Лира Ветрова – Одержимый. Тамерлан (страница 2)

Он вышел после душа, с влажными волосами, в чёрной рубашке и тёмных брюках. На губе остался небольшой порез. Я сразу заметила это и разозлилась на себя. Тамерлан подошёл неторопливо, остановился близко и спросил, достаточно ли он смелый. От него пахло мужским гелем для душа, а может дорогим парфюмом, не знаю. А взгляд снова прошёлся по мне сверху вниз. На этот раз между нами не было сетки. Я слишком остро чувствовала его рост, плечи, взгляд и собственную реакцию на всё это.

— Я тебя не звала. Я тебя послала.

Его это только развеселило. Тамерлан сказал, что уже понял, и приказал садиться в машину. Я рассмеялась ему в лицо. Самоуверенность у этого мужчины была настолько огромной, что рядом с ней даже его внедорожник выглядел скромно. Тамерлан не разозлился. Сделал ещё полшага, произнёс моё имя медленно и поднял руку к волосам. Я перехватила его запястье раньше, чем пальцы коснулись щеки.

— Руки убрал.

Он остановился. Несколько секунд просто смотрел на мою ладонь на своём запястье, потом действительно убрал руку и отступил. Это неожиданно сбило меня. Я уже приготовилась спорить, толкаться, доказывать очевидное, а Тамерлан без единого слова принял границу. Только взгляд остался прежним. Голый, наглый, злой от желания. Я спрятала руку в карман, потому что пальцы после короткого прикосновения почему-то покалывало.

Мы ещё несколько минут спорили о том, кто и как поедет домой. Тамерлан предложил отвезти, я отказалась. Потом он совершенно буднично спросил, встречаюсь ли я с кем-нибудь. Я ответила, что его это не касается. Он заявил, что уже касается, и именно тогда я поняла, насколько быстро этот мужчина умеет залезать туда, куда его не приглашали. К счастью, подъехало такси. Тамерлан открыл мне дверь и не стал удерживать. Только наклонился к салону и предупредил, что моё «нет» услышал, но желание от этого никуда не делось.

— Переживёшь.

Такси тронулось. Я всё-таки посмотрела назад и увидела Тамерлана возле машины. Он стоял на месте и провожал нас взглядом, будто запоминал номер. Телефон завибрировал уже на следующем перекрёстке. Незнакомый номер, одно короткое сообщение.

«До завтра, Арина».

Я написала, что завтра у меня выходной, и специально добавила точку, будто она могла подчеркнуть окончательность решения. Ответ пришёл почти сразу. По скорости было понятно, что Тамерлан держал телефон в руке и ждал моей реакции.

«Уже нет».

Через минуту в рабочем чате появилось сообщение о дополнительной смене в клубе с двойной оплатой. Я несколько раз перечитала его и поняла, что Тамерлан не собирается принимать отказ как конец истории. Он просто нашёл другой способ оказаться рядом. Это злило особенно сильно после того, что год назад сделал Артём. Тогда я тоже слишком поздно заметила, как мужское внимание превращается в контроль. Только Тамерлан отличался в одном. Когда я сказала ему убрать руки, он убрал. И именно эта маленькая разница почему-то не успокаивала, а делала всё происходящее ещё опаснее.

Глава 3

Тамерлан увидел её на камерах в тот момент, когда Арина ворвалась через служебный вход и с таким лицом швырнула сумку в шкафчик, будто собиралась кого-нибудь придушить. Его это развеселило. Весь день он ждал именно этой реакции, хотя мог спокойно оставить её до следующей смены и забыть хотя бы на несколько часов. Не получилось. После вчерашнего отказа внутри сидело злое возбуждение, которое не давало нормально сосредоточиться ни на чём другом. Он несколько раз открывал переписку, перечитывал её короткое сообщение и каждый раз ловил себя на одной и той же мысли. Никто давно не разговаривал с ним так, будто он обычный мужик, перед которым можно захлопнуть дверь. Поэтому он позвонил управляющему клининговой компании, оплатил дополнительную смену и к восьми вечера получил Арину в клубе. Всё оказалось до смешного легко, кроме самой Арины.

Она переоделась, собрала волосы и через несколько минут появилась в коридоре с ведром. Тамерлан закрыл камеры и вышел из кабинета сам. У двери она едва не врезалась в него, резко затормозила и так стиснула ручку ведра, что побелели пальцы. Вчера он заметил, что она красивая. Сегодня понял, что особенно сильно его заводит её злость. Светлые глаза вспыхивали, губы поджимались, подбородок упрямо поднимался, и всё это вызывало совершенно неприличное желание проверить, как быстро эта дерзость исчезнет, если прижать её к себе и поцеловать.

— Ты совсем больной? У меня сегодня был выходной.

