Лион Лафортэ – Синдром Натаниэля (страница 2)

– Ты Бразу зубы не заговаривай, ты должен был взять все рюкзаки, но нет, ты предпочёл кинуть своих товарищей. – Браз сел на стул рядом и слегка поумерил свой пыл, но все ещё был на взводе.

– Я, конечно, сильный, но даже мне не удалось бы убежать от сторожевых псов с тридцатью килограммами за спиной. Скажи спасибо, что я отвлек их и увёл подальше от вас. – пытался я аргументами немного выкрутиться.

– Хватит оправдываться, Натан. Да чтобы Браз ещё хоть раз тебе поверил! – он фыркнул и отвернулся.

Я улыбнулся кривой, слегка виноватой улыбкой и не стал с ним спорить.

***

Отделение полиции восточного района города, №78.

Изолятор временного содержания.

Как у себя дома, наш Руфино разлёгся на настенной лавочке и кайфовал от прохладного ветерка, задувающего от окна с решёткой. Декабрь всё же, +14, время, когда можно немного передохнуть от знойной жары.

Руф был жирным дрыщом – дряблое тело и плавающий, как желе живот, то ещё зрелище, весьма нелепое. Самое обидное для Браза: у Руфа была отменная, рыжая шевелюра до плеч и ни одного гладкого места как на голове, так и на лице. Даже не ухаживая за бородой, она была как у дровосека с постеров.

Это можно было бы назвать удачей, да только бог в очередной раз посмеялся над своим земным рабом и наградил его тотальным невезением. И я не преувеличиваю, но об этом позже. Глаза у него были темно-металлического цвета, аспидно-серыми, если быть точнее. Средний рост, где-то сто семьдесят сантиметров. Темно рыжий. Он носил потрепанную, когда-то темно-коричневую кожаную куртку, поверх оранжевой толстовки. Коричневых, почти черных, как и его кроссовки, штанах.

В камере с этим неудачником в основном был привычный контингент: две проститутки, четыре пьяницы, один бездомный в лице Руфа и ещё один человек, который явно выделялся среди всех прочих. Мужчина: блондин, голубые глаза, ростом сто девяносто сантиметров точно, хорошая укладка, острые углы челюсти, белая рубашка, черные брюки и туфли. Прям волк с Уолл-Стрит! Только на вид ему было под сорок, при этом он выглядел очень хорошо, почти без морщин. Возраст выдавала только его статность.

В его сторону поглядывали, но никому особо не было до него дела, а вот главного уличного "всезнайку", как он сам себя называл, весьма интересовал этот необычный персонаж. Таких на улице Лиссабона-то редко встретить можно, все ходят в обычной, повседневной удобной одежде, а тут такой и в камере.

Белокурый уже минут тридцать стоял возле стальных прутьев и как-то нервно перебирал по ним пальцами, глядя по сторонам. Точнее было бы сказать, что он не нервничал, а активно думал, но его холодный образ никак не сочетался с таким видом раздумий. По одному взгляду было ясно, что у него в голове сейчас мозговой штурм.

И так оставалось ровно до того момента, пока по-старому, орущему телевизору надзирателя, корреспондент не вышел в эфир с новостями.

"Сегодня в районе Лапа, в Национальном Музее Древнего Искусства №28, был украден экспонат – керамическая скрипка шестнадцатого века. На камеры видеонаблюдения попали трое людей в масках в форме белой ладони. Полиция уже пытается установить личности преступников, но пока безрезультатно…"

Рыжий бомж с интересом наблюдал за реакцией здоровяка и видел, как он сильно сжимал кулак левой руки и думал так деятельно, что можно было это слышать. Фигурально, конечно же.

“Опа-па-па-па. А чего это он так занервничал? По любому замешан! Пахнет денежками, чую! Нет, зуб даю! – которых у него не то, чтобы много – У него наличка точно есть, как пить дать! Как бы мне его развести? Думаю, он сейчас душу дьяволу продаст за любую информацию об этой скрипке, да? Хм… есть у меня одна идейка…” – Руф жадно улыбнулся и пригладил свою большую бороду.

Хитровыдуманной походкой, с потрохами выдававшей его скользкие намерения, он "подкрался" к солидному незнакомцу и попытался завести беседу.

– Я искренне извиняюсь, в моё внимание попала ваша заинтересованность, и мне кажется, я мог бы Вам в этом помочь, – потирая руки и будто пританцовывая, завязывал он диалог.

Да с тебя же мошенников рисовали, куда лезешь? Сказал бы ему я, если бы был рядом.

Мужчина, похоже, попался не глупый и просто игнорировал Руфа, будто его не существует вовсе, но, разве такая мелочь остановит бывалого проходимца? Пфф! Да с его целеустремленностью облапошивать людей нужно было идти в политику.

Естественно, что он не успокоится, пока не добьётся результата. Получить по роже, кстати, тоже результат, и не факт, что это его остановит.

– Сэр, возможно, Вы меня не расслышали, но я сказал, что могу вам помочь.

Снова. Бесполезные попытки вызвать интерес снова провалились.

