Лисса Рин – Последний призыв (страница 42)

Торен удивленно посмотрел на Андора. Было что-то странное, даже неестественное в разговоре, обе стороны которого, все еще находясь по разные стороны мироздания, вдруг сошлись целью и интересом в скромной, тускло освещенной палате обычной смертной.

– Ее иммунитет на пределе возможностей. – Торен сглотнул подступивший ком. – И что стало причиной такого сбоя, ответить не могут. Есть вероятность, что теперь ей предстоит длительная и непростая терапия.

– Ну еще бы, – небрежно выплюнул сквозь зубы Андор. – Откуда им знать, что ее братику вздумалось поиграть с другой стороной.

– Откуда ее братику было знать, что вмешается цербер? – спросила тьма в углу палаты, опалив злым огнем подавленного Торена у кровати и хмурого Андора у окна.

– Ему повезло, что это был именно я, – парировал Андор. И снова ни ироничной издевки, ни вычурного самодовольства. Всего лишь констатация факта. – Будь на моем месте другой Страж, все закончилось бы гораздо раньше. Для вас обоих.

– Вот только на больничной койке сейчас лежим не мы, – огрызнулся Торен, смело выдержав тяжелый взгляд Андора. – И не нам теперь жить с сильнодействующими препаратами до конца своей жизни.

– Верно. Там лежит тот, кому хватило ума с этим не связываться. – Лицо Андора посерело, заострилось и будто окаменело.

– А вам хватит ума не усугублять положение? – жестко рубанула тень в углу. – Или у обоих эго на корону давит?

В палате повисла гнетущая тишина. Казалось, сам воздух накалился, застыв на границе противостояния двух миров. Одно неосторожное слово, движение, даже взгляд – и в комнате разразится настоящая инфернальная буря.

Торен покачал головой:

– Я должен был порвать привязку гораздо раньше.

В густой тишине раздалось тихое рычание. Из противоположного угла палаты отделился сгусток тьмы и в мгновение ока оказался прямо перед Тореном. Он даже отреагировать не успел, не говоря уж о том, чтобы защититься.

Листера схватила его за грудки и приблизила к нему потемневшее от злости лицо.

– Ты вообще не должен был ее создавать! – прорычала она, пожирая оцепеневшего Торена почерневшими от едва сдерживаемой ярости глазами. – И уж тем более связываться с нами, – в ее голосе скользнула сиплая надломленность, – со мной. – И она умолкла.

Ее глаза посветлели, снова наполнившись серыми морозными льдинками, но полыхавшие в них злые искры ясно говорили о том, что Листера еле сдерживается. На ее шее пульсировало багровое кольцо – последствие неудавшейся попытки вернуться в Покров с неразорванной привязкой.

– Из-за меня вам обеим досталось, – горько произнес Торен и потянулся к ее шее, но Листера грубо оттолкнула его и отступила, закрыв нос ладонью.

– Убери от меня свою мерзкую жалость, смертный, – прошипела Листера. На ее лице застыло брезгливое выражение. – Если есть время и силы на никому ненужное раскаяние, лучше сосредоточься на том, что сейчас важнее всего. – Она кивнула на спящую Мелис. – Лучшее, что ты сейчас можешь для нее сделать, – это засунуть свою жалкую пародию на чувство вины себе в лаваш и придумать достойный план для спасения своей сестренки. Справишься?

Торен ошеломленно застыл.

Что-то в Листере определенно изменилось. Хрупкая, милая девушка, которая всего несколько часов назад весело улыбалась, неумело управляясь с гирляндами и мишурой, сейчас смотрела холодно, даже вызывающе. На ее бледном лице больше не было ни капли сомнения или замешательства, а в тихом голосе сквозила злая решимость.

Торен вздрогнул: в палате рядом со смертными снова находилось то самоуверенное, могущественное и вселяющее ужас безжалостное существо из Покрова, каким он ее впервые увидел в пентаграмме для вызова. И вот ведь забавно: почему-то именно это дерзкое, беспардонное и категоричное в действиях и суждениях существо придавало уверенности больше, чем заверения в светлом будущем всех медицинских светил.

Она, по крайней мере, не лгала.

– Я готов спуститься в Покров, если потребуется. – Торен протянул Листере широкую ладонь.

Листера окинула его пронизывающим взглядом и, зловеще ухмыльнувшись, ответила крепким рукопожатием.

– Годится.

– Прекрасно, – недовольно закряхтел Андор. – Теперь, когда вы снова поладили, эго может продолжить усугублять ситуацию?

Торен недовольно цыкнул, но Листера молча кивнула, крепко о чем-то задумавшись. Казалось, присутствие наглого цербера теперь ей не мешало.

– Прежде чем вы перейдете к осуществлению своего, несомненно, гениального плана, я бы хотел напомнить, Листера, – Андор подошел к ней, – что ты по-прежнему связана со смертным.

Торен нахмурился.

– Верно, – тихо произнес он, озадаченно глядя на левое запястье, – связку разорвать так и не получилось.

– Вообще-то, получилось, – хмыкнул Андор и явил свой хвост. Предварительно убрав острый серп и перехватив хвостом ладонь Торена, он поднес его запястье к глазам и принюхался: – По крайней мере, твою.

