Лира Кац – Сердце Пустоши (страница 21)

Он смерил меня чернеющими глазами, развернулся и вышел. Мы с Веронией застыли в метре друг от друга на порогах своих спален.

— Не поняла, он что решил, что ты будешь прислуживать мне?

— Похоже на это. Послушай, давай оставим как есть. Нам надо выбираться отсюда, а пока поймём как это сделать, лучше играть по их правилам.

Девушка пристально посмотрела на меня, потом опустила глаза и тяжело вздохнула. Я заглянула в свою комнатушку. Это была пристройка для служанки. Деревянная жёсткая кровать, стул и узкий высокий пустой шкаф. Она была смежной со спальней "Хозяйки", чтобы в любую минуту прийти на зов. Верония, бледнея осмотрела комнатушку и села на эту деревянную кровать.

— Вставай, пойдём твою комнату посмотрим. — потянула её за руку.

Покои моей временной, я надеюсь, хозяйки выглядели как у принцессы. Нежная цветовая гамма, тонкий прозрачный балдахин широченной кровати. Высокое окно в пол привлекло наше внимание одновременно. Мы подбежали к нему. Перед нами открылась удивительная картина.

Внизу под нашим окном мы увидели красивый ухоженный сад, с каменистыми дорожками, аккуратными клумбами цветущих цветов, подстриженными зелеными кустами всевозможных форм, несколько беседок, раскиданных по саду. И посередине этого великолепия был фонтан. Украшенный теми райскими птицами, которые я уже видела, он создавал причудливые формы водой.

За садом, была высокая изгородь, но наше нахождение то ли на четвёртом, то ли на третьем этаже позволило нам разглядеть, что было за стеной сада. Город. Огромный как муравейник простирался насколько хватало глаз. Множество людей, или жителей его населяющих, если это не люди, сновало по улицам города.

— Уж не потому ли меня к тебе в служанки записали, что я человек? Мне даже браслетов не одели. Не то, чтобы я жалуюсь, но они явно не воспринимают меня серьёзно.

Верония не успела ответить, как послышался стук дверей. К нам кто-то вошёл.

— А вот вы где! Госпожа! — дородная женщина с абсолютно нечитаемыми эмоциями на лице чуть поклонилась Веронии. — Вам нужно отдыхать, сейчас придут девушки и помогут с купанием. А ты идёшь со мной. — она глянула на меня так злобно и недовольно, что я вздрогнула. Лучше бы я дальше не могла различить её эмоции. Взяв меня под локоть потащила из комнаты.

— Поторапливайся, дел еще по горло. Тебя мне не хватало, конечно же! Навесили обузу!

— Мне приказали ухаживать за госпожой! — пыталась оправдаться я.

— Нет. Ну уж нет. Ты! — она резко остановилась, развернулась ко мне и выругалась мне в лицо: — Ты! Человечка! Что ты можешь? В тебе нет ни грамма бытовой магии!

Привела меня в подвальные помещения, где было довольно сыро и влажно. Девушки и женщины в клубах пара стирали бельё руками, на растянутых верёвках висели белоснежные простыни. Думала, придётся батрачить тут, но управляющая повела меня дальше. В конце подвальных помещений стояли широки бадьи, наполненные водой.

— Раздевайся. Приказано отмыть тебя и доставить в спальню гостя Хозяина.

— Что? Мне приказано прислуживать госпоже! — с нажимом напирала я. Не пойду я ни к какому хозяину, им придется нести меня туда мёртвую. — Нет. Ни за что!

Словно по приказу появились два амбала и моё сопротивление погасили на корню. Больно вывернув руки, держали меня, пока эта мужеподобная тётка сдирала с меня одежду, разрывая её на ошмётки. От негодования она не сразу заметила, что перед ней. Я выпрямилась, уставилась на неё с усмешкой.

— Что не нравлюсь?

Она с минуту пялилась на мои изрезанные руки, ноги, грудь, живот и скрежетала зубами. Понятное дело, ей приказали привести пленницу, а та оказалась не формат.

— Мойся. — гневно зыркнула на меня. — проследите за ней! — и быстрым шагом, запинаясь о широкую длинную юбку побежала прочь. Да, беги, беги, докладывайся, что привести никого не можешь. Это надо быть извращенцем, чтобы захотеть такое тело. Тот, кому меня хотели подложить, навряд ли испытывает недостаток в женщинах. Не обращая внимания на двух амбалов, что не спускали с меня глаз, я быстро залезла в бадью и спряталась от них под водой, напустив туда мыльной пены. Мыться старалась быстро, а тело приятно расслаблялось от горячей воды. Помывшись, я не спешила вылезать. Осмотревшись, не увидела ничего напоминающего полотенца. Чем вытираться-то? И как я пойду обратно через ползамка? Голой, мокрой, в мыльной пене? Вот Верония обрадуется такому возвращению.

Послышались шаги и противное лебезжание женского голоса.

Из-за последних развешанных сушиться простыней показались двое.

А лебезила у нас, оказывается, управляющая. Вот стерва! Расстилается прямо ковриком. А со мной разговаривала как с лягушкой на тропинке. Фу да фе. Рядом с ней шёл высокий жилистый пепельный блондин. Грубые черты лица, не делали его неприятным, но было что-то в нём такое, от чего хотелось бы держаться подальше. Волосы, как у многих тут, до плеч. В прическе я заметила пару тонких косичек. Модный парень… Что он хочет? Убедиться, что я урод? Не поверил управляющей? В том, что это был тот, к кому меня надо было отвести, я почему-то не сомневалась. Пошебуршила рукой, создавая больше пены. Так меня меньше видно. Они подошли ближе.

