Линкольн Чайлд – Затерянный остров (страница 57)

Жадно хватая воздух, кашляя и хватаясь за шею, Гидеон вскочил на ноги и отступил. Амико все еще держала пистолет нацеленным на Циклопа, но существо игнорировало это, полностью сосредоточившись на звуке. Еще один гул повлек за собой новую волну дрожи земли. Было очевидно, что Циклопу никогда раньше не приходилось слышать ничего подобного — сейчас он выглядел таким взволнованным, каким ни Амико, ни Гидеон ни разу его не видели с момента их первой встречи. В мгновение ока он оказался у входа в пещеру и стал крутить головой из стороны в сторону, производя обзор джунглей.

— Гром? — тихо спросила Амико.

— Нет, — сдавленным голосом отозвался Гидеон.

Теперь до них донесся еще один звук — это был стрекот вращающихся лопастей вертолета. За одно мгновение Циклоп растворился в лесу. Напарники вышли из пещеры как раз вовремя, чтобы увидеть, как над ними проносится темная фигура: сквозь кроны деревьев отчетливо проглядывали очертания большого одномоторного вертолета, который Гидеон идентифицировал как «Сикорский S-70». В девственно чистое небо с дальнего конца острова поднимался столб дыма.

Пока Гидеон и Амико молча наблюдали за происходящим, на другой стороне острова прогремел еще один взрыв, и они даже издали ощутили прокатившуюся по земле ударную волну, которая сильно всколыхнула полог джунглей. Огненный шар взметнулся в небо, постепенно угаснув и сменившись отвратительным черным дымом.

— Какого черта? — воскликнула Амико.

— Напалм! — отозвался Гидеон, его голос походил на отчаянное рычание дикого зверя. — Они расчищают зону посадки!

— Они? Это кто?

Когда «S-70» пролетал над их головами, Гидеон попытался рассмотреть на нем какие-либо опознавательные знаки или метки, но различил только серийный номер. Однако, по мере наблюдения — когда вертолет замедлился — он увидел, как открылась дверь грузового отсека, и, незадолго до того, как машина окончательно скрылась за деревьями, он мог поклясться, что человек, стоявший в этих дверях в камуфляжной форме, был Мануэлем Гарзой.

56

Вертолет исчез из виду, но Гидеон все еще слышал, как вращаются его лопасти. Похоже, машина зависла где-то в глубине джунглей примерно в середине острова — без сомнения, десантируя персонал, который закончит расчистку посадочной зоны.

— Глинн, — тихо констатировала Амико.

Гидеон чертыхнулся про себя.

— Наверное, он определил, где мы находимся, лучше, чем нам казалось.

Долгое время никто не проронил ни слова. Звук вращающихся лопастей продолжал разноситься над джунглями, и вскоре к нему присоединился рев циркулярных пил.

Гидеон переглянулся с Амико и заметил в ее глазах потрясение, недоверие и гнев.

— Нам нужно остановить это, — прошипела она.

— Да. Нам нужно встретиться с Глинном и выяснить, что происходит.

Напарники вернулись в пещеру, сложили свои вещи в водонепроницаемые мешки и, не обменявшись ни единым словом, направились вглубь джунглей, используя в качестве маяка поднимавшийся к небу столб дыма. Звуковым ориентиром для них служил нарастающий рык циркулярных пил. Они спешно шагали по тропе, ведущей в центр острова. По мере продвижения звуки становились все громче: слышался грохот падающих деревьев, раздавался визгливый рев нескольких циркулярных пил, крики людей и треск раций. Уже издали было слышно тарахтение работающего дизельного генератора.

Наконец, Амико и Гидеон добрались до вырубки. Второй вертолет был на подлете вслед за уже приземлившимся «Сикорским», а в небе в это время парил третий. Гидеона ошеломило то, сколько ущерба было нанесено острову за такое короткое время. Персонал продолжал расчищать зону посадки, превращая многовековые деревья в дрова и мусор. По бывшим джунглям ходили люди с огнетушителями, стараясь загасить огонь напалма, который в считанные секунды пожрал траву и низкий кустарник. Еще несколько человек устанавливали металлические столбы для палаток и периметр ограждения.

С одной стороны участка строилась массивная металлическая клетка.

Увидев ее, Гидеон замер. Это было невозможно! Они ведь не говорили Глинну — они и сами не знали, что на острове есть живой Циклоп!

— Сукин сын, — выдохнул Гидеон, — откуда он узнал?

Амико ничего на это не ответила.

Рядом стояла большая палатка, напоминавшая по конструкции шатер, — уже построенная и оборудованная — а невдалеке от нее маячила небольшая беседка. После минутного колебания Гидеон направился к шатру, и Амико последовала за ним. Он отдернул кусок тента, служивший дверью и внутри, как он и ожидал, увидел Глинна, сидящего в своем инвалидном кресле в полном обмундировании. Рядом с ним стоял молодой светловолосый мужчина в легкой одежде для сафари и с винтовкой М16 в руках. С другой стороны от шефа изваянием застыл Мануэль Гарза с абсолютно каменным лицом.

