Лира Алая – Ее кровь, его тьма (страница 22)

Он встал, направляясь в мою сторону. Его шаги были медленными, уверенными, словно он заранее знал, чем всё закончится. На его губах играла лёгкая усмешка. Он смотрел на меня так, как хищник смотрит на пойманного в клетку зверька — с полным осознанием своей власти. Но в этом взгляде не было злобы. Скорее — игра, любопытство.

С каждой секундой, пока я медлила, казалось, что сделать признание становится всё труднее. Его руки уже легли на мою талию, тёплые и властные, притянули меня ближе. Моё сердце вздрогнуло, дыхание сбилось. Каким же он был красивым — высоким, сильным, с этим холодным величием в глазах. Я на миг забыла всё, что хотела сказать, растворяясь в его близости. И в этот миг он склонился надо мной, чтобы подарить нежный поцелуй.

— Мне нравится наслаждаться тобой, сладкая, — прошептал он почти у моих губ, и от этих слов внутри всё перевернулось. — Поэтому тебе можно просить у меня.

Я не знаю, откуда у меня взялась смелость и дерзость. Возможно, я чувствовала, что если промедлю ещё хоть минуту, то никогда уже не скажу этого. Слова сами сорвались с губ, дрожащие, но твёрдые:

— Михаэль, ты можешь представиться моим женихом, чтобы это не вызвало недоразумений? Иначе то, что увидела Марта, может обернуться проблемой.

Он смотрел на меня внимательно. Его глаза, глубокие и пронзительные, словно пытались проникнуть в самую суть моей души. Мне было невыносимо тяжело выдерживать этот взгляд, поэтому я то и дело отводила глаза в сторону, словно искала спасения в любой мелочи вокруг. Моё дыхание сбивалось, дух захватывало — казалось, что я сделала шаг в пустоту, и теперь оставалось лишь ждать: паду я в пропасть или найду под ногами твёрдую землю.

— Не переживай, — добавила я торопливо, чувствуя, что голос мой предательски дрожит. — Я не буду что-то от тебя требовать. Потом я скажу, что ты уехал по делам. И в любом случае планировала на пару лет уехать отсюда, когда найдётся брат или продам все владения.

Сердце колотилось в груди, как бешеное. Я не чувствовала себя так, наверное, с самого детства — в тот раз, когда выпрашивала у отца разрешения поехать в соседний город с родителями подруги. Та же смесь страха и отчаянной надежды. Я закрыла глаза и мысленно представила его отказ. От этого стало больно, до рези. Но шагнув дальше в мысли, я поняла: даже если он откажет, я справлюсь. Я должна справиться.

— И опять ты просишь не для себя… — задумчиво произнёс он. Его голос звучал негромко, но каждая нота отзывалась в моей груди.

Я открыла глаза и посмотрела на него. Он словно изучал меня взглядом, пристальным, тяжёлым, но не пугающим. Будто хотел понять, что движет мной на самом деле, что скрыто за моими словами. Он пребывал в каких-то собственных мыслях и раздумьях, и это ожидание становилось почти невыносимым.

— А тебе бы самой хотелось? — спросил он наконец, и в этом вопросе чувствовалась глубина, которую я не смогла сразу осознать.

Что для него значил мой ответ? Что он хотел услышать? Я не знала. Но слёзы предательски подкатили к глазам, сердце сжалось. Хотела бы я, чтобы мы были вместе при других обстоятельствах? Да. Тысячу раз — да. Но сказать это вслух? Никогда. Я не имела права. И всё же, мне казалось, что он и так уже понял всё, глядя сейчас на меня.

— Я не хочу навязывать тебе свои чувства, — мой голос дрогнул, но я выпрямилась и произнесла твёрдо. — У меня ещё есть гордость, чтобы не вешаться на мужчину, у которого ко мне нет взаимных чувств.

Каждое слово сквозило болью, но было правдивым. Я заставила себя встретить его взгляд — резкий, пронизывающий, без капли жалости. Ни любви, ни тоски, ни самосожаления. Я не позволяла себе быть жертвой собственных непринятых чувств.

И вдруг этот взгляд изменился. В нём появилось что-то новое, от чего у меня захватило дух. Казалось, он смотрел прямо в душу, так пронзительно и близко, что я едва дышала. Его рука коснулась моего лица. С такой нежностью, с такой осторожностью он провёл по щеке, что мне захотелось закрыть глаза и остаться в этом мгновении навсегда.

— Хорошо, — сказал он тихо, но уверенно. — Но тогда, раз теперь это будет моим официальным статусом, то позволь мне поучаствовать в твоих делах.

Я замерла, осознавая, что он не только не отверг мою просьбу, но и сам сделал шаг навстречу.

— Я пойду с тобой на завтрак, — продолжил он, чуть мягче, но в его голосе всё равно ощущалась привычная властность. — Расскажи мне, кто такой Ванетору.

Я ещё пару секунд смотрела на него в полном недоумении. Всё оказалось так просто. Только сейчас я поняла: я была готова к отказу, даже к холодному отстранению, но почти не надеялась, что он согласится. А он — согласился. Более того, предложил сам участвовать.

