.

Мы переходим видимую границу Пятна, и егерь подвешивает кабана, что бы слить кровь. Выливает остатки воды из основного меха в малую флягу. Из коры делает небольшую воронку. Ставит это все под кабана и надрезает артерии, что бы спустить кровь.

– Поедим всухомятку. Воды у нас в обрез, но уж очень не хочу оставлять кровь в овраге. Наверняка тоже чего то стоит. А до стойбища нам недалеко. Сходи, поищи хворост. Нам немного надо. Я пока место под огонь приготовлю.

Егерь очень аккуратно снимает кусок дерна, в стороне от деревьев выкапывает ямку, в которой планируется костер.

Я приношу хворост, предупреждаю Степана и возвращаюсь на поляну Волшебного Леса.

В центре поляны лежит большой странный орех. Примерно с мой кулак. Я забираю его и тут же приходит понимание, что его можно посадить не сразу. Этот орех может лежать веками, но посадить стоит. Это как бы просьба от Леса. Я мысленно соглашаюсь. Когда пойму что и где у меня в планах, вот тогда и посажу там, где буду жить. И в ответ ловлю эмоцию довольства. Этот вариант отлично устраивает Лес.

Наш странный разговор прерывает Спутник.

– Я пробежался здесь. На расстоянии минут пятнадцати никого вам опасного нет. Но мне совсем не спокойно. – немного нервно говорит Лис. – В воздухе какое то напряжение висит. Может пойдете?