Лира Миттарк – Зачарованное королевство (страница 6)

Ветер шепчет среди деревьев, и я чувствую, как энергия природы и людей наполняет меня. Я закрываю глаза и сосредотачиваюсь на своем намерении перенести её с волшебного острова Эдемского сада на лесную поляну, полную зелени и свежести.

Собрав все свои мысли и желания, я произношу заклинание:

Перенесите её, где светит новый день.

«Свет и тень, слияние стихий, Унесите её в мир иной. Силы природы, услышьте мой зов, Где жизнь расцветает, где сердце поет. От корней до крон, от земли до небес, Я прошу вас, откройте её путь. На поляну лесную, где ветер играет, Сейчас и здесь, в миг волшебства, Унесите её, как птицу в небесах. Светлый мир, откройся ей, Перенеси её в мгновение.»

Словно откликаясь на мои слова, воздух вокруг начинает искриться, и я чувствую, как невидимые силы обвивают девушку. Внезапно меня охватывает легкость, и я ощутила, как пространство вокруг меня начинает меняться.

Я открываю глаза и вижу перед собой всё тот же Эдемский сад, но древо перестало полыхать, а остров будто бы снова собрался в одну поляну. Девушки уже не было.

Когда я снова произнесла заклинание переноса, меня окутал знакомый свет, и вскоре я оказалась в саду дворца. Но теперь вечернее солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в теплые оттенки розового и золотого. Легкий ветерок шевелил листья деревьев, а в воздухе витал сладковатый аромат цветущих растений.

Я быстро направилась к тронному залу, сердце стучало в унисон с моими шагами. В голове крутились мысли о том, что время не ждет, и мне нужно было как можно скорее добраться до Короля. Я знала, что вечерние часы могут быть полны неожиданных событий. По дороге я обдумывала, что не стоит рассказывать о своих приключениях.

Я толкнула двери и вошла в тронный зал. Огромные окна пропускали последние лучи солнца, и комната наполнилась мягким светом. На троне сидел король, его взгляд был сосредоточен на свитке, который он изучал. Я сделала шаг вперед и поклонилась.

– Ваше Величество, – Начала я, – я прибыла сюда по вашей просьбе, не по приказу. Готова помочь вам при необходимости.

Король поднял голову и посмотрел на меня с интересом. Я почувствовала, как волнение уходит, уступая место решимости.

Глава 6. Сторона одной медали.

@Дневниковые записи Верховного Чародея

Взлеты и падения – часть пути, Как свет и тень, что в сердце живут. В каждом крахе – урок, что нужно найти, В провале – надежды, что вновь нас зовут

– Ваше Величество, мне необходимо немедленно осмотреть королеву. Она нуждается в моём внимании и уходе.

– Понимаю, я думаю о ней. После этого мне нужно, чтобы вы вернулись к себе. Важно, чтобы вы были готовы к своим делам.

– Конечно, ваше величество. Я выполню все ваши указания. Я также приготовлю зелье против смерти, о котором вы просили. Оно будет готово к употреблению через несколько дней.

– Отлично. Мне важно знать, что оно будет готово в ближайшее время. Но, я так предполагаю, что есть некоторые условия?

– Как я уже говорила, для полного восстановления потребуется несколько недель. Это небыстрый процесс. – Король сделал глубокий выдох и его лицо немного погрустнело, я же продолжила. – Понимаю, Я постараюсь сделать всё возможное, чтобы ускорить процесс, но, к сожалению, такие дела требуют времени.

– Хорошо. Чтобы в будущем вам было проще, я даю вам, Лунара, этот пропуск. Он позволит вам входить во дворец в любое время без очереди и препятствий. Используйте его по мере необходимости.

– Благодарю вас, ваше величество. И прошу вас, называть меня Луна, так будет комфортнее. Этот пропуск значительно облегчит мне жизнь и позволит всегда быть рядом, когда потребуется.

– Хорошо. Тогда для вас я просто Альдрик. Будьте внимательны и бережливы. И передайте королеве мои наилучшие пожелания. Пусть она скорее выздоровеет, я чуть позже к ней зайду.

– Обязательно передам. Спасибо вам за доверие и поддержку, ваше Величество.

Стража провела меня через длинные коридоры дворца, тихо и чинно, словно зная важность этого момента. Они мягко отворили массивные двери покоев королевы, и я медленно вошла внутрь, ощущая тяжесть каждого шага. В комнате царила гробовая тишина, только слабое мерцание свечей, бросавших длинные тени на стены, казалось, боялось нарушить эту затаённую тьму. Передо мной раскинулась кровать, и на ней – она. Раньше -воплощение красоты, грации и силы, о которых с восхищением говорили все придворные и жители, – сейчас же она казалась совсем иной.

Ее лицо было бледным, словно высушенным листом, лишенным жизни и тепла. Кожа, тонкая и прозрачная, словно тонкий слой шелка, натянулась по костям, подчеркивая каждую жилку, каждое сосудистое русло. Веки – тяжелые, опущенные, скрывали глаза, что раньше сверкали умом, живостью и внутри которых пылала искра власти и достоинства. Теперь в них было только безжизненное затмение, будто глаза потеряли всякий свет и надежду, погрузившись в бесконечное забытье.

