Лисса Рин – Последний призыв (страница 61)

Я грубо оттолкнула ее ладонь.

– Ты исчезнешь из жизни смертных навсегда? – задала я риторический вопрос, лихорадочно соображая, в чем подвох.

Велиала солгала и контракт не разорвет? К такому мы с Мирейной как раз и готовились, изрисовав и здание, и эту палату контролирующими глифами да запирающими барьерами, а в укромных местах еще и парочку поморников заготовили.

Велиала солгала и вместо контракта попытается уничтожить Мелис? К этому готовилась уже я и, управляя телом Мелис и используя подаренные Хозяином Закрестной земли благословенные артефакты, поставила вокруг койки такую защиту, что, думается, не поздоровится даже Багровому, вздумай тот пересечь черту.

Велиала не солгала и контракт все-таки разорвет? К такому я готовилась меньше всего, но это ведь именно то, чего мы и добиваемся!

– Верно, – ласково ответила Велиала, и ее зрачки снова сузились. – Как и ты.

А вот к такому исходу я оказалась не готова. Если честно, даже мысли не было, что манипуляции с Крифтой могут привести к чему-то подобному. Я предусмотрела все для безопасности Мелис и своих компаньонов, но совершенно позабыла о самой себе.

– Такого ты не предвидела, верно? – словно прочитав мои мысли, довольно улыбнулась Велиала. – Ты всего лишь частица ее души. – Она кивнула мне за плечо. – Осколок искры, образованный в результате мощного Морового отражения. И как думаешь, куда денется этот осколок, если я устраню причину раскола? Ты исчезнешь, – сладостно прошипела Велиала и обернулась к оцепеневшему Андору. – Ты же не против ее потерять?

Андор растерянно посмотрел на меня. Цепи, окружавшие Велиалу, безвольно провисли. Она расплылась в победной ухмылке.

В груди что-то болезненно схлопнулось, пронзив насквозь жутким предчувствием.

– Нет, Андор! Не слушай ее!

Он встрепенулся, но было поздно: Велиала рванула прямо к Мелис.

– Андор! – крикнула я, в последний момент вцепившись когтями в хвост Велиалы и изо всех сил потянув на себя.

Она неистово зарычала, извернувшись в воздухе, и этой доли секунды хватило, чтобы Андор снова натянул цепи вокруг нее. Я же резким взмахом руки подняла солевую пыль, окружив ею зашипевшую от боли Велиалу. Андор рубанул воздух обеими руками – и цепи потянули ее, рычащую и извивающуюся, обратно к центру палаты.

– Рей! – рявкнула я, взмахнув кулаком в сторону окон.

Повинуясь безмолвному приказу, ранее невидимые глифы засверкали и, шипя и искрясь, точно живые, поползли по стеклу. Окна натужно зазвенели и разлетелись на сотни острейших осколков, устремившихся вслед за ворвавшейся в палату Мирейной прямо к Велиале. Андор мгновенно преодолел мой барьер и, сдавленно ругаясь от боли, распахнул огромные кожистые крылья, заслонив меня и Мелис от оставшихся осколков.

– Андор, ты…

– Я в порядке! – отрывисто рявкнул он, натягивая цепи и не обращая внимание на то, что все его тело, окруженное мельчайшими частичками соли, покрылось черными бугристыми рубцами.

– Листа!

Вздрогнув, я ринулась к Велиале, над которой зависла Мирейна, с трудом удерживающая в руках черную пульсирующую сеть, а в сети – разъяренную демоницу. Я протянула ладонь, и край сети послушно скользнул мне в руку. Мы с Мирейной синхронно натянули нити, и они, жесткие и ядовитые, впились в эфир Велиалы.

– Мой же помор и против меня? – прорычала она и распахнула крылья, разорвав сеть, словно паутину.

Мощной горячей силой нас отшвырнуло прочь, но, переглянувшись, мы победно ухмыльнулись. Крылья! Наконец-то она явила самое уязвимое для демона и ценное для любого предвечного. Дело осталось за малым – покрыть крылья мощным помором, лишив Велиалу статуса, силы и вечности.

Я протянула ладонь Мирейне для совместной работы, но она, явно окрыленная быстрой победой, уже вскочила и ринулась обратно на Велиалу в одиночку.

– Рей, стой! – заорала я, заметив занесенную руку Велиалы с заострившимися когтями, с которых падали вязкие черные капли.

– Не доросла еще, – прорычала она, и когти с жутким хлюпающим звуком вонзились в грудь Мирейны.

Она вскрикнула, тут же ее грудь объяли вылетевшие из зеркала алые плети и потащили Мирейну назад.

– Не смей поворачиваться ко мне спиной, тварь! – рявкнула я и уперлась руками в пол, по которому к Велиале поползли черные глифы.

– Ты в порядке? – на плечо опустилась тяжелая ладонь, но я не ответила, полностью сосредоточившись на глифах.

Ноги Велиалы плотно скрутили черные цепи, а тело – багровые плети, но взбешенная дер Шакс без труда разорвала путы крыльями.

– У этой швабры что, бесконечный запас эфира? – пропыхтел Арес в зеркале, воссоздавая все новые и новые плети.

