Линкольн Чайлд – За границей льдов (ЛП) (страница 9)
Через мгновение раздался голос Алекс.
— Гидеон, как слышно?
— Громко и ясно.
— Сейчас мы с тобой пройдемся по всем консолям слева направо.
В течение следующего часа она описывала все мучительно нудные детали сферы, пока Гидеон не отчитался ей в том, что все запомнил. Наконец, они добрались до панели и джойстика.
— Это, по сути, все, что тебе нужно знать, — сказала она. — Джойстик работает, как игровой: вперед, назад, влево, вправо. Чем больше ты наклоняешь его в ту, или иную сторону, тем быстрее в указанном направлении будет двигаться субмарина. Но при этом у «Джорджа» отличный автопилот, и он будет исправлять любые ошибки, которые ты можешь допустить. Если ты двинешь рычаг вперед, чтобы проникнуть, скажем, в пробоину в корпусе корабля, автопилот автоматически проведет тебя через эту дыру, ничего не задев. Он проведет тебя через коридоры, не касаясь стен, и будет держать на расстоянии как от илистого дна, так и от других подводных препятствий. Автопилот принимает твои сигналы, но обрабатывает их на свой манер, и он не войдет в какое-либо пространство, если оно слишком мало для батискафа. Также он не подчинится, если ты попытаешься протаранить скалу или, скажем, морское дно.
— А есть способ его отключить?
— Прямого способа нет — в том и смысл. При необходимости управление батискафом может быть передано на поверхность. Итак, продолжим. Видишь эти два красных тумблера под откидными крышками? Тот, на котором написано «АВАРИЙНОЕ КАТАПУЛЬТИРОВАНИЕ» выбросит твою титановую капсулу, и она быстро поднимется на поверхность. Заметь, что этим еще
— А какой смысл аварийного катапультирования, если исход может быть летальным?
— Эта функция предусмотрена на крайний случай, — небрежно отозвалась Алекс. — Ну, ладно. Готов к мокрой пробежке?
— Нет.
— Кран поднимет твой батискаф, опустит его в воду и отсоединится. Ты автоматически начнешь погружаться под контролем программного обеспечения автопилота. В норме, на борту должно было бы находиться двести фунтов железного балласта, чтобы быстро доставить тебя на глубину в две мили, к затонувшему кораблю. Но здесь глубина около сотни футов, так что тебе это не понадобится. Автопилот остановит тебя в десяти футах от дна, после чего тебе нужно просто ждать и ничего не делать, пока я не дам тебе команду.
— Есть, капитан, — понуро буркнул Гидеон.
Через миг он почувствовал, что его поднимают, перемещают, а затем опускают в воду. Сам спуск прошел настолько мягко, что он едва его заметил — основным признаком погружения стала вода, бодро плескавшаяся за обзорными иллюминаторами. Затем, с лязгом креплений субмарина освободилась и продолжила погружение. Ходовые огни включились автоматически — спереди, сзади и снизу. Гидеон наблюдал, как в их свете вокруг него танцуют пузырьки воздуха. Толща воды была мутной и поначалу казалась непроглядной, но вскоре очертания дна стали проясняться. Как и было обещано, субмарина замедлилась и остановилась примерно в десяти футах над поверхностью дна, замерев в окружении длинных водорослей, колышущихся в темно-зеленой воде. Гидеон услышал мягкое шипение теплого воздуха, и невольно ощутил легкий приступ клаустрофобии. Он почти чувствовал, как вода давит на него всей своей массой, что высилась над ним, отчего воздух показался ему тяжелым для дыхания.
Затем в двадцати футах перед ним показался другой желтый мультяшный батискаф, который замер на той же глубине, что и он, и помигал ему огнями.
— Гидеон, ты меня слышишь?
— Слышу.
— Почему бы тебе не опробовать свой джойстик? Перемести его вперед, в сторону и назад, посмотри, как отреагирует аппарат.
— А как мне подниматься и опускаться?
— Хороший вопрос. Видишь кнопку для большого пальца в верхней части джойстика? Если потянешь ее вперед, батискаф поднимется вверх, если назад, то вниз. Давай, поиграйся с ним, а я посмотрю и прокомментирую, как ты справляешься.
Гидеон усмехнулся, но обхватил джойстик и осторожно толкнул его вперед. Послышалось слабое гудение, и батискаф — очень медленно — пришел в движение.
— Можешь быть с ним поагрессивнее, — сообщила Алекс, и Гидеон представил себе усмешку на ее губах. — Автопилот сгладит любые резкие движения, которые ты можешь сделать.