Волосы – некогда роскошные и густые – теперь казались тусклыми, седыми у корней, словно их лишили жизни сама смерть. Лицо – острое, с высокими скулами – казалось высушенным, будто высосанным изнутри, и в нем не осталось ни следа той мягкости и грации, которая раньше пленила и вдохновляла. Вся фигура – изломанная, хрупкая, словно веточка, которой достаточно легкого порыва ветра, чтобы сломать ее. Кажется, даже сама материя ее тела боялась, что может не выдержать бремени страдания и боли, что скрывались за этим изумительно тонким фасадом.

От былой красоты, которая когда-то окружала ее сиянием, не осталось и тени. Лицо кажется искаженным временем и болезнью, словно болезнь прошла по ней, оставив лишь тень былой женщины. Вся комната наполнялась тягостной атмосферой – ощущением потери, безысходности и бесконечной грусти. Я почувствовала, как сердце сжалось внутри, словно кто-то вырвал его и держит за горлом. В этой безжизненной оболочке я увидела не только физическую слабость, но и душевную рану, которая вгрызлась в нее и не отпустила.

Глядя на нее, я не могла избавиться от ощущения, что за этим мертвым взглядом скрывается вся та боль, которая невозможно излечение, и вся та грусть, что не оставит ее никогда. В этой комнате я почувствовала, что потеряла нечто очень дорогое – ту женщину, которая когда-то была сильной, грациозной, полной жизни. Теперь же она – тень, тень той, кем когда-то была, и эта тень кажется мне более печальной и трогательной, чем я могла когда-либо представить.

Я медленно, осторожно подошла к кровати, чувствуя, как каждая моя ступень наполняется трепетом и состраданием. В комнате царила полная тишина, лишь едва уловимый вздох королевы, когда я приблизилась. Она так и не открыла глаз – ни одного движения, ни намека на пробуждение. Ее лицо оставалось неподвижным, словно маска, скрывающая боль и усталость. Я протянула руку и осторожно коснулась её плеча, и в этот момент она тихо вздохнула, будто только тогда почувствовала моё присутствие, словно её сердце еще было где-то внутри, цепляясь за остатки жизни.

Мне стало холодно, когда моя рука соприкоснулась с её телом – кожа была ледяной, словно она была выморожена до самого сердца. Внутри закипело желание сразу же отдернуть руку, почувствовать хоть немного тепла, которое исчезло так быстро. Но я сдержалась. Не могла позволить себе показать слабость, потому что знала, что это – всего лишь иллюзия надежды, которая скоро исчезнет.

Я взглянула на её лицо, и в моих глазах вспыхнуло понимание: чтобы помочь ей восстановиться, потребуется гораздо больше, чем я предполагала. Взгляд травника, скользнувший по её бледному лицу, говорил мне о грустной истине – доза зелья должна быть увеличена, и на восстановление понадобится не менее трех-четырех недель. Это будет тяжелый путь, и я знала, что каждое мгновение, проведенное в этом состоянии, – это борьба за её жизнь и за то, чтобы вернуть её к свету.

Я стояла, погруженная в размышления, глядя на её безжизненное лицо. Внутри меня бушевала смесь отчаяния и надежды. Надежды на исцеление, на возвращение той женщины, что когда-то была сильной и полной жизни. А грусть наполняла меня, потому что я понимала – вся эта борьба еще не окончена, и впереди – долгий, трудный путь.

Из покоев королевы я выбежала, чувствуя, что моя голова кружится, как вихрь из грязи и тоски. Увиденное мной было просто удушительным, как сжатое в тисках одеяло, из которого невозможно вырваться. Мне было так больно, что я не могла вдохнуть полной грудью, как будто моя грудь была распята на кресте, и каждый вдох был будто палкой, которая била меня по ребрам. Я не могла говорить, как будто мои губы были завязаны узлом из слез и тоски. Мои глаза были открыты, но я не могла видеть, как будто передо мной был черный фон, который был полон тьмы и безнадежности.

Я устало опустилась у двери, чувствуя, что я обессилена, будто была брошена в глубокую яму, из которой невозможно выбраться. Я не могла понять, что произошло, но я чувствовала, что это было что-то ужасное, что оставило меня в тоске и безнадежности. Мне было так больно, что я не могла даже плакать, как будто мне было запрещено выразить свои чувства.

Я не могла больше сдерживать свои слезы, сердце мое разрывалось от боли и отчаяния. В этот момент, когда слезы хлынули из моих глаз потоком, я почувствовала, как какая-то теплая, мужская рука легла мне на плечо. Это была рука Кайлена – горячая и сильная, словно пламя, которое согревает в холодной ночи. Он просто сел рядом со мной, не сказав ни слова, и я ощущала его присутствие как тихий, утешающий шепот в моем сердце. Его рука оставалась на моем плече, и в этот момент я почувствовала, что мне не одиноко, что кто-то рядом, кто понимает мою боль.