Он забрал у неё ведро и поставил к стене. Арина сразу напряглась, но не отошла. Тамерлан приблизился, закрывая собой проход, и сказал прямо, что вызвал её потому, что хотел увидеть. На секунду она растерялась, затем попыталась пройти мимо, но он сместился следом. Не хватал, просто стоял близко, чувствуя её дыхание и видя, как взгляд на мгновение сорвался на его губы. Этого хватило, чтобы напряжение резко ударило вниз живота. Тамерлан поднял руку, убрал непослушную прядь за её ухо, провёл пальцами по шее и положил ладонь на талию. Тонкая, горячая, настоящая. Он сжал её чуть сильнее и едва удержался, чтобы не притянуть вплотную.

— Ты мне нравишься, Арина. Очень.

— А ты мне нет.

Тамерлан усмехнулся, потому что тело ее говорило не так уверенно. Щёки горели, дыхание сбилось, а руку с талии она не убрала сразу. Он наклонился ближе и тихо прошептал на ушко, вдыхая ее запах:

— Не ври хотя бы себе.

Арина мгновенно очнулась, перехватила его запястье и сбросила ладонь. Взгляд стал жёстким. Тамерлан чувствовал себя заведённым до боли, но на её прямое требование не распускать руки отступил на полшага. Это было единственное правило, которое он уже принял без споров. Всё остальное он собирался испортить ей с удовольствием.

— Хорошо. Не трогаю. Но ты сама скажешь, когда будет можно.

Она посмотрела на него так, будто мысленно уже ударила ведром, подхватила его и ушла, специально задев Тамерлана плечом. Он проводил её глазами и понял, что становится только хуже. Раньше женщина либо нравилась, либо быстро надоедала после постели. С Ариной у нее еще ничего не было, но уже знал, как она морщит нос, когда злится, каким становится голос, когда нервничает, и какой рукой поправляет волосы. Ему хотелось знать больше. Всё. И эта мысль раздражала почти так же сильно, как и возбуждала.

Следующие два часа он пытался оставить её в покое и продержался до момента, когда к Арине подошёл молодой бармен. Парень протянул ей воду, что-то сказал, она улыбнулась, потом засмеялась. Ничего особенного. Тамерлан понимал это головой и всё равно через минуту уже спускался вниз. Он отправил бармена в другой конец зала и спросил Арину, нравится ли ей этот мальчишка. Она рассмеялась прямо ему в лицо и поинтересовалась, не решил ли он ревновать на второй день знакомства. Тамерлан ответил, что не ревнует, просто не любит, когда рядом с ней крутятся другие мужчины. Разница казалась ему очевидной. Арине, судя по выражению лица, нет.

Телефон в её кармане завибрировал в самый неподходящий момент. Арина достала его машинально, и Тамерлан успел увидеть имя на экране. «Артём». Изменение произошло мгновенно. Улыбка исчезла, пальцы сжались вокруг телефона, лицо побледнело. Это была не злость на бывшего и не раздражение от навязчивого поклонника. Она испугалась. Тамерлан сразу забыл о бармене, собственном возбуждении и желании позлить её ещё немного. Он спросил, кто такой Артём, но Арина погасила экран и молча ушла. Тамерлан не стал тормозить ее. Но, как маньяк, смотрел вслед, пока дверь служебного помещения не закрылась, а затем достал телефон.

— Амир, узнай мне про Артёма. Всех Артёмов, которые есть в её жизни. Особенно того, от чьего имени она бледнеет.

Он сбросил вызов и ещё несколько секунд стоял посреди зала. Желание никуда не исчезло. Просто теперь к нему примешалось другое, гораздо более неприятное чувство. Кто-то уже успел сделать так, что Арина боялась мужского имени на экране. Тамерлану не нравилось это настолько сильно, что пальцы сами сжались в кулаки. Он ещё не знал, кто такой Артём, но уже знал одно. Если этот урод снова полезет к Арине, сильно пожалеет. Зубы будет свои собирать сломанными руками.

Глава 4

К концу смены я была выжата и зла. Тамерлан больше не подходил, но это не значило, что я перестала чувствовать его присутствие. Наоборот. Стоило поднять голову, и я почти всегда находила его где-нибудь наверху, возле стеклянного ограждения или двери кабинета. Он не прятался. Смотрел открыто, нагло, как мужчина, который уже решил, что я сдам позиции и это вопрос времени. Телефон я проверяла каждые десять минут и каждый раз ненавидела себя за это. Артём больше не писал, но одного его имени хватило, чтобы весь вечер ощущать мерзкое напряжение. Мне хотелось быстрее уйти домой и закрыться там от обоих. И что мне так везет на психов?

У служебного выхода меня перехватил Тамерлан. Он стоял без пиджака, в чёрной рубашке с закатанными рукавами, и смотрел так, что я сразу поняла: Амир что-то нашёл. Я попыталась пройти мимо, но Тамерлан шагнул следом. На этот раз он не хватал и не перекрывал дорогу.

— Артем этот. Твой бывший. Почему после его визита приезжала полиция?

От стыда меня бросило в жар. Я развернулась и потребовала больше никогда не копаться в моем белье. Тамерлан выслушал, не перебивая, но его лицо с каждой секундой делалось все раздраженнее.