Андор встал передо мной, отгородив от разъяренной Велиалы. И полностью потеряв из поля зрения разъяренную меня.

– Тогда попробуем… что? Стой! Листа!

Но я уже подлетала к Покровительнице, которая словно только того и ждала: развернувшись, она впилась когтями мне в горло. Я натужно захрипела, в отместку вонзив когти ей в руки. Она мерзко захохотала, явно не испытывая никакого дискомфорта от моего захвата.

Впрочем, цель была совсем другой.

Я попыталась снова сосредоточиться, краем глаза заметив черную тень, но меня тряхнуло, как нерасторопного беса, и горло пронзила страшная боль.

– Назад! – рыкнула Велиала, выставив в сторону свободную руку.

Андор и оклемавшаяся Мирейна застыли буквально в двух шагах от нее. Скосив глаза, я не без труда разглядела в руке Велиалы почерневшую фигурку ангелочка.

– Одно лишь движение, – промурлыкала Велиала, с силой сдавив мое горло и статуэтку. Я захрипела, а статуэтка треснула. Велиала подтащила меня к своему перекошенному от злости лицу. – Тебе просто нужно было убить этот сосуд, пока я давала тебе шанс послужить самой Приближенной. Но теперь…

– Какой еще Приближенной? – с трудом прохрипела я и окинула ее презрительным взглядом. – Тебе это больше не светит.

– Что? – Велиала недоуменно на меня уставилась. Но вдруг закричала и выгнулась всем телом назад.

– Говорила же, не поворачивайся ко мне спиной, – зло прошипела я, усилием воли разгоняя помор по спине и крыльям Велиалы.

Она рыкнула и попыталась обернуться, но ее ноги намертво приковали к полу цепи и плети. Сделав еще одно усилие, она сгорбилась с намерением свернуть крылья – ее глаза расширились от изумления и ужаса.

– Что, не убираются? – с издевкой просипела я, покрывая ее крылья разъедающим помором, и щелкнула пальцами.

– Проклинающему да воздастся, – произнесла за ее спиной Мелис, озвучивая мое истовое желание.

Велиала громко заорала, затем яростно зарычала.

– Нет! – пронзил воздух отчаянный вопль Мирейны.

– Листа! – Мою грудь обхватили крепкие мужские руки и потянули назад, но было поздно.

В руке Велиалы что-то жалобно хрупнуло. По палате пронесся ледяной ветер.

И пришла тьма.

Эпилог

Облаченная в пушистую, мерцающую на зимнем солнце мириадами льдистых огоньков снежную шубку, летняя кухня выглядела особенно торжественно. Аккуратно и со вкусом развешанные девичьими руками гирлянды весело переливались, мигали и искрились, напоминая о непростых, но полных обволакивающим теплом и домашним уютом днях тихого счастья. Счастья, которое рождается в незначительных, но памятных мелочах вроде ароматной кружки горячего шоколада, согревающего ненастным зимним вечером, или задорного смеха, пронизывающего серые снежные будни звонкой мелодией праздника.

Праздник давно прошел, но у Торена просто рука не поднималась убрать заботливо развешанные сестрой елочные игрушки и гирлянды. И даже свисающая с козырька дохлой гадюкой мишура, которую он постоянно задевал макушкой, оставалась абсолютно в том же положении, в каком ее поместила небрежная рука своенравной сумеречной, не имевшей ни малейшего представления ни о земных праздниках, ни о чувстве стиля.

Торен разлил горячее молоко в две чашки и потянулся к блюдцу с шоколадной стружкой, но, взглянув на пустующее кресло напротив, замер. Сердце гулко застучало.

– Скучаешь по ней?

Торен вздрогнул и мрачно покосился на появившуюся прямо из воздуха миловидную брюнетку с изумительной красоты кошачьими глазами.

– Я тебя не звал, – недовольно буркнул он, наблюдая, как Мирейна присела и принялась возиться с одной из чашек.

Торен вздохнул и потянулся к чашке с намерением забрать пока еще не испорченный напиток, но остановился, невольно залюбовавшись неуклюжими действиями Мирейны. Совсем как Листера когда-то, сотворившая свое первое шоколадное на вид и отвратительное на вкус пойло.

– Меня не обязательно звать – достаточно показать Переход, – хвастливо заявила Мирейна и посерьезнела. – Тебе нужно приготовиться. – Она бросила настороженный взгляд на заиндевевшие окошки кухни. – Если все пройдет не по плану – я стану наименьшей из твоих проблем. – Ее когти заострились, а явившийся из-под плаща кончик хвоста нервно задрожал.

– Если все пойдет не по плану – ты вообще перестанешь быть проблемой, – буркнул Торен и коснулся подавляющего браслета.

За окном потемнело, а легкая поземка сменилась злой хлесткой метелью. Стекла задрожали под чьим-то злым напором.

Торен и Мирейна вскочили и встали на изготовку, напряженно следя за вибрирующей деревянной дверью. Торен щелкнул браслетом и поднял запястье, наведя его на дверь. Внезапно зеркало на стене тихонько задребезжало и покрылось грязной мутной рябью, в которой мелькнули злые глаза.