Гидеон попробовал толкнуть джойстик резче, и судно значительно увеличило скорость перемещения.
— Ты идешь прямо на меня, Гидеон. Попробуй повернуть.
Вместо того чтобы повернуть, Гидеон переключил кнопку в положение «вверх», и субмарина приподнялась, пронеслась над «Ринго», после чего он заставил ее остановиться и снова опуститься вниз. Аппарат замер на том же уровне посреди водорослей. Гидеон толкнул джойстик вбок, и субмарина послушно двинулась в указанном направлении. Через мгновение «Ринго» Алекс снова появился в поле зрения его иллюминатора.
— Гидеон? Может, сначала научиться ходить, а потом уже летать?
Ее поучительный тон начинал его раздражать. Он быстро двинулся в ее сторону, затем снова переключился, но на этот раз координация его подвела, и субмарина взмыла вверх почти вертикально, быстро начав подниматься к поверхности.
— Переключайся вниз.
Он нажал кнопку, но случайно толкнул джойстик вперед и тут он осознал, в чем заключалась главная проблема — субмарина реагировала не так быстро, как автомобиль. Вода была достаточно плотной средой и значительно замедляла движения, и теперь Гидеон неумолимо направлялся прямо ко дну.
— Вот дерьмо! — он потянул переключатель и джойстик назад, но, поддавшись панике, снова ошибся и сделал непреднамеренный поворот. Субмарина развернулась, как штопор, перед тем как резко остановиться — снова среди водорослей. Замигал маленький красный огонек, прозвучал сигнал тревоги. На главном экране панели управления появилось сообщение:
Гидеон молча наблюдал за тем, как цифры начали обратный отсчет.
— Сукин сын, — пробормотал он.
Голос Алекс прозвучал у него в ухе:
— Ну, поздравляю, Гидеон. Это было самое выдающееся проявление некомпетентности, которое я когда-либо видела в отношении батискафа. Теперь, когда ты закончил заниматься подростковым онанизмом, может, попробуешь еще раз? На этот раз, как взрослый.
— Может, если бы ты все время не бубнила мне в ухо, — сердито отозвался он, — я мог бы лучше сконцентрироваться и сделать все, как следует. Чертов инструктор по вождению!
Прохладный тон Алекс не заставил себя ждать.
— Имей в виду, что наш разговор и все, что мы делаем, тщательно анализируется и контролируется в Центре управления миссией.
Гидеон проглотил свой следующий комментарий, представив себе Глинна, Гарзу и остальных, кто собрался в диспетчерской и сейчас слушает их перепалку, и нахмурился от глубокой досады. Скорее всего, они сейчас посмеиваются, не давая себе труда сдерживаться. Опять его выставили посмешищем. Это уже начало порядком ему надоедать.
— Ясно, — ответил он. Тем временем отсчет секунд завершился, и на экране появилось сообщение:
Гидеон осторожно направил джойстик вперед, и субмарина медленно двинулась по прямой линии. Затем он выполнил плавный разворот, вернулся на первоначальную позицию и остановился.
— Вот теперь ты ведешь себя, как хороший мальчик, — одобрительно хмыкнула Алекс. — Видишь? Все легко и просто.
В этот момент Гидеону показалось, что он почти слышит хохот Глинна и остальных в своей голове.
9
Исследовательское судно «Батавия» «миновало черту» со всей возможной помпезностью: была проведена сопутствующая церемония, которой моряки обычно отмечали пересечение экватора. Гидеон, как новичок, получил приглашение в ней поучаствовать и воспринял это с большим энтузиазмом. Последние пятнадцать дней, с тех самых пор, как «Батавия» покинула Вудс-Хоул, жизнь на борту протекала однообразно и скучно, у Гидеона даже сложилось впечатление, что он застрял в чертовом дне сурка. Круг его действий сводился к следующей последовательности: морская болезнь чередовалась со скучающим перееданием; чтение сменялось просмотром «Игры престолов» в кинотеатре корабля и игрой в нарды с Алекс (уже было сыграно более ста партий); а вечером приходилось прилагать все силы, чтобы не превысить свой лимит по числу выпитых коктейлей.
К настоящему времени Гидеон уже познакомился со всеми многочисленными учеными и с несколькими главными членами экипажа. Среди последних особенно выделялось несколько лиц: всегда при параде главный инженер корабля Фредерик Монктон, суровый и грозный начальник службы безопасности Эдуардо Беттанс и мичман Джордж Лунд, который, казалось, боялся всего и вся. И хотя на борту было очень много народу, в число своих приятелей Гидеон сумел записать всего несколько человек.
Б