Линетт Нони – Грейвел (страница 36)

«Где ты?

Кия.»

Алекс знала, что в записке не говорилось о ее местонахождении в субботу утром. Вместо этого Кия хотела знать, где Алекс была всю неделю. Но между утренними и вечерними тренировками, не говоря уже о дневных занятиях в академии, у Алекс просто не было времени вернуться в Драэкору.

Отчаянно желая сохранить свои тренировки с Нийксом и Аторой в секрете, Алекс знала, что ей нужно навестить друзей-меяринов и успокоить их. Она также хотела, чтобы они не искали ее снова, так как она была обеспокоена тем, что Кия оставила Рока, чтобы передать записку. Она бы не сделала этого, если бы они не были обеспокоены… или очень, очень раздражены.

— Один час. Фойе, — повторила Алекс друзьям, не отвечая на комментарий Д.К., чтобы не выдать своих собственных опасений.

Дождавшись их согласия, она вскочила и помчалась в общежитие, чтобы забрать лэндру, которую спрятала в шкафу — чтобы избежать необходимости объяснять Д.К., откуда и от кого та взялась, — и направилась прямо в Библиотеку.

Как только переступила порог Драэкоры, то быстро направилась к палатке Рока, не встречаясь взглядом ни с одним из меяринов, бродивших по поселению. На этот раз она добралась до места назначения, не подвергшись нападению, и не колебалась, прежде чем войти.

В тот момент, когда она это сделала, то поняла, что должна была сначала найти способ заявить о себе. Потому что внутри палатки Кия и Заин были в разгаре спора на повышенных тонах, который был звукоизолирован Мироксом.

…И они были не одни.

Глава 16

В палатке находились еще трое, все они замолчали при виде нее… и все они были членами королевского совета.

Первым был Лоро Гайэль, который яростно посмотрел на Алекс после ее неожиданного появления.

Вторым был Лоро Роатус из дома Лоренн, с которым она впервые познакомилась во время официального ужина с королевской семьей в современной Мейе. Даже после нескольких недель, проведенных Алекс в блужданиях по древнему городу и встречах с его жителями, мудрый меярин все еще был самым старым представителем своей расы, с которым она сталкивалась, его седые волосы и слегка морщинистые черты лица отдавали дань уважения многим, многим годам, которые он прожил.

Последним меярином был Лоро Сайкор, с которым Алекс встречалась только во время своего пребывания в прошлом. Он встретил ее как Эйлию, поэтому понятия не имел, кем она была в настоящем, или что они были знакомы когда-то давно. Даже в прошлом она не знала его хорошо, но она знала, что он был главой Дома Рэйдон… и отцом Нийкса.

— Что ты здесь делаешь? — рявкнул Гайэль на Алекс. Он был так взбешен, что она удивилась, как он не оскалил на нее зубы. — Я думал, что ясно дал понять, тебе не рады среди нас.

— А я думала, что ясно дала понять, что мне все равно, что ты думаешь, — ответила она, шагая дальше в комнату.

— Алекс, — произнесла Кия с тихим предупреждением в голосе.

Алекс не могла прочитать выражение ее лица и не могла понять осторожность в ее голосе.

Прежде чем она смогла придумать, как спросить, не выдав своего очевидного замешательства, Заин громко выдохнул и сказал:

— Определенно, есть что сказать в пользу твоего выбора времени, маленький человечек.

Алекс бросила свою закрытую сумку с лэндрой на пол и спросила:

— Что здесь происходит? Почему вы спорите?

Когда никто не ответил, она подбоченилась и заявила:

— У меня была плохое утро, и, несмотря на мои горячие надежды на обратное, с моей удачей в последнее время, мой день обязательно будет еще хуже. Я не могу оставаться надолго, и у меня нет желания терпеть всякое дерьмо прямо сейчас, так что кому-нибудь лучше ответить мне. — Она многозначительно наклонилась и прошипела, чтобы закончить: — Сейчас.

Ответил Сайкор, хотя на самом деле он не ей ответил.

— Я понимаю, что имел в виду Астоф, говоря о ее мужестве. Тель-де-сондра невара сеса дом.

Алекс едва не подпрыгнула, когда четверо других повторили его слова: «Пусть свет приведет его домой» на их родном языке.

Полагая, что это был меяринский эквивалент «Да упокоится он с миром», Алекс почувствовала себя неловко и не знала, что сказать дальше, не говоря уже о том, стоит ли ей пытаться ответить на «мужественный» комментарий Сайкора. Она решила не делать этого и подождала, пока один из них заговорит снова, постукивая ногой с нарочитым волнением.

Громко и ясно прочитав настроение Алекс, Кия, выглядевшая напряженной, как кирпичная стена, сказала:

— Гайэль ходил повидаться с Эйвеном.

Алекс перестала дышать. Затем она издала сдавленный звук недоверия, не в силах сформулировать, что чувствовала при одной мысли о том, что он сделает что-то настолько идиотское.

— Норот думал, что сможет поторговаться с фальшивым королем, — сказал Заин сквозь стиснутые зубы.

Алекс перевела пылающий взгляд на невыносимого члена совета.

— Скажи мне, что ты этого не делал.

