Лисса Рин – Последний призыв (страница 2)
Удушливый воздух разрезал громкий звон: напуганного Зарела окропили брызги лопнувших зеркал. Свечи разом погасли, погрузив нас во мрак зловещего предчувствия.
– Aries… – Панический вскрик Зарела почти сразу же перетек в тихое всхлипывание. Он бессильно упал на колени. – Но как же, – из его сдавленного черными когтями горла вырвался слабый гортанный хрип.
– Проклинающему да воздастся, – шепнула я, обнажив клыки над липкой холодной кожей шеи.
Комнату пронзил душераздирающий мужской вопль.
Глава 1
Небольшой деревянный домик на отшибе города совершенно не вписывался в яркую, расписанную сочными цветами неоновых огней картину крупного мегаполиса. Еще сильнее он выделялся на фоне роскошных, раскинувшихся во всю ширину тугого кошелька коттеджей вокруг. Казалось, даже самому дому, скромно ютившемуся на небольшом засаженном газонной травой участке, было неимоверно тесно среди высоких заборов и белокаменных оград, которые так и норовили задавить крохотный надел земли своим манерно-фальшивым авторитетом. Даже густо высаженные у границ туи да лиственницы будто считали своим долгом затмить собой и без того редкие лучи холодного ноябрьского солнца; длинные рваные тени по-змеиному извивались вдоль каменной дорожки, пытаясь заползти под бархатный тент любовно установленных садовых качелей в глубине сада.
Устроившаяся на мягком широком сиденье златовласая семнадцатилетняя девушка робко подтянула ноги и укрыла их теплым пледом. Тени-змеи, словно почуяв неладное, резко колыхнулись, настороженно замерли – а в следующее мгновение растворились в медовом зареве предзакатного солнца, освободив клочок земли из наглого теневого плена.
Сбросив с себя удушающие объятия мрака, участок стал будто немного шире и просторнее. Переливаясь всеми оттенками янтарно-золотистого, он поспешил одарить своих хозяев ускользающим светом заходящего солнца.
Девушка удивленно огляделась, усмехнулась и, подставив лицо заботливым лучам, прикрыла глаза.
Три… два… один.
– Что? Опять?! – Плотный воздух всколыхнул рассерженный мужской бас по ту сторону забора, и Мелис прыснула в кулак. Похоже, ее брат снова навел порядок в соседской изгороди, что сильно не понравилось хозяину. – Да что за бесовщина с этими деревьями творится?! Продавец же, падла такая, пяткой в грудь бил и клялся-божился, что эта порода не боится ни мороза, ни зноя совершенно и абсолютно неприхотлива!
– Дорогой…
– Что «дорогой»? Ты туи видела? Это что за праздник дантиста на моем участке?! Уже в третий раз за сезон!
– Милый!
– Что «милый»? Я за что Фридриху пять сотен отвалил? Чтобы соседям подмигивать через щели? Да ты только посмотри, Дари, на эти голые сучья!
– Гаррет, может, дело вовсе не в туях? – робко прозвучал голос Дари, желающей успокоить разбушевавшегося супруга.
В звенящем от напряжения воздухе повисла секундная пауза, за которой последовали бухающие удаляющиеся шаги.
– Конечно не в туях. Дело во Фридрихе! В этом неприхотливом вечнозеленом торгаше, чей густой покров скоро испытает на себе все прелести сезонного увядания!
Шорох открывающейся автоматической двери гаража ясно давал понять, что над густым покровом некоего Фридриха нависла серьезная угроза.
– Но, дорогой, – предприняла еще одну попытку Дари, – туи на противоположной стороне в полном порядке. А ведь они все из одной партии. И все от Фридриха.
Похоже, ее доводы наконец-то достигли взбудораженного праведным гневом Гаррета: в новой паузе яростное горловое бурление сменилось задумчивым мычанием. Дверь гаража недовольно звякнула и снова зашуршала.
– Дорогая, а ты не помнишь, куда я дел ту треклятую инструкцию по уходу за хвойными?
Скрипнула парадная дверь.
Качели легонько скользнули. Мелис вздрогнула, но почти сразу улыбнулась.
– Ты немного перестарался, не думаешь? – В ее голосе проскользнул упрек. – Из-за тебя Моррисы скоро вконец рассорятся.
На плечи Мелис опустился соскользнувший плед, укутав хрупкую фигурку в теплые объятия кашемира. Торен осторожно коснулся ладонью ее лобика.
– Да все в порядке, – надулась Мелис и, недовольно тряхнув косичками, отстранила его ладонь. В ее широко распахнутых голубых глазах застыла грусть. – Меня больше не лихорадит, говорю же.
– Два дня назад ты тоже так говорила. – Торен вернул упрек баритоном. – А потом моя милая сестренка бухнулась в обморок прямо посреди лоджии.
Высокий светловолосый парень обошел качели и, встав прямо напротив Мелис, испытующе уставился на нее. Она смущенно потупилась.
– Мне тогда стало душно, вот и все, – тихо сказала она своим тонким запястьям.
– Ну да, и солнце в глаз попало, и пылью придавило.
– Торен! – вскинула Мелис гневный взгляд.
