Линкольн Чайлд – За границей льдов (ЛП) (страница 54)

— О’кей. Самый близкий к нам порт — это Ушуайя, Аргентина. Он расположен в семистах морских милях к северо-западу отсюда. Если двинемся туда прямо сейчас на полной скорости, то доберемся до места через пятьдесят восемь часов.

И снова — хор согласия.

— Там, наверху, в Центре управления они продолжают работать, будто ничего не изменилось. Они все еще думают, что смогут убить этого монстра! Они сошли с ума!

— Или, возможно, они заражены! — выкрикнул кто-то.

— Это тоже возможно, — согласился Мастерсон. — Как я уже говорил, способа выяснить это, у нас нет. Все, что я знаю: через пятьдесят восемь часов мы могли бы покинуть этот корабль и оказаться в безопасности в Ушуайе.

Это замечание было встречено дружным ревом одобрения.

— Что нам для этого нужно сделать? Все просто! Мы должны взять командование кораблем на себя, — он осмотрелся. — В этой комнате у нас есть представители всех необходимых специальностей: инженерных, навигационных, оперативных. А еще у нас достаточно людей. Мы сможем это сделать!

Последовала очередная драматическая пауза.

— Мы сможем! — эхом разнеслось по толпе.

Он также уловил слово «мятеж», мелькнувшее несколько раз.

— Да, — согласился он. — Это мятеж. Но мятеж необходимый. Вынужденный. Мы стремимся спасти не только свои жизни, но и жизни всех неинфицированных людей на борту корабля.

Это заявление заставило всех замолчать и погрузить помещение в звенящую тишину. Было слышно, как упала бутылка.

— Вы со мной? — тихо спросил Мастерсон.

Низкий ропот согласия пробежался по собравшимся.

— Сейчас или никогда. Вставайте, если вы со мной.

Один человек поднялся, затем еще один и еще — через мгновение все повскакивали со своих мест, громко проехавшись стульями по полу. Воодушевление в звучащих голосах набирало силу.

— Есть несогласные?

Никто не заявил о себе, и это лишь усилило убеждение Мастерсона в том, что им нужно как можно скорее осуществить этот мятеж.

На самом деле, им нужно приступать к его осуществлению немедленно.

57

Гарза полз по горизонтальному воздуховоду, протянувшемуся по всей длине корабля: два оставшихся офицера безопасности шли впереди него, Монктон был замыкающим. Все они предусмотрительно водрузили на головы строительные каски, оснащенные мощными фонарями. Продвижение было шумным и грязным, но, по крайней мере, здесь имелся поток свежего воздуха. Они уже были на подходе к машинному отделению, но до сих пор так и не обнаружили никаких признаков присутствия червей.

У Гарзы в руках было импровизированное оружие, получившее название «электрическая мухобойка». К слову сказать, они были у всех. У Монктона возникла идея, и он быстро собрал сие устройство, использовав корпуса фонарей, разрядную цепь, искровой промежуток и конденсатор — все это работало на базе пары батареек. Монктон оказался каким-то чертовым гением! Главный инженер взял кусок мертвого червя, провел с ним тест на электричество, обнаружил, что он является каким-то безумным сверхпроводником, и решил, что уязвимость этих тварей — скачки напряжения. Примерно через пятнадцать минут он собрал необходимое число шокеров, и теперь они направлялись к машинному отделению, чтобы узнать, смогут ли они найти место, где они размножались.

Надо отметить, что к этому моменту они нашли и грохнули пару червей — и электромухобойки прекрасно себя показали. Подбитые черви были по-настоящему мертвы — или, по крайней мере, таковыми казались — они иссыхали и сжимались в маленькие серые клубки.

Воспользовавшись рацией, Гарза приказал Беттансу, начальнику службы безопасности, организовать несколько команд по прочесыванию воздуховодов в других зонах корабля. Если в ближайшее время им не удастся найти источник размножения червей, они уже не смогут с ними справиться.

Теперь их отряд подошел к X-образной развилке. Гарза сверился со схемой вентиляции на своем планшете и отметил, что они находятся всего лишь в нескольких поворотах от воздуховода машинного отделения. Двое мужчин, передвигавшиеся впереди него, использовали камеры на палках для селфи, чтобы заглянуть за угол, но на этот раз ничего не увидели.

Казалось, что прочесывание продолжалось вечно. Так им приходилось останавливаться перед каждым перекрестком, каждым изгибом и заглядывать за них, проверяя наличие червей. Гарза прикинул, что поведение этих тварей вполне может походить на поведение гремучих змей в период спаривания — они ищут друг друга и сплетаются в клубок. Он счел, что подобное вполне могло произойти в воздуховодах над машинным отделением — из-за тепла. Если бы только он оказался прав — если бы все эти сукины дети скопились в одном гнезде — вполне возможно, что им бы удалось уничтожить их всех одним ударом.

