Линн Харрис – Спроси мое сердце (страница 16)
— Я не хочу выходить за Рашида. Я не люблю его, а он не любит меня. Но мы должны думать о малыше. Насколько я поняла, ребенок незамужней матери не может унаследовать престол, даже если отцовство короля не вызывает сомнений. А понятия совместной опеки тут не существует.
— Таков уж Кир, дорогая. — Эмили сжала руку Шеридан, которая была благодарна за сочувствие и дружелюбие. — Но он имеет свои плюсы, как и ворчун Рашид.
Шеридан засмеялась. Смех помог удержаться от слез хотя бы на время. Как же она нуждалась в ком-то, кто не считал Рашида пупом земли, замечал его недостатки и говорил о них вслух!
— Он и правда ворчливый. И властный.
— Властность у аль-Хассанов в крови. Но, согласись, они чертовски хороши собой.
— Я еще не видела твоего мужа, но, если он похож на Рашида, тебе сказочно повезло.
— Я — очень везучая женщина. Ты тоже станешь такой, как только приручишь Рашида.
Судя по всему, Эмили была убеждена, что в конечном итоге все сложится наилучшим образом. Шеридан в это не верилось. Когда она вспоминала, как холодно Рашид вел себя с ней после секса, сердце наполнялось болью.
— Я не уверена, что он поддается приручению. И что я хочу этим заниматься. Я была бы счастлива просто уехать домой.
Это не вполне соответствовало действительности, и Шеридан почувствовала, как щеки заливает румянец. Эмили сделала вид, что ничего не заметила.
— Кадир говорит, что его брат не всегда был таким закрытым и отстраненным, как сейчас. Муж не знает, в чем причина, они почти не общались, пока Рашид жил в России. Я знакома только с ворчуном Рашидом, но Кадир очень любит брата и считает его достойным человеком.
Шеридан даже подумать не могла, что Рашид утаил от Кадира и свой первый брак, и смерть жены. Ей было больно узнать, что он переживал утрату любимой женщины в одиночестве. Но она не считала себя вправе открыть его секрет Эмили, поэтому промолчала.
Затем Эмили объяснила, как в Кире принято проводить официальную часть церемонии бракосочетания. Шеридан обрадовалась, что она не будет долгой или помпезной. Молодая женщина всегда мечтала о многолюдной эмоциональной свадьбе, но в нынешней ситуации ей хотелось разделаться с процедурой как можно быстрее. Просто поставить подписи на бумаге, словно они с Рашидом собрались взять кредит в банке.
Тем не менее церемония, состоявшаяся на следующий день, взволновала Шеридан больше, чем она ожидала. На подписании документов в кабинете Рашида, кроме новобрачных, присутствовали только юристы, переводчик и Кадир с Эмили. Шеридан постоянно чувствовала на себе взгляд Рашида, словно он опасался, что она устроит сцену. Ее действительно преследовало желание вскочить и выбежать из комнаты, но она понимала, что это лишь отсрочит неизбежное.
По тому, как небрежно Рашид обращался с документами, Шеридан поняла, что он злится. Знать бы еще причину… Она обернулась к Эмили, которая улыбнулась и кивнула, словно бы говоря: «Ты сможешь справиться с этим».
— Поздравляю, Рашид. — Кадир пожал брату руку. — Добро пожаловать в семью, Шеридан.
Они с Эмили по очереди расцеловали Шеридан в обе щеки. Потом мужчины отошли в другой угол, чтобы обсудить какие-то свои дела.
— Все будет хорошо, — вполголоса сказала Эмили. — Рашид не плохой, он просто… потерянный. Кадир был таким же, но мы нашли способ это исправить. И вы найдете.
Шеридан не испытывала такой уверенности, но улыбнулась и поблагодарила Эмили за поддержку.
Кадир подошел и сразу же обнял жену за плечи. Его потребность прикасаться к ней каждый раз, когда они оказывались рядом, отзывалась в Шеридан завистью. Рашид касался ее, только когда они занимались сексом.
Когда Кадир и Эмили ушли, кабинет с прекрасным видом на океан погрузился в гнетущую тишину. Один взгляд на Рашида подсказал Шеридан, что его настроение ничуть не улучшилось. Похоже, он хотел этого брака еще меньше, чем она.
Шеридан вспомнила его будничный, неэмоциональный рассказ о смерти жены. Но она могла представить, какое сильное влияние оказала на Рашида эта потеря. Наверное, он сильно любил женщину, раз женился на ней добровольно, а не потому, что она была беременна наследником престола.
Теперь Шеридан стала его женой. И хотя Рашид сам настаивал на заключении этого брака, он явно не испытывал удовлетворения оттого, что это все-таки случилось.
— Кадиру показалось, что ты меня боишься, — хмуро произнес Рашид.
— Не боюсь.
— Надеюсь. Ты противоречила мне на каждом шагу с момента нашей встречи. Если я не испугал тебя тогда, вряд ли имеет смысл бояться сейчас, когда я сделал тебя принцессой.