Однако это не произвело никакого впечатления на двадцатилетнего парня: его выразительно вздернутая бровь и подчеркнуто-вежливое выражение лица были красноречивее слов. Мелис нахмурилась и попыталась скопировать его невозмутимое выражение лица, но эффект получился совершенно не таким, на который она рассчитывала. Снисходительность во взгляде Торена сменилась озадаченностью.
– У тебя что-то болит? – Уперевшись руками в спинку качелей, он обеспокоенно склонился над ней.
– Что? Да нет же! – Мелис отклонилась назад и, скрестив руки на груди, раздраженно уставилась на брата. – Со мной все хорошо!
– Ладно, как скажешь, – с сомнением произнес он и тоже немного отстранился. А затем растерянно оглянулся и нахмурился. – Как давно ушла смотрительница?
Мелис втянула голову в плечи и поджала губы.
– Я отпустила ее, – наконец буркнула она себе под нос и принялась нервно теребить плотный шарф на тонкой шее.
– Я не спрашиваю, по какой причине она нарушила свои обязанности, – холодно произнес Торен, снова нависнув над оробевшей Мелис. – Я спрашиваю, как давно ее нет.
– Совсем недолго. Где-то десять минут. Ну максимум полчаса, – поправилась Мелис под испытующим взглядом брата. – И что такого? – бросила она с вызовом. – Мне не нужна нянька, Торен! Я взрослый, самостоятельный и дееспособный человек – и вполне могу сама о себе позаботиться!
В порыве праведного возмущения Мелис не заметила, как вскочила с качелей. Плед с тихим шорохом скользнул с плеч и остался на сиденье, явив перед изумленным Тореном тонкий хлопок короткой пижамы и плюшевые тапочки. Глаза парня расширились.
Осознав собственную ошибку, Мелис отступила назад и лихорадочным движением попыталась запахнуться в плед, но подошедший брат поймал ее ладони и сжал в своих.
– Ты… ты давно здесь сидишь? – едва сдерживаясь, сквозь зубы спросил Торен. Мелис попыталась забрать свою ладонь, но силы были явно не равны. – У тебя же руки ледяные! А ну живо в дом! – все еще удерживая ее ладошку в своих пальцах, он резко развернулся с намерением поскорее увести сестру в теплый дом.
Под его ногами что-то тихо хрустнуло.
– Не приказывай мне! – возмущенно воскликнула Мелис, взмахнув свободной рукой, – и внезапно застыла на месте.
Торена прошиб холодный пот.
– Только не снова, – дрожаще произнес он и обернулся.
Уронив плед под ноги, Мелис стояла на каменной дорожке и, медленно раскачиваясь из стороны в сторону, что-то бормотала себе под нос. Ее голубые глаза обесцветились, взгляд стал пустым, отрешенным. И чем дольше она говорила, тем сильнее ее тонкие губы растягивались в жуткой ухмылке.
– Мелис… – В голосе Торена проскользнул липкий испуг. Он сжал ее ладошки и прижал к своей груди. – Мелис, милая, прости. Я не хотел. Приди в себя, прошу. Мышонок, ты слышишь?
– …ru immitamm de Entorar, – тихонько шептала она, ничего не замечая вокруг.
– Мелис, пожалуйста! – Торен притянул сестру к себе и обнял. – Бога ради, прекрати!
Это помогло. Шепот утих, и Мелис перестала раскачиваться. Торен ощутил ее маленькие ладошки у себя на спине.
– Прости, – тихо всхлипнула Мелис, уткнувшись лицом ему в грудь. – Я снова доставляю проблемы?
– Ничего ты не доставляешь, – вздохнув с облегчением, произнес Торен и крепче обнял сестру, словно боясь даже на мгновение выпустить ее из рук. – Тебе абсолютно не за что извиняться, Мышонок.
– Ради меня ты снова сорвался с работы, не так ли? – Она не спрашивала, а констатировала факт. – Почему я стою посреди двора в пижаме и тапочках в ноябрьский день, я даже спрашивать не буду.
– Ах да, – спохватился Торен, выпустив сестру из объятий, поднял плед и накинул на ее хрупкие плечи.
– С каждым днем все хуже, да? – невесело улыбнулась Мелис, укутавшись в плед по самый подбородок.
– Ну тут ты права, – развел руками Торен и кивнул на соседний участок. – Их туям уже вряд ли что-то поможет, – пошутил он и одним бесцеремонным движением укрыл пледом голову застывшей Мелис.
Она вздрогнула от неожиданности и, ругнувшись себе под нос, сердито убрала кашемир с головы.
– Да при чем здесь туи, Торен?! – Опалив брата гневным взглядом, Мелис резко взмахнула рукой, отчего плед съехал ей на плечи. – Думаешь, я не знаю? Не понимаю, что происходит? Думаешь, не вижу, как ты надрываешься в попытках найти способ остановить эту… это. – Она осеклась, настороженно огляделась по сторонам, прислушиваясь к звукам за соседской оградой, и только после этого позволила себе тихо продолжить: – Ты тратишь деньги на охранную систему и камеры по всему дому, тратишь свое время на поиски лучших врачей в городе и за пределами. Да ты всех ворожей и травниц этого города по именам знаешь! Еще не хватало, чтобы ты попал в неприятности из-за меня!