Линвуд Баркли – Бойся самого худшего (страница 6)

— Мистер Блейк!

Я оглянулся. Это была Вероника Харп, менеджер отеля, с которой я говорил в первый день по телефону. С тех пор мы виделись уже несколько раз. Синий жакет, в тон ему юбка, практичные удобные туфли, на лацкане значок «Бизнес-отеля». Она была меня старше, но не намного. Черные волосы, темно-карие глаза. Впечатляющая фигура.

— Здравствуйте, Вероника. Как поживаете?

— Прекрасно, мистер Блейк. — Он помолчала, понимая, что вежливость требует от нее осведомиться и о моих делах, и зная заранее ответ. — А вы?

Я пожал плечами:

— Я вам, наверное, уже надоел. Околачиваюсь здесь почти каждый день, и все без толку.

Она смущенно улыбнулась:

— Я вас понимаю.

— Может, еще раз обойти все эти заведения, — произнес я, размышляя вслух. — Меня не покидает мысль, что она работала где-то здесь.

— Вероятно. — Произнеся эти слова, Вероника нерешительно посмотрела на меня: — Может, зайдете выпить кофе?

— Не откажусь.

— Тогда пошли.

Мы двинулись через стоянку к отелю. Входные стеклянные двери раздвинулись при нашем приближении. Она завела меня в столовую рядом с вестибюлем, где гостям подавали завтрак. Овсянка, мюсли, булочки, пончики, фрукты, кофе, сок. Совсем неплохо. Остановился здесь на ночь, утром хорошо позавтракал, да еще можешь насовать в карман булочек и потом хорошо ими пообедать.

Миниатюрная женщина в белой блузке и черных слаксах переставила корзинку с порционными сливками и начала протирать стойку. Она была тайка или вьетнамка. В общем, из Юго-Восточной Азии. Лет под тридцать, может, больше.

Женщина посторонилась с вежливой улыбкой.

— Кантана, не забудь положить еще мюслей, — сказала Вероника. — Чтобы не получилось, как сегодня утром.

Мы налили себе по чашке кофе и сели за стол.

— Не помню, спрашивала ли я вас прежде или нет. Вы в «Говард Джонсон» заходили?

— Да, — ответил я. — Показывал фотографии всем, даже уборщицам.

Вероника понимающе кивнула.

— А полиция? Они что-нибудь делают?

— Не знаю. — Я пожал плечами. — Там считают, что она просто сбежала из дома. Рядовой случай. Вообще-то нет никаких свидетельств, что… ну, вы понимаете. Ничто не заставляет предположить, что с ней что-то случилось.

— Да, но они обязаны искать. В любом случае. — Вероника глотнула кофе.

— Я с вами согласен.

Она подняла на меня глаза.

— Вы всегда один. У вас что, нет родственников?

— Здесь никого. Кроме жены, бывшей. Но она недавно попала в аварию и с трудом ходит. Так что мне приходится ездить одному.

— А что с ней случилось?

— Неудачно упала, когда ехала на тросе за катером. Пыталась взлететь на водном парашюте.

— Надо же, я никогда этим не занималась.

— И не пробуйте. Опасно. — Я помолчал. — Но она делает что может. Звонит, ищет в сети. Она встревожена, также как и я.

— Вы давно разведены?

— Пять лет. Сид тогда было двенадцать.

— Она снова вышла замуж?

— Не знаю, официально или нет, но да, у нее есть муж. — Я опять помолчал. — Вы видели рекламные ролики автосалона подержанных автомобилей?

— Видела, и не раз. Так это он?

— Да.

— Когда он появляется на экране, я всегда приглушаю звук, — призналась Вероника. — Он кричит слишком громко.

— Я делаю то же самое, — сказал я, с трудом улыбнувшись.

— А вы так и не женились?

— Нет.

— Трудно представить такого мужчину, как вы, одного. Без женщины.

Вообще-то у меня была женщина. Я встречался с ней время от времени до исчезновения Сид. Но в любом случае наши отношения не были прочными.

— Сидни работала в каком-то месте, где платят наличными, — сказал я.

Вероника усмехнулась:

— Это могло быть где угодно. Признаюсь, такое случается даже у нас. — Поймав мой настороженный взгляд, она добавила: — Да, так поступают многие в гостиничном бизнесе, чтобы сократить налоги.

Я выложил на стол несколько фотографий Сид.

Вероника улыбнулась:

— Ваша дочка красивая. Какие чудные волосы! И знаете, в ней есть что-то скандинавское.

— Да, ее мать наполовину норвежка, — объяснил я. Но мои мысли работали совсем в другом направлении. — Жаль, что ваши камеры наблюдения на автостоянке не работают. Если Сид встречалась там с кем-то, то можно было бы…

Вероника смущенно кивнула:

— К сожалению, камеры висят там только для вида. Чтобы люди думали, что у нас тут все под наблюдением. На большее у нас не хватает средств. Если бы мы входили в какую-то крупную сеть…

Я кивнул, положив фотографии Сид в карман пиджака.

Вероника полезла в сумочку и вытащила небольшую фотографию мальчика месяцев девяти, в рубашечке с картинкой из мультфильма «Томас-Паровоз».

— Как его зовут? — спросил я.

— Ларе.

— Почему вы выбрали такое имя?

Она рассмеялась:

— Выбирала не я, а дочка. Так зовут отца ее мужа. — Она подождала секунду, чтобы я усвоил сказанное. — Это мой внук.

— Кто бы мог подумать…

— Да, внук, — повторила Вероника Харп. — Я родила дочку в семнадцать лет. — Она посмотрела на меня: — Не похожа на бабушку, верно?

Я кивнул:

— Да, не похожи.

Надо же, забеременела в семнадцать.

— Спасибо за кофе, — произнес я, вставая.