Накануне Эмили объяснила Шеридан, что в Кире жена короля носит титул «ее королевское высочество». Королевой ее сделает только специальный указ мужа. Отец Рашида не удостоил такой чести ни одну из жен, и Рашид, судя по всему, намеревался последовать его примеру.
— Я не чувствую себя принцессой.
— Ты скоро привыкнешь. Тебе нужно будет показаться Совету министров, а дальше тебя ждут официальные мероприятия, встречи… Наймешь секретаря и несколько сотрудников, решишь, какое направление благотворительности будешь поддерживать…
— Рашид, пожалуйста! — Шеридан снова захотелось убежать и спрятаться. Она не страдала излишней робостью, но чувствовала, что вот-вот утонет в потоке информации. — Можно мне привыкнуть к мысли, что я замужем, прежде чем ты завалишь меня обязанностями?
Рашид посмотрел на нее. Он выглядел строго и величественно в национальной одежде с золотым шитьем, которое сверкало и переливалось, когда он двигался. Наряд Шеридан — пурпурное платье и кремовый хиджаб — смотрелся намного скромнее.
— Ты сказала, что не хочешь выходить за меня и не любишь сидеть без дела, — сказал Рашид. — Я предлагаю тебе как можно скорее приступить к новой работе, которая позволит нам держать дистанцию.
— Ты знаешь, в чем заключались мои возражения против свадьбы, я не собираюсь их повторять. И да, мне нравится работать, но то, что ты перечислил, совсем не похоже на организацию праздников и обслуживание банкетов.
— Навыки из прошлой жизни пригодятся, поверь мне. Внимание принцессы делает людей счастливыми, для них это большой праздник. Ты будешь составлять планы мероприятий и передавать секретарю, который все организует.
Он подошел к столу и принялся шуршать бумагами. Шеридан почувствовала себя школьницей, вызванной к директору за плохое поведение.
— Ты злишься на меня? — спросила она, решив, что откровенность — единственный способ сдвинуться с мертвой точки.
— Нет, — ответил Рашид, не поднимая головы.
— Тогда что тебя беспокоит?
Рашид оставил бумаги в покое и присел на край стола, скрестив руки на груди.
— Во время церемонии ты была похожа на ягненка, которого тащат на бойню.
— Ты тоже не светился от счастья. — Шеридан обрадовалась закипавшей в ней злости. Это было намного лучше остальных чувств, владевших ею в последнее время. — Никто в этой комнате не верил, что мы вступаем в брак по горячему обоюдному желанию, поэтому прекрати винить меня в своих настроениях.
— А кого винить, Шеридан? Ты решила, что мы не должны заниматься любовью, и я уважаю твое решение. Но это не значит, что оно меня не расстраивает. Мужчина должен иметь возможность спать со своей женой.
Сердце Шеридан затрепетало от мысли, что Рашид так сильно желает близости с ней.
— А что случилось с планом, согласно которому наш брак будет фиктивным? — Шеридан хотела заставить его признать, что он передумал. Молодой женщине категорически не нравилось, когда сразу же после секса ее отсылали восвояси, словно она чем-то не угодила.
— Ты действительно считаешь это возможным после того, что мы натворили на прошлой неделе?
— Ты мне скажи. Оба раза ты фактически прогонял меня, как только получал желаемое.
Рашид на мгновение спрятал лицо в ладонях.
— Дело не в тебе.
— Это ужасное клише, Рашид. «Дело не в тебе, а во мне». Люди обычно предваряют этими словами что-то еще более омерзительное вроде: «Нам нужно сделать паузу» или «Я не могу любить тебя, как ты того заслуживаешь».
Как только с губ сорвалось слово «любить», Шеридан начала жалеть, что не может взять его назад.
— Нам точно не нужна пауза, мы только начали. — Выражение лица Рашида стало каменным. — Что до любви, я на нее не способен.
Шеридан сглотнула вставший в горле комок. Почему ей было так больно это слышать, неужели она всерьез ожидала, что в их странных отношениях найдется место любви?
Да. Может быть, не сейчас, чуть позже. Как можно жить с мужчиной, с которым тебя связывает такое сильное сексуальное притяжение, и не влюбиться в него в какой-то момент? Между Шеридан и ее новоявленным мужем было больше огня, чем в двух ее прошлых романах, вместе взятых. Хотя она не могла исключить, что эти ощущения в новинку лишь для нее, а Рашид принимает их как данность.
— Я, пожалуй, пойду, — сказала Шеридан. — Вижу, что тебе надо работать.
— Я не хотел тебя обидеть.
— И не обидел. Мы ничего друг для друга не значим, Рашид. По всей вероятности, так оно и останется.
Ужин с Кадиром и Эмили превратился для Шеридан в пытку. Ей было тяжело наблюдать, с какой любовью эти двое относятся друг к другу. Не потому, что она хотела того же с Рашидом, просто замужество и беременность без единого упоминания о любви заставляли Шеридан чувствовать себя обманутой в самых прекрасных ожиданиях.