Внутри всё переполнилось — облегчением, радостью, благодарностью. Я почувствовала, как будто камень, тянувший меня вниз, вдруг исчез. Но вопросов задавать не стала. Я решила: лучше оставить всё как есть, пока он рядом.

Я быстро объяснила ему ситуацию с текущими делами, и вместе мы спустились в столовую, где Марта уже учтиво накрыла стол на три персоны

Глава 23

.

Мистер Ванетору был уже там и, при виде нас, сразу встал и направился ко мне.

— Мисс Верна, приветствую вас, очень рад, что вы проявили интерес к делам, это как раз кстати.

— Приветствую. Да, давайте позавтракаем и можем переместиться в кабинет для обсуждения, — я кивнула, стараясь держаться уверенно. Но чувствовала, как его взгляд то и дело скользил в сторону Михаэля.

Марта тоже с любопытством наблюдала, стоя неподалёку. Она явно ожидала момента представления, хотя стол был накрыт и в её присутствии здесь больше не было необходимости. В воздухе повисла тишина ожидания.

— Хочу представить вам моего… — я немного замялась. Слова застряли в горле, взгляд метался, ища поддержки у Михаэля. Я не была уверена, как именно его назвать.

Он понял моё замешательство без слов. Шагнул вперёд, уверенно протянул руку управляющему.

— Мы с миссис Верной помолвлены. Меня зовут Михаэль. Я её будущий муж. Рад встрече.

Он произнёс это так спокойно и естественно, будто никогда и не могло быть иначе. В его голосе звучала уверенность, а осанка и жесты говорили о силе и достоинстве. Я почувствовала, как во мне поднимается горячая волна — то ли смущения, то ли восторга.

— Рад знакомству. Меня зовут Пол, — ответил управляющий, протягивая руку в ответ.

Я чувствовала, как краснею. Казалось, щеки горят так ярко, что все это видит. Но, к счастью, внимание было обращено на Михаэля, и, думаю, мой смущённый румянец остался незамеченным.

И тут послышался звон — что-то громко звякнуло. Мы обернулись: Марта стояла очень удивлённая, с приоткрытым ртом. Вероятно, приборы, которые она держала в руках, выскользнули и упали на тарелку.

Все повернулись к ней.

— Господа, завтрак готов, — только и смогла вымолвить она, после чего торопливо скрылась из комнаты, явно потрясённая услышанным.

Михаэль действовал, как истинный джентльмен. Он взял меня за руку, другой рукой мягко обнял за талию и провёл к столу, где учтиво отодвинул стул. Его жесты были простыми, но в них ощущалась забота и уверенность. Я села, чувствуя на себе его присутствие — тёплое, надёжное, и от этого внутри всё дрожало, будто я оказалась под защитой, которую так долго искала.

Завтрак прошёл в расспросах мистера Ванетору. Он спрашивал, как мне поживается, какая у нас тут погода, откуда приехал Михаэль и где мы собираемся жить после свадьбы. Я слушала, и сердце моё трепетало от того, что слово «свадьба» звучало так естественно.

На все вопросы о нас Михаэль отвечал сам, без заминки, уверенно, беря инициативу на себя. И мне было так приятно, что мне самой не приходилось выдумывать на ходу всю эту легенду, ведь мы даже не проговорили её заранее. Он, словно по наитию, заполнял все пробелы, делая наш союз убедительным в чужих глазах.

Завтрак подходил к концу, когда Пол поинтересовался:

— Чем занимается господин Михаэль?

Я насторожилась, ожидая, как он ответит. Но Михаэль не дрогнул, его лицо оставалось спокойным.

— Я инвестор, — произнёс он ровным голосом. — И сегодня хочу поучаствовать в обсуждении всех текущих дел.

— Да, — подхватила я, уловив лёгкое замешательство на лице управляющего. — Я хотела посвятить моего будущего мужа во все тонкости текущей ситуации.

— Да, я понял вас, миссис Верна. Если это ваше желание, то конечно, — Пол чуть склонил голову, явно не ожидая услышать такую формулировку. — Тогда давайте приступим к обсуждению.

Мы переместились в кабинет. Атмосфера здесь сразу стала иной: строгая, деловая, без налёта утренней интимности. Пол привёз с собой целый чемодан бумаг и ещё минут пятнадцать раскладывал их на столе, шурша листами.

— Сразу скажу, что ситуация наша хоть и устойчивая, но не совсем безопасная, — начал он, разглаживая пальцами разложенные документы.

Михаэль слегка наклонил голову, внимательно слушая, и жестом пригласил продолжать. Его спокойствие действовало странно: в нём не было привычной для делового разговора сухой строгости, но и не было легкомыслия. Он излучал уверенность, как человек, который привык решать проблемы, а не бояться их.

— Можете мне в целом рассказать, как устроена структура всех предприятий, чем каждое занимается и какие вы видите риски? — уточнил Михаэль.