— Вот, я же говорила. Уверяю Вас, она уродлива. — продолжала лебезить. — Я подготовлю для Вас Сармелию, она всегда наготове, Вы же знаете.

Он отмахнулся от неё, как от назойливой мухи. Только я бы еще прихлопнула. Но, видимо, ценный сотрудник месяца. Нельзя.

— Встань. — От слова повеяло холодом. Подчинилась, вытянулась во весь рост, стараясь не перевернуть бадью, осторожно встала. Не сводя с него глаз, медленно стряхнула рукой остатки пены. Пусть видит. Пусть полюбуется. Удивление скользнуло в его взгляде, но быстро сменилось… отвращением?

— В красную комнату её. — бросил управляющей перед тем как уйти. Та сочувственно посмотрела на меня.

Накинув на меня одну из простыней, меня повели снова в комнату с зеркалом. Порталы — как я уже поняла. Пролистав там несколько дюжин комнат, женщина выбрала одну, ничем не отличающуюся от этой. Зеркало повело рябью, давая нам знак, что можно переходить. Так меня перевели в Красную Комнату.

Вернее, не сразу в Комнату. Но обо всём по порядку.

Глава 26. Красная Комната

Тягучее тесто липло к рукам. Повернув большую чашу другим боком, стала мять его усерднее. Нужно ещё муки. Подсыпала на стол и одним движением двумя руками перевернула таз, вываливая тесто на массивную столешницу. Помяла его ещё четверть часа и накрыла чистым полотенцем. Теперь ему нужны покой и тепло. Развернулась к другому столу, на нем лежали окорока копытных животных, напоминающие наших коров. Мелинда уже отделила мясо от кости на двух из них, вот это мне и нужно. Взяла нож поострее, стала рубить фарш. Сегодня День Восхождения Тёмной Магии главный праздник в Тёмной империи. В столицу приедут гости. Много гостей будет и в Красном доме, никто не откажется сытно поесть перед посещением Комнат.

— Ох, эти оборотни. Заняли весь второй этаж! С их одержимой любвеобильностью в этот период мы не успеваем поставлять им новых девочек. В прошлый раз мы из-за них не досчитались четырёх. Оу, не смотри на меня так. — зашедшая Мелинда была в некотором эмоциональном возбуждении. — Они живы и относительно здоровы, наверно… Оборотни забирают девушек с собой. Своим тонким нюхом они сразу чуят, в ком проросло их живучее семя, хотя всех поят противозачаточным отваром. На период вынашивания беременных забирают к себе. Кого-то потом возвращают, а были и такие, что остаются с ними.

— А если родится не оборотень? Девушки возвращаются с детьми?

— Ну что ты! Раса ребёнка зависит только от отца. Разве у вас там не так?

Я пожала плечами. У нас там, это, наверное, по ту сторону тумана. Понятия не имею как там, на самом деле. Некогда было вдаваться в подробности, узнавать мир. Моё активное познание началось уже здесь. В Тёмной империи.

Мелинда со знанием дела расправилась с оставшимся окороком, в четыре руки мы быстро порубили фарш.

Тесту нужно было настояться, поэтому лепку пирогов оставили на потом. Прибежала Лената, ещё одна помощница Мелинды, которая в подсобке перебирала и чистила овощи. Поставив два ведра очищенных ею овощей перед нами, девушка посмотрела на нас умоляюще большими карими глазами:

— Ну можно мне хоть одним глазком? Ну пожаааалуйста!

Мелинда закатила глаза.

— Лената, нет! Ты очень красивая, но ещё слишком неопытная и юная. Оборотни запрут тебя на этаже сразу же, как увидят. Нет, мерр Артенд меня накажет, у него на тебя большие надежды! Через две недели твой первый выход. Я обязана сберечь тебя!

Первый выход. Я грустно усмехнулась. Сберечь честь девушки до того, как её представят всем желающим купить её. Видимо, девственность стоит очень дорого, раз Лената под неусыпным контролем самого мерра Артенда.

Неделю назад, когда меня перевели в Красный дом, я познакомилась с Мелиндой, Ленатой и остальными девушками, работавшими здесь. Девушки находились здесь на добровольных началах, получая существенную плату, которую либо прожигали тут же, либо откладывали на своё будущее, либо отсылали семьям. В первый же день меня тщательно осмотрел мерр Артенд. Цокая языком и покачивая головой, он делал выводы понятные только ему. Провел пальцами по каждому шраму, оставленному тонким лезвием. Потом кинул мне какие-то тряпочки, ничего не прикрывающие, и приказал отвести на кухню. На кухне меня встретила Мелинда. Поохала, поахала, повздыхала, но заявила, что и не таких откармливала и заставила меня плотно поесть. Мерр Артенда я увидела ещё раз позднее и из их разговора с Мелиндой, я поняла, что особого удовлетворения от новой девушки, то есть меня, у него нет. Приказ не выполнять нельзя, поэтому я остаюсь здесь, пока не прибудут лекари, способные убрать уродства моего тела. Я не волновалась, помнила слова Верникса. Такие шрамы от ритуальных кинжалов могут убрать только очень одарённые лекари. Навряд ли тут такие найдутся, либо будут стоить очень дорого, что станет невыгодным. Для пресловутой Красной Комнаты я тоже не гожусь по словам мерра. Мелинда же бледнела при каждом упоминании Комнаты.