Гайэль скрестил руки на груди.

— Сделал. И уверен, что для тебя не будет шоком услышать, что он готов вести переговоры. — Он бросил свирепый взгляд на Кию и Заина, прежде чем закончить: — В отличие от некоторых.

Алекс издала резкий смешок, вспомнив, что сказал Гайэль, когда они пересекались в последний раз, и теперь понимая, почему Кия и Заин были так напряжены.

— Ты предложил меня, не так ли? Ты сказал, что принесешь меня на блюдечке с голубой каемочкой.

Гайэль не ответил, только властно вздернул подбородок и посмотрел на нее свысока.

— Скажи мне, Лоро Гайэль, — выплюнула она его имя, сжимая кулаки, чтобы не вызвать Аэнару, — я стою больше для Эйвена живой или мертвой?

— Когда мы отдадим твою бесполезную человеческую шкуру, Эйвен позволит нам вернуться в наш город с гарантией, что он не Заявит на нас Права, — прошипел Гайэль.

— Нет никакого «когда», Гайэль, и нет даже «если», — выдавил Заин. — Мы уже совершенно ясно дали это понять.

Алекс вообще не пыталась обсуждать вопрос «если» или «когда». Вместо этого она сказала:

— Эйвен не выполнит свою часть сделки… в тот момент, когда ты передашь меня, ты потеряешь все свои возможности для переговоров. Он Заявит на тебя Права на месте. На самом деле… — Ее глаза скользнули по его телу, ища какие-нибудь серебристые шрамы. Она ничего не нашла, но под его одеждой могло быть спрятано все, что угодно. — Откуда нам знать, что он этого еще не сделал? Если ты встречался с ним лично, как мы можем верить всему, что ты говоришь? Ты мог бы просто быть его посланником прямо сейчас.

— Я не дурак, — прорычал он на нее, несмотря на все доказательства обратного. — Я подождал, пока он останется один на своем балконе, и остался на дорожке под открытым небом, где он не мог меня коснуться. Мы поговорили. Вот и все.

— У нас есть только твое слово на этот счет, — отметила Алекс.

Он коротко сказал:

— Моего слова более чем достаточно, человек.

Единственный верный способ узнать, был ли он Заявлен, состоял в том, чтобы она лично навязала ему свою волю, точно так же, как она сделала с Джорданом, и освободила его, если потребуется. Но не было никакого способа, которым Алекс собиралась подобраться к нему достаточно близко, чтобы рискнуть чем-то подобным, не если он мог похитить ее на Валиспасе и доставить к Эйвену, независимо от того, был ли он уже Заявлен или нет.

Кроме того, она была… в основном… уверена, что если бы Гайэль действительно был Заявлен, он не был бы так враждебен по отношению к ней. Если бы Эйвен был кукловодом, он был бы более склонен усыпить ее ложным чувством безопасности и схватить ее, когда она ослабит бдительность. Вместо этого, колючее отношение Гайэля вызывало у нее раздражение настолько, что она отказывалась доверять ему, и это совсем не сработало бы в пользу Эйвена.

Алекс знала, что Эйвен был известным стратегом. Не было никакого способа, которым он не использовал бы Гайэля в своих интересах, если бы завладел разумом члена совета. Таким образом, Гайэль действовал по своим собственным безрассудным импульсам.

Алекс просто не была уверена, делало ли это его меньшей угрозой… или большей.

— Итак, ты встретился с Эйвеном, — начала Алекс, — и он сказал, что обменяет меня на свободный доступ обратно в город?

Гайэль, прищурившись, кивнул.

— Как ты отреагировал?

Когда Гайэль не ответил, Роатус заговорил впервые с тех пор, как появилась Алекс.

— Гайэль сказал Мятежному принцу, что он передаст это предложение совету. — Роатус сделал паузу. — Или тому, что от него осталось.

— Перед твоим несвоевременным появлением мы обсуждали этот вопрос, — протянул Сайкор. — Должен признать, предложение Эйвена заманчиво. Я согласен с Гайэлем в убеждении, что ты причинила нам достаточно неприятностей, и нам лучше избавиться от тебя. Шансы на эту встречу, юный смертный, были не совсем в твою пользу.

— Что за чушь собачья, — проворчал Заин. — Это было двое против двоих, с Роатусом, оставленным в качестве решающего голоса. Это равный баланс, с равными шансами. И даже если бы это было не так… — Его голос понизился, став значительно более угрожающим. — Это не имело бы значения. Потому что мы не отдадим Алекс… ни за что.

— Как вы думаете, почему Эйвен так сильно хочет ее? — потребовала Кия от совета. — Эйвен не дурак. Он знает, что она представляет реальную угрозу его правлению, возможно, единственную угрозу, поскольку только она способна противостоять ему. Внутри нее живет сила, способная освободить наш народ от его Притязаний, свергнуть его с украденного трона и вернуть нас в наш город как свободных меяринов. Вот почему Эйвен хочет ее. Потому что, если она у него, тогда его победа над нашей расой, его победа над всеми расами этого мира обеспечена. — Голос Кии затих, когда она закончила: — Без Алекс ни у кого из нас нет надежды.