Белобрысый тип и правда не дурак – исключил его существование, чтобы не отвлекаться от мыслительного процесса. Он продолжал внимательно слушать, что говорит человек из телевизора.

Руф нахмурился, но сдавать позиции не собирался.

Что, попытается ещё раз? Вопрос риторический.

– Э-эй, ты что, глухой? Я говорю, что знаю людей, которые помогут тебе с информацией, не за бесплатно, конечно же. Чего ты меня игнорируешь? Тебе же точно интересно!

Здоровяк вдруг прекратил постукивать пальцами по прутьям, и любой другой человек на месте Руфа сделал бы пару шагов назад, ибо атмосфера тут же изменилась. Вместо любопытства, на которое рассчитывал Руф, он получил кое-что другое. Блондин повернул голову и взглянул холодным, будто у убийцы, взглядом. Мужчина собирался что-то тому сказать, но не успел, так как этот бездомный олух привлёк к себе внимание ещё и выпивших хулиганов, которые явно были не прочь попинать бомжатину.

– Слышь, хер вонючий, ты мне и моим корешам расслабляться мешаешь! Настроение испортил, ик, чмо поганое. Как ты собираешься это исправлять? А-а?!

– Эй, парни, полегче, пошутили и хватит, – Руф умел общаться с такими типами на их языке, чтобы лишний раз не огребать побои, поэтому пытался отшутиться.

– Мы что, клоуны тебе? На шутников похожи, ты, отброс?! – с этими словами трое из четырёх задир окружили бедолагу.

Четвёртый был ещё в сильном алкогольном опьянении и просто сидел на скамейке, отупевшим взглядом уставившись на сцену перед ним. Надзирателю же было абсолютно плевать на всё, что происходит. Он в наушниках без палева смотрел порнушку на телефоне. Кругом бардак!

«Дерьмо, угораздило же! Но не на того вы нарвались, лошье… Ха! Сейчас я покажу вам силу разума.»

Ха… разума.

Руфино повернулся к солидной фигуре снова, окинул его взглядом, и убедившись в его хорошей физической форме, принял просто "гениальное", по его мнению, решение.

– Воу-воу, стоять, сволочи! А не то он, – указал на блондинчика, – жопы вам на вьетнамский флаг порвёт, если тронете меня! У меня есть нужные для него сведения, поэтому вам лучше осадить свой пыл.

Руф только хотел повернуть голову и снова взглянуть на своего, якобы, защитника, но вместо этого он увидел лишь свет в конце тоннеля.

Глава 2. По прихоти судьбы.

Как вы уже поняли, "костюмчик" взбесился и вместо пьянчуг отвесил такую пощёчину, что Руфино отрубился, будучи ещё на ногах и упал без сознания. Помните, я говорил про невезение? Вот она – наглядная демонстрация. Хотя тут, наверное, больше идиотизм, но всё же.

Увидев, с какой лёгкостью, точностью и силой приложили Руфа, пьяницы мгновенно почувствовали себя неуютно. Казалось, будто здоровяк только что прибил назойливую муху, поэтому им совершенно не хотелось проверять, на что ещё он способен.

Блондин в белой рубашке оглядел всех в камере и сказал.

– Тихо, – голос мужчины звучал низко и звонко. Пробирал до мурашек.

Они тихо цыкнули и молча сели на место, стараясь более не отсвечивать. Ну, такие парни понимают только язык силы, а тут она многократно превосходила их собственную. Трухнули. Я их не осуждаю, парень ведь и правда пугающий: почти два метра ростом и телосложение явным треугольником, а один кулак, как два моих. В дальнейшем, пока шли новости, в камере царила абсолютная тишина. Хулиганы старались лишний раз не шевелиться, да и дышали тише обычного.

Забыл сказать…

У рыженького очень плохо с выводами – он их не делает. Поэтому, когда эфир закончился, мужчина в офисной одежде оглядел свободные места и уже придумал план. Пересекаясь взглядом с Руфом, который уже пришёл в себя, он увидел, как тот хлопает рукой по скамейке, мол, садись сюда. Остальные уже было начали переживать за бомжа, но солидный парень без какой-либо агрессии прошёл и сел рядом на единственное свободное место, тяжело вздыхая. Да, камера была не такая уж и большая, не говоря уже о посадочных местах.

– Ха! Ну и отделал же ты меня! – Руф широко улыбался. – Ты, чё, карате занимался? Руки у тебя каменные! Спасибо, что хоть по зубам не бил, а то и так проблемы с ними. – Он понизил голос и продолжал. – Слушай, я на тебя зла не держу, сам виноват.

Здоровяк сидел неподвижно, опустив голову, но даже так люди в камере чувствовали, как грязнуля действует ему на нервы. Все, кроме самого грязнули, который намеревался продолжить, но не успел.

– Тебе жить надоело, волосатик? Отстань от него, а то забьёт тебя до смерти. Не хочу я потом с трупом в камере ночевать, – пропищала тоненьким голоском девушка лёгкого поведения.

– Да что ты понимаешь, овца?! Не лезь не в своё дело, п-ха!