– Что ты имеешь в виду? – Торен недоуменно уставился на Андора, а затем, проследив за его взглядом, – на спящую Мелис. – Ты, должно быть, шутишь. И как бы она это сделала?

– Я ничего не утверждаю. – В тихом голосе Андора скользнула растерянность. Он отпустил руку Торена и спрятал хвост. – И уж точно не шучу. Но пока эта девочка не пришла в себя, точнее сказать не могу. Да и неважно, как это произошло. Сейчас важнее другое – привязку нужно разорвать.

– И как же ты предлагаешь это сделать? – взвился Торен и встал перед Андором, заслонив собой кровать, на которой отдыхала сестра.

– У меня много вариантов, – сверкнув глазами, многозначительно произнес цербер. – Но вряд ли они тебе понравятся.

– Если ты думаешь…

– Достаточно, – вмешалась Листера и встала между спорящими. – У нас нет на это времени. – Она кивнула на мерно пикающий монитор. – У нее нет времени. Поэтому нужно немедленно провести обрат, чтобы поскорее уничтожить помор. – Листера окинула невидящим взором разлившийся за окном мрак и сжала руки в кулаки: – И того, кто его навел, если потребуется. – Ее голос был полон мрачной решимости.

Андор и Торен разом умолкли и обескураженно посмотрели на Листеру. Она же разглядывала темноту ночного окна, ее глаза лихорадочно блестели.

– В таком ее состоянии? – первым опомнился Торен. – Это сложный ритуал, ты сама говорила. Мелис слишком слаба, чтобы его проводить и…

– Поэтому я проведу его сама, – кивнула Листера и подошла к окну. Ночной снегопад усилился. – И проведу я его в Закрестной земле. Там Мелис будет под абсолютной защитой от нашего мира и его обитателей.

– Ты? В Закрестной? – на этот раз возмутился Андор. Он снова явил миру смертных нервно подрагивающий хвост с острым кончиком. – Ты в своем уме, Листера? Ты ведь даже ступить туда не сможешь!

Она прикрыла глаза, словно прислушиваясь к тишине.

– Да, я в своем уме. Да, это будет опасно, – медленно, словно перебирая по пунктам, произнесла она. Затем повернулась к ошеломленному Андору. – И да, мне понадобится помощь.

Закусив губу, Листера медленно отошла от окна и приблизилась к церберу, легонько проведя ладонью по своим волосам, явила тонкие витые рожки.

– Мне понадобится ваша помощь, Андор вало Беард, – глядя ему в глаза, твердо произнесла Листера.

А затем, не дожидаясь ответа, она завела правую руку за спину, склонила голову и опустилась перед Андором на одно колено. Проведя ладонью по полу, где мирно покоился ее хвост во всю длину, она подняла левую кисть запястьем вверх и, по-прежнему не поднимая глаз, протянула ее Андору.

Торен ошеломленно наблюдал за каждым действием Листеры, не в силах ни пошевелиться, ни что-либо сказать. Он не знал, что все это значит, но подспудно догадывался, что подобный жест представлял собой полную покорность и беззащитность перед цербером.

А еще он прекрасно видел, с каким невероятным трудом ей это далось.

Торен на мгновение отвел взгляд. Не им было принято решение – не ему и возражать. Уж точно не в этом мире.

Похоже, Андор был озадачен не меньше Торена. По лицу цербера пробежала тень, а глаза хищно сузились. Какое-то время он изумленно взирал на стоящую на колене Листеру, затем шагнул и коснулся ее кисти. Медленно провел кончиком заострившегося когтя вдоль кожи тонкого запястья и чуть надавил в самый центр ее ладошки.

Листера не проронила ни звука, даже не пошевелилась. Губы Андора изломились в предвкушающей ухмылке. Склонившись, он обхватил ее руку и повернул запястьем вниз, а затем осторожно коснулся губами тыльной стороны ее ладони.

– В этом нет необходимости, милая Листера, – шепнул он, колыхнув морозным паром ее длинную косичку в волосах. – Мне это тоже выгодно. И все же… – Подавшись вперед, он подхватил Листеру за талию и с легкостью поднял. А затем, обвив ее фигурку своим хвостом, заставил ее прильнуть к своему телу. – Никогда – слышишь! – никогда больше ни перед кем не преклоняйся. – Он приблизился, практически касаясь губами беззащитной тонкой шеи Листеры. Торен дернулся, не зная, чего ожидать, но Андор вдруг отстранился. – Даже передо мной. Особенно передо мной. Хорошо?

Листера кивнула, податливо замерев в руках Андора. Казалось, ее мысли были полностью поглощены будущим ритуалом обратного вызова. По крайней мере, Торену очень хотелось так думать. Во что бы то ни стало хотелось верить в то, что непривычное для него смиренное подчинение было следствием именно ее глубокого погружения в предстоящую работу, а не чем-то большим. Чем-то, чего Торен пока не видел, но явственно ощущал. Чего-то нового, едва уловимого, но, несомненно, зарождающегося. И миру Торена уже не принадлежащего.