— Ах, Гидеон, Амико! — воскликнул Глинн. — Я ждал вас. Входите.

— Зачем эта клетка? — тихо спросила Амико.

— Вы не хотите присесть?

— Ответьте на мой вопрос.

— Зачем? Вы и так прекрасно это знаете, — поняв, что девушка не удовлетворится подобным ответом, он вздохнул. — Все началось с пергамента. Respondeo ad quaestionem, ipsa pergamena. «Ответ на вопрос дает сама страница». Получается, что «сама страница», сам пергамент в своей физической ипостаси и был решением. Он был сделан из животной кожи, но не относился ни к одному известному виду животных, которые использовались для изготовления веллума. Мы провели анализ ДНК образца, и смогли определить, из кожи какого существа был сделан этот пергамент. Неандерталец, но немного… другой. Этот вид отличался от тех неандертальцев, которые нам были уже известны, и это очень меня заинтересовало. Создание, из кожи которого был сделан пергамент, имело лишь один большой зрительный нерв и одну область мозга, отвечающую за оптическое восприятие. Другими словами… у него был только один глаз, — Глинн улыбнулся. — И когда вы сообщили, что видели череп циклопа, мы убедились в том, что верно идентифицировали это существо. Когда мы пропустили эту информацию через программу QBA, мы получили весьма интересный результат: учитывая отдаленное расположение этой островной группы и отсутствие контакта с внешним миром, не было оснований полагать, что циклопы исчезли с лица земли.

— И клетка, — низко проговорила Амико, — для того, чтобы… захватить его?

— Пусть лотос и остается нашей основной целью, нельзя упускать научную возможность изучить живого неандертальца — особенно столь занимательного.

Гидеон — до этого неотрывно смотревший на директора — перевел взгляд на Амико. Она напряженно смотрела на Глинна, словно пыталась передать ему какой-то мысленный посыл.

Гидеон легко рассмеялся.

— Это же нелепо! Мы на острове уже несколько дней и не обнаружили никаких признаков… циклопов. Так что эту клетку можно смело отправлять назад за ненадобностью.

Глинн пронзил его насквозь взглядом своего единственного здорового глаза.

— Вы отлично лжете, Гидеон, но меня вам не обмануть.

— В смысле?

— В смысле, я оставлю клетку на месте и подожду, потому что вы сейчас лишь подтвердили то, что я подозревал: на этом острове есть циклопы.

Наконец, заговорила Амико:

— Ошибаетесь. На острове только один Циклоп. Очень старый. Последний в своем роде.

Глинн приподнял бровь.

— В самом деле?

— Поймите, — медленно продолжала она, — вы не можете упечь последнего представителя этого вида в клетку. Это будет преступлением против природы.

— Мне очень жаль, Амико, но мы собираемся заниматься здесь работой, которая поможет нам культивировать лотос, и эта работа наверняка окажется губительной для среды, в которой привык жить этот Циклоп. Этому существу понадобиться наша защита.

Голос Амико поднялся до крика.

— Вы должны прекратить это! Сейчас же! Вы же уничтожаете остров! Это уникальная среда обитания! И так вы не сможете культивировать лотос!

— Прошу прощения, — качнул головой Глинн, — но другого способа я не вижу.

Амико угрожающе нахмурилась.

— Вы убьете его, если поместите в эту клетку.

— Его? — Глинн слегка приподнял голову.

— Да. Его.

— То есть, вы установили контакт?

— Да.

Он ненадолго замолчал. Наконец, он вздохнул и приподнял свою здоровую руку в знак примирения.

— Могу я кое-что сказать?

Амико не ответила. Гидеон тоже.

— Есть две проблемы, — начал Глинн, и голос его звучал мягко и разумно. — Во-первых, мы обнаружили лекарство, которое способно изменить жизнь каждого человека на этой планете. Это очень важно. Намного важнее нашего открытия, которое представляет собой необычный гоминид…

— Нашего открытия? — усмехнулся Гидеон. — Вы не имели к этому никакого отношения!

— Вашего открытия. Вы обнаружили родственника нашего вида, вариацию Homo Neanderthalensis. То, что в этом месте обитает и это существо, и чудо-лекарство, которое, по-видимому, поддерживает его существование — это затруднение. Приземлившись здесь и идентифицировав растение, мы сможем обеспечить человечество лекарством. Изучив существо, мы можем многое узнать о нашем происхождении. Два зайца — один выстрел. Вот, почему мы здесь. И Циклопа действительно нужно защитить — даже если и от самого себя.

— Вы не посадите его в эту клетку, — угрожающе прошипела Амико.

— Нам нужно создать для него подходящую среду обитания.

— Среду обитания? — повторила она. — Вы имеете в виду зоопарк?