— Поверните налево, — скомандовал он, и его отряд пополз дальше. Они почти добрались до цели.

Патрик Брамбелл проснулся, чувствуя себя невероятно посвежевшим, хотя его тело сильно затекло от долгого лежания на полу. Как он на нем оказался? Последнее, что он помнил, это то, что заснул в кресле. Когда он сел, то увидел, что Сакс спала в другом кресле, ее ноги покоились на лабораторном столе, все еще подготовленном для проведения анализа крови. Ее лицо выглядело расслабленным и спокойным, губы были слегка разомкнуты, а ее глянцевые волосы разметались и прикрывали ее шею.

— Доктор Сакс?

Она открыла глаза и села.

— Ой, извините. Я не хотела спать, — она взглянула на свой телефон. — По крайней мере, прошло не так уж много времени. Должен же был сработать будильник.

Брамбелл проверил свой телефон.

— Похоже, мы его просто проспали. Ну, могу сказать, что нам это было жизненно необходимо! — он усмехнулся с блеском в глазах. — Мы были очень непослушными — вот так вот запросто взяли и легли спать. Лучше никому об этом не говорить.

— Чувствую себя намного лучше. Я устала до смерти, а сейчас ощущая себя полностью обновленной женщиной.

— Я тоже. Обновленный человек, я имею в виду.

Сакс негромко засмеялась. Она потянулась, встала и посмотрела на стол.

— Вы действительно думаете, что сможете выявить наличие этих паразитов посредствам анализа крови?

Брамбелл вздохнул.

— Я сильно в этом сомневаюсь. Поначалу казалось, что стоит попробовать, но после тщательных размышлений я решил, что это все звучит довольно надуманно. На самом деле было настоящим безумием предполагать, что простой анализ крови каким-то образом сможет выявить заражение инопланетным паразитом.

— Согласна с вами. К тому же, у нас есть дела поважнее, — заключила Сакс.

Брамбелл снова обратил все свои помыслы на сложившуюся ситуацию. Он пришел к выводу, что они отчаянно нуждались в более детальной, достоверной информации о существе. Их настоящей проблемой было незнание природы Баобаба: что он собой представляет, как он мыслит, что он здесь делает. Доктору вдруг стало все это очень любопытно. Существо ведь преодолело такое огромное расстояние, в одиночку, и его жизненный цикл оказался невероятно сложным, намного сложнее, чем у всего, что обитало на Земле — даже сверх меры.

— Мы вертимся в этой лаборатории, как белки в колесе, — возмущено сказала Сакс. — И все без толку.

— Действительно, толку от нас мало.

— Хотелось бы приносить больше пользы.

Брамбелл снова погрузился в размышления.

— Проблема, — медленно произнес он, — заключается в том, что наблюдать за Баобабом были посланы неправильные, некомпетентные люди: Гидеон Кру — инженер-ядерщик, Лиспенард — морской биолог, Гарза — еще один инженер.

Сакс кивнула.

— Точно подмечено.

— Все технари. Никто из них не гуманист — как вы и я.

Сакс кивнула, проводя рукой по своим глянцевым каштановым волосам, приглаживая их. Брамбелл обнаружил, что восхищается тем, насколько здоровыми они выглядели, и насколько хрупкой и бледной была ее рука. Доктор задался вопросом, почему он раньше не обращал на нее внимания.

— Что они действительно давно должны были сделать, — сказал Брамбелл, — так это отправить туда кого-то вроде вас или меня. Вы — доктор медицины и кандидат медицинских наук, а я — доктор медицины с многолетним опытом. Мы самые подходящие кандидаты для понимания сущности этого чужеродного организма.

— Полностью с вами согласна.

Брамбелл погрузился в долгое молчаливое раздумье. Его разум казался необычайно ясным, и он списал это на благотворное воздействие хорошего сна. Когда он в общих чертах оценил прогресс экспедиции, который наблюдался до сих пор, то пришел к выводу, что эта затея с самого начала была провальным делом. Выбранный подход и методы были изначально неправильными. Основная концепция миссии — убийство существа — звучала ошибочно. Оно же разумно, и с ним можно было общаться. Осмысленно. Сознательно. Протеро попытался пойти по этому пути, но с его действиями никто не стал считаться, это факт. Если Баобаб мог воспринимать речь китов, он мог также усвоить и человеческую речь…

— Послушайте, — сказал Брамбелл, поворачиваясь к Сакс. — Я думаю, что один из нас должен спуститься туда и попытаться вступить в контакт с этим существом. Это решило бы все наши проблемы одним махом.

Он обнаружил, что Сакс смотрит на него с восхищением. Он прежде и не замечал, насколько она красива.

— Доктор Брамбелл, вы правы, это действительно может сработать, — она замялась. — Но… как же мы туда попадем?